новый волк хочет урвать свой кусок, а Басовитому сказки рассказывает, чтобы притупить его бдительность. Но не пройдет — Басовитый не дурачок, он сотни раз видел, как с предвыборной трибуны говорили одно, а делали совсем другое.
— Я войны не хочу, — сказал Белов, — но проблем много и их надо решать. И худой мир лучше доброй ссоры. Кстати, я сегодня хочу отметить свое назначение на должность в кругу людей, с которыми мне предстоит работать. В семь вечера в ресторане «Престиж», уже столики заказаны. Приходите, товарищ полковник, посидим в неформальной обстановке, выпьем, поговорим.
Басовитый нахмурился, пробурчал: «Не знаю, не знаю», но про себя решил, что сходит. Ресторан «Престиж» название свое
оправдывал, готовили там хорошо, обстановка была просто-таки столичной, цены кусались, как пчелы, но поскольку полковника приглашали поесть и выпить на халяву, то отказываться ему резона не было. Это его ни к чему не обязывало, своих решений он из-за бутерброда с икрой не меняет.
Белову и Семена-то еле-еле удалось уговорить присоединиться к компании, собирающейся в ресторане «Престиж» — смотрящий наотрез отказывался за один стол с ментом садиться. Но Белов умел людей убеждать, и Семен согласился.
Теперь осталось только разговор в ресторане направить в нужное русло.
VI
Кабан кушал в ресторане лазанью с моцареллой, когда его мобильник, лежавший на столе, засверкал различными цветами, стал вибрировать и громко заиграл мелодию из бандитского сериала. Определитель номера не сработал, это Кабану не понравилось — он не любил, когда ему звонили чужие. Одно только его грело — это могли быть менты с вокзала с вестью, что поймали Ивана.
На младшем Белове Кабан хотел убить двух зайцев одним выстрелом. Во-первых, поймав пацаненка, его можно было перепродать мамаше и Шмидту за хорошую сумму. Но даже не это было основной причиной, подвигнувшей Кабана ввязаться в поиски Ивана.
Причина была в том, что Зорину сильно мешал Белов. Поэтому он встретился на нейтральной территории с Кабаном и недвусмысленно намекнул ему, что если Кабан позаботится о том, чтобы Белов больше никогда Зорину дорогу не переходил, то Зорин Кабана отблагодарит и, быть может, даже выдвинет на государственную службу, возможно даже, в депутаты Госдумы. Кабан спал и видел себя на телеэкране в ладном костюме, как он рассуждает о пути России в мировой историй и деньги хапает уже не мешками, а товарными вагонами.
Но как Кабану добраться до Белова? Соваться в Красносибирск самому? Его там вычислят в две секунды. Засылать туда киллеров? Так найди попробуй того, кто согласится Белова устранить. Хоть и бродит море безработных снайперов, которым все равно в кого и где палить, да голова у них на плечах есть — к Белову подступиться трудно, он калач тертый, да и охраняют его. Кроме того, площадка незнакомая — Красносибирск, каждый прибывший из Москвы человек там наверняка попадает под колпак беловской службы безопасности. Чтобы. Белова устранить, киллерам нужно несколько месяцев подготовки, чтобы все просчитать и не засветиться. А времени у Кабана не было, Зорин сказал, что нужно ликвидировать Белого как можно быстрее.
«Вот если бы Белова в Москву как-то выманить, — рассуждал Кабан, — и не по командировочным комбинатовским делам, когда он прикрыт со всех сторон и сам на стреме постоянно, а так выманить, чтобы он где попало болтался, о своей безопасности не думая».
Такой шанс завалить Белова представлялся Кабану мечтами из области несбыточной фантастики, поэтому на него он не особо и полагался, а гляди-ка, судьба ему как раз такой шанс и подкинула. Поэтому когда Кабан узнал от братвы, что Шмидт рыскает по всей Москве в поисках мелкого Белова, то сразу тоже подключился к поискам, незаметно следя за Шмидтом, и в тот же вечер послал анонимный факс в кабинет Белова в Красносибирске о том, что его сын сбежал и рыскает с голодранцами-беспризорниками в районе трех вокзалов. Белов не замедлил прибыть в Москву, и теперь у Кабана появился конкретный шанс его завалить.
Телефон все продолжал трезвонить, а Кабан не брал трубку, потому что он кушал и не хотел ни с кем говорить. С соседних столиков стали оборачиваться, но Кабану было на это начхать. Пусть только попробуют ему что-то сказать — сразу даст в рыло. Но, видимо, окружающие чувствовали, что делать замечания громиле с бандитской мордой опасно, поэтому все молчали. Когда мобильник в двадцатый раз проиграл мелодию, а Кабан закончил жевать, он взял телефон, откинул крышку и поднес аппарат к уху.
— Че надо? — спросил он, громко чавкая прямо в телефон.
Неожиданно для Кабана из трубки раздался писк, бандит даже не сразу понял, что с ним говорит ребенок, думал, над ним просто кто-то издевается.
— Дядя, это вы Ивана Белова ищете? — спросил ребенок.
— Че? — в первый момент Кабан даже не поинтересовался, откуда у этих сопляков номер его телефона.
— Сколько вы нам денег дадите, если мы вам скажем, где Ивана Белова искать? — спросил мальчишка в трубку.
— Каких денег? — все еще не доходило до Кабана.
— Если вы, дядя, будете тормозить мозгами, — продолжил нахаленок, — то, мы продадим информацию об Иване кому-то другому, а вы останетесь с фигой в кармане. Так что, мне класть трубку или как?
— Это… ты… — растерялся Кабан. — А откуда у вас моя мобила?
— От верблюда, — ответил мальчишка.
Звонивший Кабану беспризорник Ботаник отчасти был прав — вокзального милиционера, который продал им за тридцать долларов телефон Кабана, звали Верблюдом за постоянную привычку жевать и сплевывать. Тридцать долларов беспризорникам пришлось занять в счет будущего кидалова у Оксаны-Пылесоса. И милиционер по кличке Верблюд, получив в качестве предоплаты десять долларов, выкрал у своего начальства телефоны крутых, по которым следовало звонить в случае поимки Ивана, и передал номера Тимохе, получив от него еще двадцать зеленых по окончании операции.
Но всего этого Кабан пока не знал и не мог знать.
— Ну и сколько ты хочешь бабла поиметь? — насмешливо спросил Кабан.
— Штуку баксов, — серьезно ответил пацаненок.
— Га-га-га! — громко заржал на весь ресторан Кабан. — А ключ от квартиры?
— Ладно, дядя, бывай, — сказал мальчишка, — у нас есть кому эту информацию продать, они нам точно заплатят.
— Э-э, стой, не отключайся, — закричал Кабан.
Он испугался, что если выгодная сделка с беспризорниками сорвется, с ней соскочит и шанс поймать на крючок старшего Белова.
— А вы родителям Ивана еще не звонили? — поинтересовался Кабан.
— Нет, не звонили, — ответил мальчишка, — мы же не думали, что ты, дядя, такой жмот. Сейчас будем звонить.
— Не звоните! — торопливо произнес
