поэтому однажды я пришел к Дину на квартиру… и сказал ему, что готов найти для него мальчика».
Они поехали на машине Корлла и вскоре увидели юношу, голосовавшего на дороге. Хенли его не знал, однако смог уговорить парня поехать вместе с ними к Корллу покурить марихуану, «так как у меня тоже были длинные волосы и все такое». Уэйн рассказал, как они смогли сломать сопротивление юноши, надев на него наручники. «Я был уверен, что Дин собирался продать его организации, на которую он работал». Корлл, как и обещал, заплатил Хенли двести долларов, а где-то через день тот узнал, что «Дин убил этого мальчика». Уэйн Хенли не знал, что Корлл с самого начала намеревался совершить убийство, однако, как объяснил ему Корлл, теперь Уэйн стал соучастником этого преступления и отправится в тюрьму, если обратится в полицию, поэтому Хенли «помог Дину получить еще восемь или десять других мальчиков». Среди жертв Хенли упомянул своего друга Дэвида Хиллигеста, которого убил Корлл, и Мэлли Уинкла, которого Корлл и Брукс убили вместе. Следующий мальчик стал жертвой самого Уэйна Хенли: «Чарльза Коббла я убил сам, и мы похоронили его в лодочном боксе. Я выстрелил Чарльзу в голову из пистолета Дина на Ламар-стрит в Пасадене, затем мы похоронили его в лодочном боксе… Что касается Марти Джонса, то я и Дин задушили его – и тоже закопали в лодочном боксе». Таким образом, Уэйн Хенли не только знал, что в боксе № 11 были закопаны тела жертв, но и сам помогал их там прятать. Подозрения Дэйва Малликана о причастности Хенли к убийствам полностью подтвердились.
Вскоре список жертв продолжился новыми именами: это были Билли, Фрэнк, Марк, Джонни. Одних задушили, других застрелили. Некоторые из них были захоронены на берегу водохранилища Сэма Рейберна (у одноименного озера Сэм Рейберн), где у отца Корлла находилась бревенчатая хижина на берегу, другие – на пляже в Хай-Айленде. Хенли не смог указать точные даты этих захоронений, «потому что их было слишком много». Имена некоторых жертв были неизвестны Хенли, но он знал общее число погибших: «Дин сказал мне, что всего их было двадцать четыре, однако я не всегда был вместе с ним, когда он убивал их». Уэйн Хенли заявил детективам, что пытался рассказать обо всем своей матери «два или три раза, но она просто не поверила мне. Однажды я даже написал признание и спрятал его, втайне надеясь, что Дин убьет меня, потому что это очень сильно беспокоило меня. Я признался во всем своей матери, попросив ее, чтобы, если я вдруг исчезну на достаточно долгое время, она сообщила о нем полиции». Уэйн сказал также, что они с Дэвидом Бруксом обсуждали возможность убить Дина, чтобы остановить его и прекратить эту череду преступлений: «Несколько раз я уже был готов убить его, но у меня просто не хватало духу сделать это – вплоть до вчерашнего дня, потому что Дин пригрозил, что его организация обязательно доберется до меня, если я когда-нибудь дам информацию о нем полиции».
Признание принесло Уэйну Хенли облегчение. В какой-то момент он даже выкрикнул: «Мне все равно, кто узнает об этом! Я должен вытравить это из себя!» Когда ему наконец разрешили увидеться с матерью буквально на пятнадцать минут, он сказал ей, чтобы она «порадовалась за него», потому что «теперь он может жить!» Она никак не могла понять, о чем он говорит. Уэйн был немного не в себе, она видела это, он страдал от «ломки», но при этом настаивал на том, о чем заявил. Мэри Хенли обратила внимание детективов на то, что ее сыну нужен уход. Она также сообщила им, что договорилась со своим адвокатом, который должен приехать в этот же день. Один из сотрудников полиции поставил ее в известность о том, что Уэйн может сам решить, какую именно информацию и в каком объеме он хотел бы сообщить детективам до приезда адвоката. Только по мере того, как Мэри Хенли узнавала новые сведения о произошедшем, она начинала осознавать всю чудовищность тех преступлений, в которые был вовлечен ее сын. В новостных репортажах содержались ужасные подробности о телах жертв, которые были завернуты в полиэтиленовые пакеты и от многих из которых остались лишь череп и кости, о том, что некоторые тела были захоронены поверх друг друга.
К концу дня из лодочного бокса извлекли семнадцать жертв. Вырытая яма составляла в глубину около двух метров. После этого лопаты стали натыкаться на твердую поверхность, и было решено поиски прекратить. Извлеченный грунт на всякий случай тщательно проверили, чтобы не упустить новых улик.
* * *
Выпуски экстренных новостей прервали обычные вечерние программы, чтобы сообщить телезрителям последнюю информацию об обнаружении тел. Семьи пропавших мальчиков приникли к экранам телевизоров. Некоторые из них уже знали, что случилось. Многие уже знали, что произошло с Рубеном, или Фрэнком, или Билли. Некоторые члены семей пропавших мальчиков стали названивать в полицейский участок. Они теперь хотели от копов большего, чем те первоначальные неубедительные версии, которые им в свое время предложили: что их дети сбежали из дома, потому что у подростков элементарная жажда к бродяжничеству и приключениям. За время, прошедшее с тех пор, как Дин Корлл арендовал лодочный блок, из небольшого района Хьюстона «сбежали из дома» около двух десятков мальчишек. Это было просто нелепо.
Многие вопросы требовали четких ответов. До 1973 года ничего подобного не наблюдалось. ФБР еще только предстояло запустить свою программу по борьбе с «экстремальными преступниками», и американские правоохранительные структуры пока еще не приняли на вооружение такой термин, как «серийный убийца». До этого момента считалось, что сексуальные извращенцы прячутся где-то на задворках общества, что они не живут и не работают среди порядочных граждан. Хьюстон содрогался от разворачивающихся разоблачений.
Тем не менее неподалеку от Хьюстона, в Далласе, группа секс-торговцев, с которыми, как утверждал Дин Корлл, у него были тесные финансовые связи, преуспела в распространении сферы своей деятельности практически по всей стране. Заявление Уэйна Хенли об этом преступном сообществе затерялось среди шокирующих деталей массовых убийств в Хьюстоне. Хотя так называемый Далласский синдикат фигурировал в полицейских отчетах как материал для проверки, эти факты, судя по всему, остались без особого внимания.
Однако не требовалось ехать в Даллас, чтобы обнаружить самый скверный вид отклонения от цивилизованных норм. Он воплотился в хищнике, которого звали Дин Корлл и который распространил свое пагубное воздействие на других посредством коварного соблазнения и вовлечения в свою преступную деятельность. Чтобы понять, как это работало, необходимо изучить прошлое
