вы собирались получить мое согласие? Обещаниями? — приподнял я бровь.
— Я рассчитываю на ваше благоразумие. В академии Кухарских вас не научат полноценно использовать дарованную силу. А “Железный остров” как раз наоборот.
Все эти попытки уговорить меня выглядели жалко. Мне стало скучно, и я поднялся со стула.
— Мой ответ вы слышали. Всего хорошего.
— Сядьте! — рявкнул огневик, но я не пошевелился. — Я настоятельно рекомендую согласиться на это предложение.
— Иначе что? Убьете меня? Закуете в кандалы с антимагином?
Тигр чуть ли не зарычал на меня. Лицо его раскраснелось, он глотнул воздуха, чтобы сказать что-то, но вдруг глянул на своих помощников и прикрыл глаза.
Те зашевелились. Один отошел к главному входу, а второй к двери, из которой они вышли. Распахнув ее, он кивнул кому-то. Через мгновение в коридор вышел неопрятного вида старик в потрепанном плаще и щегольской шляпе.
— Борис Андреевич, он ваш, — обронил Артур Прокофьевич.
Я удивленно смотрел на старика. Тот в ответ уставился на меня.
Время замедлило бег. Воздух стал уплотняться и давить мне на грудь. Перед глазами поплыли разноцветные круги, а голову сжало тисками. Еще немного, и я позорно упаду без сознания.
Эта мысль отозвалась злостью. Она обожгла меня и быстро вернула способность трезво рассуждать.
Первое, что я сделал, это поставил ментальный щит. Ведь на меня как раз и воздействовали этим типом магии.
Старикан был очень хорошим магом, и почти слету начал сминать мою защиту. Когда его попытка не увенчалась успехом, по его лицу скользнуло удивление, но потом он нахмурил брови, и поток силы увеличился.
Я выпрямил спину и зло обернулся на огневика.
— Так вы хотели меня уговорить? Буду это расценивать, как открытое нападение и крайние меры?
Огневик скрипнул зубами, а менталист прямо-таки рассвирепел. На меня обрушилась вся его мощь, и если бы не поставленная защита, он бы выжег мне мозги!
Приходилось накладывать дополнительные слои на щит, чтобы избежать этого. Ментальный маг понимал, что я делаю, но это лишь злило его, и он напирал, атакуя снова и снова.
Когда у меня кончилось терпение, то пришлось придумывать что-то новое. Так, просто старикан от меня не отстанет!
И в дело вступила темная магия. Невидимые и тонкие нити выстрелили в сторону менталиста и начали стремительно опутывать его лодыжки. Оставалось только ждать.
Магии хватило всего полминуты, чтобы этот Борис Андреевич начал сдавать. Очередную его атаку я отбросил взмахом руки, послав в его сторону сгусток электричества. Убивать не хотел, его скорее только вывести из строя, чтобы он больше не пытался подчинить мой разум.
Увидев, как их ментальный маг оседает на пол, воздушники не выдержали и пошли в атаку. Их я скрутил быстрее — еще два шарика электричества с капелькой обездвиживания. Оба бойца застыли в нелепых позах, с вытянутыми ладонями и выражением крайнего удивления на лицах.
Артур Прокофьевич полыхнул, и по его рукам тут же пробежались язычки пламени.
— Плохая идея, — покачал я головой. — Очень плохая. Сейчас вы уберете огонь, а я никого не буду убивать и просто уйду. Разговор состоялся.
Едва удерживая себя в руках, огневик отпустил магию и впился в меня ненавидящим взглядом.
И тут с грохотом открылась главные дверь. В коридор, натужно дыша, влетел Риман.
— Зыбов! — крикнул он, мигом разобравшись в ситуации. — Какого лешего вы тут устроили?!
Я удивленно посмотрел на них обоих. Они знакомы? Риман специально привез меня сюда, чтобы сдать на руки этому огневику? Это попахивало предательством.
На моей ладони появился пульсирующий шар с молниями.
— Что здесь происходит? — чеканя слова, сказал я.
— Алексей, вы в порядке? — Риман обернулся ко мне. — Я не сразу разобрал ваше сообщение, а когда понял, то сразу примчался.
У Артура Прокофьевича дернулась щека. От него разило такой ненавистью к учителю, что я сразу понял: они не вместе.
— Христофор Эммануилович, эти прекрасные люди пригласили меня для беседы по вопросу вербовки меня в ряды имперской армии. Получили отказ и были очень недовольны, — я обвел взглядом застывших воздушников и лежащего на полу старика. — К сожалению, достигнуть компромисса у нас не получилось. А вы, я так полагаю, знакомы?
— Пересекались несколько раз, — уклончиво ответил Риман и посмотрел на огневика. — Артур Прокофьевич, как мне это расценивать?
— Никак, — сквозь зубы процедил он. — Он слишком упрям и воротит нос от этого предложения. Значит, в той академии все также плохо с обучением. От такого шанса отказываться нельзя!
— Что ж, я буду первый, кто вам отказал, — я пожал плечами. — Христофор Эммануилович, мы уже можем возвращаться?
— Думаю, что все вопросы здесь вы уже решили.
— Алексей! — упрямо сказал огневик. — Вы все же подумайте.
— После таких уговоров, даже если “Железный остров” останется последней академией магов, я откажусь от столь щедрого предложения, — я бросил взгляд на воздушников. — Ваши подчиненные придут в себя через несколько минут. И пожалуйста, не преследуйте нас.
Ответом мне было молчание.
Мы с Риманом вышли на холодную улицу, и я, наконец, смог позволить выдохнуть.
— И все же, — я повернулся к учителю, — кто вы? Если глава Гильдии магов послушался вас.
Риман ответил не сразу. Что за привычка такая с этими странными паузами? На мгновение я снова разозлился, но быстро взял себя в руки.
— Сейчас я простой учитель в академии, — с нотками печали ответил Риман.
— А до этого?
— Давайте сядем в карету, и я вам все расскажу.
Я недоверчиво окинул его взглядом. Кругом сплошные тайны!
— Не желаете ли отобедать, ваше сиятельство?
Тон Римана меня удивил. Он был спокоен и собран, будто бы всего пару минут назад не стоял перед пышущим гневом огневиком. Я решил подыграть ему, втайне надеясь, что за обеденной беседой он выдаст мне еще информации.
— Не откажусь. Мне сейчас не помешает большая порция мяса и что-нибудь сладкое.
— Да, сахар — отличная помощь при магическом истощении. Я бы настоял еще и на порции горячего шоколада. Это самый лучший напиток
