Мэтью видел лишь ограниченное количество фильмов с участием Дизеля, и единственный фильм, который произвел на него впечатление, — это серия «Форсаж».
Если Universal не продаст фильм, они могли бы найти способ сотрудничать с ними, чтобы убрать Вин Дизеля из картины.
Мэтью принял решение, что это то, что он может обсудить с Дэвидом Эллисоном позже, и, возможно, есть шанс, что это может произойти.
Посмотрев на Мэтью, Пол неуверенно спросил: «Планируешь добить Дизеля? Если да, то считай, что я участвую».
Услышав его слова, Мэтью прервал эти беспорядочные мысли и спросил: «Думаешь я настолько злопамятен?».
Когда он говорил это, то увидел высокую, стройную, шатенку, идущую на небольшом расстоянии впереди него, и тут же спросил Пола: «Кто это?».
Пол обернулся, тоже посмотрел и ответил: «Вроде бы она режиссер».
Он понизил голос и сменил тон на понятный всем мужчинам: «Трудная мишень».
Глава 492
Даже если бы напротив был Пол Уокер, человек, который изначально находился по ту же сторону забора, Мэтью не стал бы высказывать эти идеи о серии фильмов «Форсаж»; они не виделись несколько лет, и, несомненно, было бы глупо просто выдать бизнес-идею.
Поэтому он придумал оправдание.
Но увидев женщину-режиссера в другом конце комнаты, Мэтью почувствовал некоторый интерес, ведь это была женщина-режиссер, совершенно непохожая на актрис и моделей.
«Пойду поздороваюсь. Ты сменил номер мобильного телефона?».
«А ты? Если ничего не изменилось, я позвоню тебе, когда закончится премьера».
«Номер тот же». — Мэтью снова взглянул в сторону женщины-режиссера.
В Голливуде не так много известных женщин-режиссеров, и хотя ему не приходилось иметь с ними дело раньше, он проработал в Голливуде последние несколько лет и видел ее фотографию и имя в журналах СМИ, поэтому вспомнил.
«Я тебя не задержу». — Пол быстро умчался прочь.
Мэтью тоже не стал медлить и подошел прямо к ней, пока рядом никого не было.
«Здравствуйте… Вы режиссер София Коппола, верно?».
София заметила Мэтью, когда он подошел, и тут же мягко кивнула: «Здравствуй».
«Я Мэтью Хорнер, скромный актер».
«Я знаю тебя. Ты большая звезда, а не скромный актер».
Она наклонила голову, чтобы посмотреть на Мэтью. Мужчина перед ней был высоким и выдающимся, его кажущаяся грубая внешность сочеталась со зрелым и спокойным характером, который, казалось, заставлял его выглядеть лучше вживую, чем в кино.
Конечно, хорошая внешность есть хорошая внешность, но Софии тридцать лет и она чрезвычайно зрелая в душе, даже не дав Мэтью времени продолжить разговор, она прямо спросила: «Ты для чего-то хотел меня видеть?».
Подтекст этого заявления был очевиден: если ничего нет, пожалуйста, убирайся.
«Действительно». — Оглядевшись по сторонам и снова понизив голос, он тут же забормотал: «Я хочу заняться режиссурой, а вы, мисс Коппола — образец успеха в этой области, поэтому я пришел попросить совета, как добиться успеха».
«Да?». — Была ли это личная привычка или просто естественность, но София говорила с оттенком сарказма: «Хочешь быть режиссером?».
Мэтью кивнул: «Актер, который не хочет быть режиссером, не может быть хорошим актером».
София внимательно посмотрела на Мэтью: «После того, как твоя карьера актера будет одобрена людьми, у тебя будет лучшее время для перевоплощения».
Услышав это, Мэтью задумался, не шутит ли София, но все же пробормотал: «Понимаю».
«Что именно?».
Мэтью подумал о фамилии Софии и нарочно сказал: «Мышление, которое появляется, когда переходишь к режиссуре».
«А?».
В этом ограниченном контакте Мэтью мог сказать, что София не была одной из тех двадцатилетних актрис, чей ум еще не созрел и просто реагирует по-другому.
Он мягко сказал: «Родиться в семье Копполы — это привилегия, но небольшой недостаток на пути бесконечно усиливается».
Глаза Софии на мгновение застыли, когда она посмотрела в глаза Мэтью, слова ясно говорили ее сердцу; другие всегда видели удобство, которое приносила ей фамилия Копполы, и не многие понимали, какое давление и бремя она несет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Она носит фамилию Копполы, и будет правильно, если она преуспеет в кино, но если она вообще не преуспеет, бесчисленное количество людей поспешит заявить, что она опозорила имя семьи.
Будучи Копполой, София была воспитана в духе трудолюбия. Но она может подвести итог своей персоне, выросшей в выдающейся голливудской семье, только сказав, что она «устала».
София вдруг покачала головой и не удержалась от шепота: «В то время я просто хотела быть хорошей девочкой, потому что мой отец хотел, чтобы я снималась на съемочной площадке, поэтому я пошла на…».
В этот момент она вдруг поняла, что человек напротив нее не является ее другом, и тут же прекратила разговор.
Эта короткая фраза заставила Мэтью понять, как он может сблизиться с Софией: «Я могу представить вашу ситуацию, людям вы не понравитесь, потому что в их глазах вы всего лишь избалованный ребёнок знаменитой семьи. Поэтому, если вы не хотите, чтобы вас воспринимали как шута, вы должны доказать им это по-своему».
«Итак, вы добились успеха и стали первой в истории женщиной-режиссером, номинированной на звание лучшего режиссера в Соединенных Штатах Америки».
София поджала губы, это было то, чем она гордилась больше всего.
Мэтью продолжал смотреть на Софию, постепенно постигая образ мыслей этой женщины: «Вы не только не дискредитировали фамилию Коппола, вы сделали Копполу еще более славной».
София внезапно рассмеялась.
Она заново осмотрела Мэтью, найдя его гораздо более интересным, чем он выглядел ранее: «Я даже не уверена, что мы встречаемся впервые, ты говоришь как мой друг».
«Мы впервые разговариваем лицом к лицу». — Мэтью заметил эффект и улыбнулся в ответ: «Но я изучал вас некоторое время».
София слегка нахмурилась: «Изучал?».
Мэтью объяснил: «Я хочу перейти в режиссуру, а вы — история успеха, человек, которым я восхищаюсь».
Это прозвучало из уст большой звезды, и даже с учетом зрелого ума Софии, она все равно нашла это очень лестным: «На самом деле, я выбрала режиссерский путь, потому что не могла добиться успеха как актриса, и даже я не ожидала, что первый фильм, который я сняла за двадцать семь дней, будет успешным».
Так она сказала, но Мэтью услышал скрытую гордость в тоне Софии.
Двое сходились и знакомились, смех Софии слышался все чаще и чаще.
У входа в VIP-зал, неподалеку от них, вошел чернокожий мужчина лет пятидесяти на вид, поприветствовал Клинта Иствуда возле двери и сразу увидел Мэтью и Софию, которые стояли вместе.
Он давно знал, что его друга, Фрэнсиса Лоуренса, выгнали из места режиссера фильма «Я — легенда» из-за Хорнера.
Хуже того, София, его бывшая жена, развлекается с этим плейбоем.
Хотя прошло уже два года после развода, Спайк так и не оставил попыток "вернуть всё как было". Это София тогда хотела развода, а он не хотел оставлять Софию, и особенно семью Копполы за её спиной.
Но София несколько раз поймала его на измене, передала дело в суд и добилась успеха.
Спайк пришел сегодня на премьеру, потому что он знал, что София придет, и он следил за её передвижениями последние шесть месяцев, не отставая от нее и пытаясь вернуть ее.
В начале этого года он снял фильм, который был хорошо принят после выхода на экраны и получил широкое признание прессы и критиков, и очень надеялся заявить о себе в сезон наград, и если он сможет заручиться поддержкой семьи Коппола, то велика вероятность прикоснуться к малой золотой медали за лучшую режиссуру на церемонии вручения премии «Оскар».
Вот почему так важно вернуть Софию.
Его план состоит в том, чтобы получить её поддержку до начала сезона наград, а затем сохранить его до церемонии вручения «Оскара» в следующем году.
Что касается времени после «Оскара», то, если всё пройдет хорошо, София далее не будет для него ничего значить.
