назад.
Конечно, есть и другая причина, о которой Мэтью никогда не говорил.
Ему не нравилось работать с черными актерами, и он не хотел иметь слишком много встреч с ними.
На самом деле, он мог бы быть терпимым к чернокожим актерам и актрисам, если бы они не поднимали флаг расизма на каждом шагу, тогда бы он мог закрыть глаза.
Но та чернокожая актриса, которая в прошлом обратилась к нему, была настолько отвратительна, что он не хотел работать с кем либо из меньшинств, чтобы ненароком не поднять скандал на такой крайне неприятной теме.
Он не был настолько глуп, чтобы оспаривать голливудскую политкорректность, но и не принял бы ее как золотое правило.
Убежденный левый как Фрэнсис Лоуренс, который готов обращаться с черными актерами как с своей семьёй, может делать что хочет в других постановках, пока это не затрагивает его интересы, он может игнорировать это, но если его интересы затронуты, это уже другое дело.
Мэтью посмотрел на Лоуренса, который сидел по другую сторону стола, чтобы убедиться, что тот ясно видел, что он только что сделал.
Конечно, рефлекторно Фрэнсис резко встал со своего кресла с выражением гнева на лице, но после нескольких взглядов на Мэтью, он медленно сел обратно.
Он решил набраться терпения.
Взгляд Фрэнсиса скользнул по продюсеру Голдсману, который разговаривал с Дэвидом после того, как тот пожал руку Мэтью, и, очевидно, не заметил провокационного жеста с его стороны.
Очевидно, сейчас не нужно устраивать сцены.
Фрэнсис откинулся в кресле, его взгляд становился все острее и холоднее.
В таком крупнобюджетном фильме, как этот, он всегда считал, что на главную роль больше подходит чернокожий актер, такой как Уилл Смит, а если его не было, то нужен был чернокожий актер на второй план.
Что еще более важно, когда он стал режиссером проекта, он пообещал Поле Паттон, что сделает все возможное, чтобы помочь ей получить роль второго плана, когда ему только дали сценарий и характеристику.
Разнообразие актерского состава также поможет привлечь зрителей разных национальностей.
На самом деле, он всегда считал, что провал Константина был связан не со сценарием или его режиссурой, а с тем, что в актерском составе не было тяжеловесного чернокожего персонажа, что не соответствовало текущей социальной обстановке и стало провалом фильма.
Если бы роли Киану Ривза или Рэйчел Вайс сыграли чернокожие актеры, это привлекло бы большую аудиторию меньшинств и увеличило бы кассовые сборы фильма.
Хотя Мэтью назначен продюсером, он все же режиссер, и находится в доминирующей позиции в команде.
«Главная причина проведения этой встречи — познакомиться с людьми». — Начало у Голдсмана было хорошее: «Команда уже работает, и проект находится на стадии официальной реализации».
Голдсман негромко кашлянул: «Есть несколько моментов, которые я хотел бы озвучить».
Он сделал небольшую паузу, а затем продолжил: «Съемки должны начаться в августе этого года, я поддерживаю связь с Нью-Йорком, чтобы все сцены снимались там».
Фрэнсис ничего не сказал, об этом Голдсман говорил и раньше.
Уголки рта Мэтью слегка подергивались — очень небольшое изменение в выражении лица, его длительная самоподготовка и количество реальных съемок позволили ему относительно легко контролировать мышцы лица, даже если кто-то смотрел на него.
Тот факт, что съемочная группа будет снимать как можно больше сцен в Нью-Йорке, несомненно, пойдет ему на пользу.
Голдсман продолжил: «Прослушивания для других важных актеров второго плана начнутся на следующей неделе, и постановка должна будет утвердить основной состав к июню, чтобы дать актерам достаточно времени для подготовки».
Мэтью спросил напрямую: «В какой день прослушивание актрисы второго плана?».
«В следующий вторник».
Мэтью кивнул и больше ничего не сказал, на самом деле он таким образом давал понять Голдсману свое отношение.
Фрэнсис, сцепив руки на груди, ничего не сказал, но он уже решил, что придёт на постановку в следующий вторник.
Как Мэтью не сдавался, так и он не думал сдаваться.
«И последнее». — Голдсман добавил: «Работа над сценарием почти завершена».
Дэвид достал два сценария, которые выглядели примерно на сто страниц, и передал их Мэтью и Фрэнсису, не останавливаясь, чтобы сказать: «Возьмите их обратно, прочитайте и свяжитесь со мной, если у вас есть какие-либо комментарии».
Голдсман — относительно мягкий продюсер и сценарист, из тех, кто выслушивает идеи, например, сценарий Смитов, и вносит несколько изменений во время съемок.
Он посмотрел сначала на Мэтью, затем на Лоуренса и спросил: «У вас есть проблемы с этим?».
Мэтью медленно покачал головой: «Нет».
«У меня нет проблем». — Сказал Лоуренс.
«Тогда хорошо». — Голдсман, который, как и большинство продюсеров этого круга, никогда не любил говорить длинные речи на встречах, закончил: «На сегодня все, давайте поддерживать связь».
Мэтью встал, попрощался с Дэвидом и Голдсманом соответственно, вышел из кабинета и покинул студию.
Словно не желая встречаться с Мэтью, Фрэнсис намеренно подождал несколько минут, прежде чем выйти из кабинета.
Дэвид посмотрел на закрытую дверь кабинета, задумался на мгновение и сказал Голдсману: «Вы заметили, что между Мэтью и Фрэнсисом Лоуренсом, кажется, есть конфликт?».
Голдсман, который просматривал последний отчет из отдела реквизита, не поднимая глаз, сказал: «Пока они работают хорошо, мне всё равно на их взаимоотношения».
Хотя Мэтью хорошо разбирался в людях и всегда получал похвалу от съемочной группы за свою работу над фильмом, он был далек от того, чтобы один фильм автоматически делал многих из съемочной группы его друзьями.
«Мы использовали Уилла Смита для уменьшения цены, и Фрэнсис сделал все возможное, чтобы поддержать Смита и попытаться выгнать Мэтью, так что, я думаю, слух дошёл до Мэтью…».
«Да? Это уже мешает нормальной работе».
После нескольких секунд раздумий он решил: «Я найду способ оставить конфликт между ними».
Впрочем, как главный продюсер, Голдсман не обратил особого внимания на этот аспект, у него было слишком много работы.
***
Мэтью покинул студию, и вместо того, чтобы уйти из Warner, он отправился на студию, где снимались «300 спартанцев».
Время шло, съемки фильма подходили к концу, и следующая неделя была потрачена на съемки сцен, не связанных с Леонидом, и Мэтью пока не принимал участия в съемках.
Зак Снайдер планировал дождаться последних двух дней, чтобы снять печальную сцену.
Его визит в студию был оговорен заранее, поскольку Джеймс и Майкл официально покинут съемочную площадку после окончания съемок сегодня днем, завершив все свои роли.
Когда они вошли в студию, Мэтью встал с внешней стороны съемочной площадки, чтобы не мешать Заку Снайдеру снимать, и долго ждал, пока не раздался голос
