Читаем без скачивания Инквизиция: Омнибус - Дэн Абнетт

Первоначально Реликторы исполняли священный долг, охраняя границы Ока Ужаса, для чего они отлично подходили, будучи особенно стойким и, по всей видимости, невосприимчивым к порче орденом. Однако оба этих предположения оказались ложными, ибо страстное желание уничтожить Хаос привело их на ту темную грань, где появляется мысль: возможно, реликвии и орудия зла — обоюдоострые мечи, которые можно обратить против их же извращенных создателей. Это был порочный путь, по которому, как считали некоторые собратья-инквизиторы, пошел сам Клют.

— Если б моя ересь была настолько проста, — пробормотал Клют между благословениями.

Объявленные Отлученными Предателями, безжалостно преследуемые Циарро и Серыми Рыцарями-очистителями, Реликторы перестали быть единым орденом и начали по отдельности искать артефакты Хаоса и сражаться с Врагом в его собственном логове, в глубинах Ока. Торкуил преимущественно работал один, но его интересы неоднократно пересекались с интересами Клюта, когда они оба рыскали по варварским мирам Полуострова в поисках останков проклятой империи Куойя. Впервые Клют встретился с технодесантником лицом к лицу, разыскивая глиф-жезлы на луне Тромба, на которой когда-то в древности обитали рапатанги, дикари, вымершие от кровавого голода. Инквизитор и Реликтор сразились среди гигантских каменных рук Трома, когда Клют уже завладел оскверненными писаниями рапатангов.

Если бы не Фалангаст и его святотатственное чудовище, технодесантник бы порвал Клюта на куски, как он к тому времени уже сделал с Зеддом, Кепларом Четвертым и Бхаскером Сингхом. Демонхост Фалангаста, Гессиан, мог быть весьма убедителен. Когда обе стороны оказались в патовом положении, у них нашлось достаточно времени, чтобы остыть, поговорить и заключить перемирие. Постепенно оно переросло в партнерское сотрудничество, ценимое и инквизитором, и космическим десантником. Как и Торкуил, Клют верил в чистоту своих намерений, однако подобными заблуждениями вымощена дорога к проклятью, и они оба запятнали свои души соглашениями с демонами и отступниками.

Торрес поддерживала поле Геллера «Малескайта» на полной мощности независимо от того, находились ли они в варпе или просто пересекали проклятый космос Ока, и благодаря этому удавалось так долго противостоять порче Хаоса. Это была одна из причин, по которой Клют нанял Торрес и ее вольный торговый корабль. Они были ветеранами экспедиций в Око, и немногие на борту — хвала Трону — поддались его нечестивому воздействию. Несмотря на крестильные ванны Клюта, благословения, очистительные инъекции и защитные писания, вырезанные на ржаво-красной поверхности священных доспехов Торкуила, «Странствующий рыцарь» восьмой модели, сложно было поверить, что вредоносная среда имматериума не смогла каким-либо образом преодолеть их тщательно созданную защиту. Они добровольно пребывали в Оке, и этого хватало, чтобы доказать их безумие.

Пожелтелые глаза Клюта уставились на аметистовое сияние, источаемое разорванным пространством, и место их последней высадки, старый мир Иблисиф. Планета висела в космосе, как вращающийся сгусток кровавой рвоты, как оскорбление самой себе. От цветущего рая, каким изначально был родной мир эльдаров, не осталось и следа. На его месте теперь был сферический ад, где резкие порывы ветра ранили людей осколками стекла, небо было вечно затянуто тучами и грозы бушевали внутри других, еще больших бурь. Шторма подняли половину всей земли с поверхности и носили ее в атмосфере. Там Гессиан и савларские хемопсы капитана Торрес отбивались от крошечных фурий, пикирующих с небес и визжащих на один голос. Эти твари затмевали собой тусклое солнце и с разгону налетали на отряд Клюта, пока они раскапывали свою находку, Затерянный Свод Уриэн-Мирдисса.

Все же Торкуилу и его небольшой армии археоксенологов удалось выкопать колоссальный артефакт целиком и переправить его на «Малескайт». Клют ощущал вину за то, что заставил этих Механикус испытать все ужасы Иблисифа. Торрес и ее команда получали хорошую плату за свои услуги, с ними были Торкуил и Эпифани Маллерстанг. Что для прочей свиты Клюта было адом, то для демонхоста Гессиана было домом, поэтому инквизитор не тратил лишнего сочувствия на это отродье. С другой стороны, археоксенологи, которые по приказу Клюта были похищены «Малескайтом» по пути на мир-рой Веспул, не желали принимать участия в его ереси, пока оборванцы-хемопсы Торрес не навели на них оружие. Пришлось также пообещать, что скифы вернутся и заберут их из кошмара, которым стал древний мир эльдаров, и только тогда они помогли Саулу Торкуилу извлечь из земли Затерянный Свод.

Огромный, недавно извлеченный из земли варп-портал возвышался на палубе — структура из костистых арок, вросшая в тяжелый блок фундамента из психокости. В относительной безопасности ангара Механикус, проникшиеся интересом к добыче после того, как рисковали своими жизнями и душами ради нее, с куда большим энтузиазмом восприняли свои новые задачи и вместе с Торкуилом занялись пристальным изучением древнего произведения чужацкой технологии.

Вокруг несли стражу савларские штрафники-хемопсы, сжимавшие грязные лазерные карабины. Гвардейцы были увешаны краденым снаряжением, неподоходящей по размеру броней и подобранными археобезделушками. Лица были скрыты под очками от пыли и нитрохимическими ингаляторами, благодаря которым этот преступный сброд мог наполняться наркотической отвагой, которая в обычных условиях оставила бы их в первой же битве с ужасными обитателями Ока. Когда Клют узнал, что на «Малескайте» служит контингент савларских Хемопсов, он пришел в негодование, но, по мере того как в своих поисках инквизитор забирался все глубже в Око, он научился ценить наемническую, клептоманскую натуру этого полка. Она служила его целям. Эти люди никогда не подвергали сомнению его временами абсурдные приказы или мотивы, заставлявшие их сражаться в адских условиях демонических миров, ведь для них наркотические фантазии и кошмары разорванного пространства были неразличимы. Если у штрафников от такой жизни и появлялось желание сбежать, то они никогда его не демонстрировали, да и некуда в Оке было сбегать. Поле Геллера на корабле создавало единственное безопасное место на много световых лет вокруг. Пока этим клептоманам разрешали красть и подбирать вещи с темных миров, куда их доставлял «Малескайт», а потом отключаться от всего в отупляющей дымке хемо-ингаляторов, они, похоже, были готовы подчиняться приказам и обеспечивать безопасность корабля и его обитателей. Инквизитору пришлось вмешаться только один раз, когда неудачная находка поразила порчей одного вороватого бойца, и Клют был вынужден казнить его. Большинство савларцев обладало почти животным инстинктом, выработанным в токсичной среде их родного мира-тюрьмы, и держалось подальше от всего, что было очевидно испорчено скверной или одержимостью.

Капитан Торрес настояла, чтобы варп-врата круглосуточно сторожили тяжеловооруженные охранники, заявив, что никто не знает, на что способна эта вещь. Клют, конечно, знал, но если бы он рассказал об этом капитану, то только приумножил бы ее страхи. И в любом случае он не считал, что охрана — такая уж плохая идея, хотя решение прикрепить к артефакту шесть бочек прометия показалось ему слишком радикальным. Этого не хватило бы, чтобы повредить корпус корабля, но было достаточно, чтоб разнести Затерянный Свод на части, если б того потребовали обстоятельства. Инквизитор озвучил свои мысли по этому поводу, но «Малескайт» в конце концов принадлежал Рейнетт Торрес, и она ощущала ответственность за безопасность каждой души на борту. Без сомнения, это чувство сохранилось у нее еще со службы на флоте.

И оно было не единственным напоминанием о ее прошлом. Женщина приблизилась, сопровождаемая энсином, несущим поднос с бокалами горящего амасека. Клют осознал, что, если не считать шикарных черных волос, нарушающих все нормы по длине, пышных грудей и ягодиц, едва сдерживаемых одеждой, одеяние капитана фактически представляло собой ее старую униформу.

— Инквизитор, — поприветствовала его капитан.

Из вежливости и признания ее усилий для организации праздника. Клют взял бокал, хотя, как правило, он не часто употреблял алкоголь. Как правило, он вообще не позволял себе каких-либо излишеств, что казалось странным в текущих обстоятельствах.

— За Сорок Иерархов, — поднял бокал Клют, — и как бы я хотел, чтобы они были с нами в этой обители ночи.

Капитан также подняла свой напиток, а затем подняла еще раз, когда приблизился брат Торкуил. Могучий космический десантник ответил уважительным кивком. Торкуил никогда не прикасался к обычной выпивке, но Торрес всегда заботилась о том, чтоб для него был приготовлен бокал. Технодесантник возвышался над ними, а его огромные серворуки, закрепленные на охватывающей торс кибернетической сбруе, нависали над небольшим собранием, будто защищая его. Сейчас гидравлические клешни и бионические инструменты были спокойно расслаблены. Клют поприветствовал Адептус Астартес, потушил пламя и попробовал свой напиток. Он был приятней на вкус, чем ожидал инквизитор, и в нем плавали праздничные терпкие ягоды.