Читаем без скачивания Дорогами Миров - Владимир Контровский

Эндар потерял счёт времени. Воители его поредевшей когорты бились в полукольце (полусфере?). В чёрной бесформенной туше образовалась глубокая впадина-брешь, на границе которой натиск Лавины был остановлен. А той самой костью в горле, которой поперхнулось кошмарное чудище, и стала когорта Эндара. Капитан знал, что перелом произошёл, что Лавина умирает, лишённая притока свежих сил Хаоса. Теперь Магам останется только лишь расчленить чудовищное псевдосоздание и уничтожить куски жуткого тела по частям. И когорта Эндара билась до конца, внося свой вклад в приближающуюся окончательную победу.

То, что произошло, можно было бы назвать предсмертным броском издыхающего хищного зверя — если Лавину уподобить невероятной мощи хищнику. Чёрная стена перед воинами Эндара вздыбилась и метнулась вперёд, одним броском преодолев разделявшее её и Магов расстояние. Эндар успел сконцентрировать, сжать в громадное копьё общие силы нескольких десятков уцелевших своих бойцов. Стена дрогнула, получив ошеломляющий удар, заколебалась… и бросилась снова. Отбить этот второй удар сил уже не оставалось. Единственное, что ещё успел сделать Капитан, — сработал не разум, сработали боевые инстинкты, — это сжаться и встретить падающую на него чёрную махину вскользь, под углом, использовав для этого все остатки сил, до последней капли.

Чудовищная тяжесть обрушилась на Мага, на всю совокупность его тел, завертела и понесла. Разум ещё успел отметить гибель товарищей, бившихся до конца, судорожные подёргивания чёрной плоти Лавины под яростными взблесками Алых Лезвий, расшвыриваемых в разные стороны Воителей из тех, кто находился чуть в стороне от оси последнего броска чудовища. И пылающие разрезы, распахавшие чёрное туловище — Лавина была уже отсечена от Внешнего Хаоса, и Маги, окружившие зверя, перешли в последнее, решающее наступление. Однако самому Эндару не хватило какой-то доли мига — совсем как тогда, в бою с Чёрной Колдуньей. Последнее, что Маг ощутил перед тем, как его поволокло, — это осознание того, что он всё-таки сделал всё возможное, чтобы избежать прямого сокрушающего удара, а значит…

ГЛАВА ПЯТАЯ. ВРЕМЯ ОБНАЖАТЬ КЛЫКИ

Стоя на башне храма, Эндар смотрел на звёзды. Небо над Хамахерой — как, впрочем, и в остальных местах этого Мира, не ведавшего загрязнённой атмосферы, — прозрачно и не мешает взору проникать далеко за его пределы. Рисунок созвездий совершенно незнаком — это совсем не удивительно, принимая во внимание бесконечное множество обитаемых Миров в Познаваемой Вселенной. Маг пытался определить хотя бы примерно, куда его закинуло, в какую Реальность, и насколько далеко он находится от Миров Алых, от Мира Сказочных и от Обитаемой Галактики Технолидеров. Магию Поиска Эндар применять не хотел — после того, как он принял решение, требовалось принять все меры предосторожности (если он не желал, чтобы его проворно разыскали).

Сознание Мага было ясным, как небо над головой. Древний артефакт Храма обладал поистине чудовищной мощью, заключённой в спрессованном времени. Алый Воитель (бывший?) помнил всё о своём прошлом и знал и умел всё, что он знал и умел когда-то. Браслет Капитана на руке и оба амулета — Натэны и Епископа — остались при нём. И это притом, что Эндар теперь был полностью свободен — свободен от всего, что раньше заполняло его жизнь. И он решил остаться именно в таком состоянии — на столь долгий срок, насколько окажется возможным.

Вероятнее всего, Эндар оказался первым, кто выжил под ударом Лавины. Выплеск обрушившейся на него волны Хаоса забросил Воителя в какую-то доселе неведомую точку Мироздания, и при этом Магу невероятно повезло (повезло?): Мир этот был очень даже обитаемым, и здесь существовала достаточно сильная магия. И самое главное — контуженное почти прямым контактом с Хаосом сознание Алого впало в своеобразный летаргический сон, полностью прервав всю свою внешнюю активность. Именно поэтому его и не нашли, когда после прорыва Лавины Маги подбирали своих. А теперь уже прошло достаточно много времени, и вероятнее всего поиск прекратили — ведь Эндар доблестно пал под натиском Лавины. Конечно, верный солдат Ордена просто обязан был не медля пуститься в путь, сколь бы долгим этот путь не оказался, — Капитан умеет в одиночку пересекать Границу Миров — или хотя бы позвать своих, дать сигнал о том, что Капитан Эндар жив. Но вот именно возвращаться он и не хотел. Все те долгие размышления, для которых у него хватило времени в Мире Сказочных, все случившиеся события, свидетелем которых он оказался, всё это, вместе взятое, дало свои пышно распустившиеся цветы и свои плоды. Эндар вырвался за рамки, и залезать в них снова отнюдь не собирался. Он один, и он останется один. А Мир — весь Мир принадлежит ему, остаётся лишь протянуть руку и взять, причём задача эта не представлялась слишком сложной — если, конечно, говорить только об одной этой планете. Однако это будет только начало.

Оставалось решить, каким будет его отношение к Хурру. Чувство признательности к Верховному жрецу не должно довлеть, хотя помощь его и оказалась поистине бесценной. Свои приоритеты Маг определит сам. Эндар не сомневался, что со своей вновь обретённой прежней магической силой он одолеет в открытом бою всю совокупную мощь Храма. Вот только стоит ли так сразу доводить дело до столкновения? Будет ли это решение самым правильным? Хануфер — величина несерьёзная, не поднимающаяся выше уровня средневековых интриг вокруг борьбы за трон. Его, Эндара, цель гораздо значительнее…

Послышались шаги — по крутой каменной лестнице кто-то торопливо поднимался. Молодой служитель склонился перед Эндаром:

— Лесной Маг, Верховный Хурру желает говорить с тобой.

Катри, Лесной Маг — ну что ж, это новое имя ничуть не хуже (и не лучше) любого другого. Что есть имя — символ понятия, ярлык, не более того… А вот то, что служитель поклонился, что Верховный не повелевает явиться, а всего лишь желает говорить, что он не стал использовать магию, пытаясь позвать Эндара, а послал аколита… Хурру тоже явно не хотят конфликта — зачем он им? Потерять можно всё, а вот выгода выглядит весьма сомнительной. Худой мир в данном случае лучше доброй ссоры. Эндар кивнул служителю и пошёл за ним.

Путь не отнял много времени. Храм огромен, но проходы в толще стен, во внутренних помещениях устроены хитро (наверняка замешена магия пространства). Из одной точки громадного сооружения можно достаточно быстро добраться до любой другой, причём как по горизонтали, так и по вертикали. Интересно, сколько же лет Храму? И магия Хурру — она привнесённая или проснулась и развивалась здесь, в этом Мире?

Келья-кабинет Верховного имела тот же внешний облик, что и при их первой встрече. Те же скрытые полумраком стены и потолок, каменный пол и два кресла тёмного дерева с прямыми спинками и изогнутыми подлокотниками в форме змей (тогда, в первый раз, Эндар не слишком обращал внимания на детали — сознание его было занято другим, гораздо более важным), ряд настенных светильников по периметру. Голубоватый свет был неярок и скорее создавал не освещение, а световой фон.

Когда Катри переступил порог, Верховный Хурру молча повёл рукой в приглашающем сесть жесте, а провожатый тут же исчез.

— Мир тебе, Верховный Хурру.

— Мир тебе, Катри — Лесной Маг. Тебя устроит это имя?

— Вполне. Нам нужно поговорить о многом.

— Мы будем говорить, Катри.

Эндар ощутил лёгкое магическое движение. Между креслами медленно возник невысокий стол из такого же тёмного дерева, как и кресла. Часть стены ушла в сторону, из открывшегося прохода появились несколько невысоких женских фигур в закрытых струящихся одеждах, они быстро и молча расставили на столе сосуды с винами (пузатые, с длинными тонкими горлами), кубки, фрукты, блюдо с жареным мясом и так же быстро и молча исчезли. Стена сомкнулась.

Верховный собственноручно наполнил два кубка тёмного стекла янтарной жидкостью.

— Ты можешь не опасаться отравы, Катри. Я легко мог бы уничтожить тебя, пока ты был во власти Орба Силы. Но Хурру…

— …не пытаются противостоять Предначертанному, так?

— Так. Но речь сейчас не об том. Что ты собираешься делать?

— А разве вообще надо что-то делать? Может быть, я собираюсь просто жить?

— Для таких, как ты, понятия «жить» и «делать» тождественны, Катри.

— Ты прав, мудрый Хурру. Я собираюсь взять этот Мир…

— …в котором уже не будет места Хурру?

— О нет, Верховный. Вы дети магии, а мать, как правило, не поедает своих детей. Вы займёте в этом Мире надлежащее место — правящих.

— А твоя длань сменит длань Властителя…

— Пойми, Хурру, один лишь этот мир тесен для меня! Пусть он будет домом, откуда можно уходить далеко-далеко, за свод неба, — тебе так будет понятнее — и куда можно возвращаться. Я просто хочу, чтобы по возвращении меня не ждали бы неприятные сюрпризы. Отдыхают даже Боги. Я могу смести Храм, но я хочу, — вместо этого — чтобы Храм стал бы частью моего дома, и важнейшей его частью. А что до Властителя… Если Храм сочтёт его достойным править народом, пусть остаётся. Если же нет — пусть уходит. Есть определяющие вселенские законы, просто они неспешны, и иногда им следует помочь.