ж у меня официальным образом принят на службу, имеет право…
— Неплохо, — сказал Сварог. — Корабль, идущий под государственным флагом, топит корабль другого государства в территориальных водах последнего. Причем топит военный корабль… Тебе напомнить, как это именуется в официальных документах?
— Не надо. Сама знаю.
— В том числе и «законный повод для войны», — сказал Сварог. — А если горротцы все же решат отплатить той же монетой? Я бы на их месте не на шутку разозлился. Им вовсе не нужно долго и старательно собирать армию вторжения — при твоем-то могучем воинстве в две сотни человек… Пошлют эскадру, посадят в трюмы полк морской пехоты… У тебя, правда, Бугас на службе…
— В порту, кроме него, стоят еще «Беспутная русалка» и «Серая касатка»…
— Что пнем по сове, что сову об пень… — поморщился Сварог. — Все равно маловато против эскадры… Ну, что ты снова ерзаешь? Говори уж…
— Ты мне не одолжишь «Рагнарок»? Я с ним хорошо научилась управляться. Я бы даже и торпед не тратила в случае чего, я же понимаю, что их мало и пополнить боезапас уже негде… «Рагнарок» их отпугнет одним своим присутствием, в конце концов, можно таранить, как ты тогда, возле Хай Грона… Сегур жалко. Люди же ни в чем не виноваты…
— Кто спорит… — проворчал Сварог. — Никто не виноват, кроме одной-единственной безответственной особы, которая доверяет государственный флаг кому попало… «Рагнарока» я тебе не дам, и не проси. Его сейчас никак нельзя выводить из Хелльстада, на него разевают рот и Магистериум, и восьмой департамент…
— Но ты же сейчас… Сам знаешь кто…
— Что бы я не предпринял, все это будет потом, — сказал Сварог. — Уяснила? Если они будут знать, что меня на лодке нет, неизвестно еще, как может обернуться. Пока я смогу что-то предпринять, они его уже разберут к чертовой матери…
— Но нужно же что-то делать… — Мара уставилась на него с искренней мольбой, без малейшего притворства.
— А кто сказал, что я ничего не стану делать? — буркнул Сварог. Не глядя, протянул вбок руку, дернул витой из жестких нитей золотой канители шнур, и, когда на пороге бесшумно возник секретарь, распорядился: — Адмирала Амонда ко мне немедленно. — Едва дверь затворилась, повернулся к Маре. — Составим договоры о военно-морском союзе Сегура со Снольдером и Ронеро. Пометим задним числом — проскочит… Отправлю в море достаточно солидную эскадру, с которой никто с бухты-барахты связываться не рискнет…. Авось и обойдется без большой войны, на нее мне сейчас некогда отвлекаться…
— Я тебя люблю беззаветно, — выпалила просиявшая Мара.
— Выпороть бы тебя, рыжее чудовище, — сказал Сварог мечтательно. — Только это, увы, нисколечко не поможет. Выпорол уже одну, но, подозреваю, урок пошел не впрок…
…Сварог нетерпеливо ерзал на вертящемся стуле, но поделать ничего не мог — детишки уже добрых четверть часа увлеченно играли в «переставочку», взапуски соревновались, кто больше составит новых слов из какого-нибудь длиннющего, наподобие «абракадабры» или «идиосинкразии». Элкону, по крайней мере, было чем заняться, он, чтобы не отставать от других, играл за своего персонажа, шестилетнего маркиза из вымышленного манора.
— Вот тут Бетта откровенно в хвосте, — сказал Элкон, проворно нажимая клавиши. — Ну конечно, откуда ей знать словечки наподобие «виманы» или «орбиты»… Ага, к финалу близится… Ну да, Бетта на последнем месте… Все!
— Давайте! — оживившийся Сварог придвинулся поближе к столу.
Элкон кивнул. Сварог тихонечко ему подсказывал реплики.
Карапузик-маркиз вдруг предложил:
— А давайте теперь играть в буквы-цифирки!
Естественно, моментально посыпались однотипные вопросы:
— А как это?
— Как это?
— Это что?
Ага, вот и Бетта присоединилась:
— Как это?
— Вы знаете, что у каждой буковки есть своя циферка? Свой номер в алфавите? — продолжал «маркиз».
Появилось несколько значков, означавших «озадаченность» — видимо, это были самые маленькие. А вот те, что постарше, не особенно и медлили:
— Ага!
— Ну да!
— Я знаю, меня учит мэтр!
И, к превеликой радости Сварога, наконец-то отозвалась и Бетта:
— Я знаю.
— Пусть каждый напишет название того места, где живет, — продолжал «маркиз». — А потом мы сложим все циферки, выиграет тот, у кого самое большое число. Понятно?
— Понятно!
— Ага.
— А «манор» считается?
— Нет, только название.
— Понятно!
— Коллат!
— Тайр!
— Шанири!
Сварог моргнуть боялся, таращась на экран.
— Туарсон!
Это Бетта! Кошкой метнувшись к соседнему компьютеру, Сварог ударил по клавишам, словно вошедший в экстаз джазовый пианист. Программа была включена заранее, оставалось только вставить в окошечко название…
Секунды ползли, как улитки. Он затаил дыхание. Экран вспыхнул. Справа — карта с тонкой красной стрелочкой, указывающей на черную точку с названием, слева аккуратные строчки.
«Туарсон — фригольдерская деревня в провинции Гартвейн, Ронеро. Двести одиннадцать дворов, тысяча шестнадцать человек обоего пола. Овцеводство, посевы ячменя, рыбная ловля, охота. Единственная мануфактура по выделке конской сбруи, принадлежащая градскому обывателю Филатро. Ярмарок нет».
Там были еще какие-то пустяки, но это уже не имело значения. Сварог разглядывал карту. То самое классическое захолустье — сотня лиг до гланской границы, деревня располагается у самых поросших лесом отрогов Каталаунского хребта, смело можно сказать, на отшибе, вдали от больших дорог и проезжих трактов. До самого ближнего соседнего села… ага, не менее сорока лиг. В такой глуши не то что компьютер — в такой батальон спрятать можно, если, как это обычно у крестьян и бывает, действует круговая порука, никто в большом мире и не узнает…
— Получилось! — воскликнул Элкон. — Командир, вы…
— Не гений, но что-то близкое, — скромно сказал Сварог. — Получилось… Что вы хотите, все-таки шесть лет… Но снова Гартвейн. Сплошные от него сюрпризы…
— Я могу войти в сеть восьмого департамента. Снова воспользоваться их наблюдательными системами.
— Я крепко подозреваю, они поставили защиту. Коли уж Гаудин прекрасно знает, что мы пользовались его системами, но не может ничего доказать…
— Конечно, поставили, — пожал плечами Элкон. — Я их обойду в два счета. Их компьютерщики, полное впечатление, пользуются замшелыми наработками столетней давности. Примитивный народец, ни капли фантазии и творчества… Все получится.
— Ну, попробуйте, — сказал Сварог. — Для очистки совести. Я абсолютно уверен, что вы увидите самую обычную деревню и ее жителей, занятых обычными крестьянскими делами. Уж если у них хватило мозгов неведомо как смастерить компьютер, он, несомненно, под открытым небом не стоит. Да и Бетта вряд ли забавляется во дворе или посреди улицы… Ну ладно, для очистки совести…
— Я мог бы туда отправиться…
— Я вас туда не пущу, — сказал Сварог. — В деревне, особенно захолустной и уж тем более такой, к любому чужаку относятся если не с подозрением, то самое малое настороженно. Вы не сможете убедительно изображать крестьянского парня… как и я не
