Рикер хмыкнул.
— То есть ты не можешь расслабиться. Ну а если ты будешь точно уверена, что я сам ничего не сделаю?
— Как?
Следующая фраза Рикера заставила меня удивленно выпучить глаза.
— Можешь связать меня.
Нервно рассмеялась. С кем я живу?
— Это шутка?
— Нет. — Рикер встал и направился к шкафу. Вернулся с парой своих галстуков. — В некотором роде мы уравняем наше положение. У тебя браслет, а у меня связанные руки. Только пообещай мне, что действительно попробуешь. Иначе я не стану больше экспериментировать.
Кивнула. Меня так и тянуло улыбнуться. Связанный Рикер — это что-то из разряда фантастики. У спинки кровати имелись выемки, будто специально созданные для идеи супруга.
Постаралась на славу, затягивая узлы на запястьях мужа. Получила ни с чем несравнимое удовольствие. А уж просто смотреть на прикованного к кровати Рикера, оказалось весьма и весьма радостно. Все же невольно расплылась в улыбке. Муж прищурился. Поза его оставалась расслабленной, и зависимое положение, по виду, его нисколько не обеспокоило.
— Ну как, Миа, нравится ощущать свою власть?
Села рядом с Рикером, поджав под себя ноги. Трогать его не торопилась. Просто рассматривала.
— Ты дал себя ударить, теперь связать. Такой сильный, гордый. Ты и дальше будешь продолжать разрешать себя унижать?
Так лучше. Какое удовольствие, когда Рикер показывает, что все контролирует. Зато теперь вспыхнувшее в его глазах злое пламя, хоть и обжигает, но не может до меня дотянуться. Пока. Пусть бесится. Протянула руку и подушечками пальцев невесомым касанием провела по его груди. Уговор есть уговор. Муж хотел что-то мне ответить, но стоило мне дотронуться, и слова застряли, так и не обрушившись на меня гневным потоком. Замер. Это была первая моя вполне осознанная инициатива. На которой я не ограничилась.
Задумчиво начала свое исследование. Рельефные мышцы заинтересовали меня больше всего. Вряд ли такой впечатляющий результат, достигнут одними лишь занятиями борьбой. Качается? Когда успевает? Впрочем, о жизни супруга я знаю не так уж много. Как и о нем самом. Но вопросы не задаю. Может, стоит иногда? В данной ситуации утешает то, что, не смотря на всю предоставленную обо мне информацию, про мою личность муж знает еще меньше.
Кончики пальцев медленными круговыми движениями стали постепенно спускаться вниз. Кубики пресса их явно очень заинтересовали. Рикер прерывисто вздохнул и чуть выгнулся навстречу моей руке. Ему нравились мои касания. Это неоспоримо. Сейчас я действительно имею полную власть над его телом. Он даже ничего не говорит, видимо, опасаясь вспугнуть.
Тщательно изучив живот, моя рука не осмелилась спуститься ниже. Вместо этого вновь поднялась наверх, к груди, и там застыла. В глазах Рикера появился лихорадочный блеск — желание. Теперь я это очень хорошо понимаю. Меня это скорее пугает. Но ведь он связан. Значит можно еще немного продлить игру. Дотронулась до ямочки между ключицами, провела дорожку по горлу, выше, указательным пальцем очертила губы. Огладила линию носа, чуть тронула лоб, а потом рука зарылась в жесткие волосы. Почему-то трогать его шевелюру мне понравилось больше всего, и убирать руку я не торопилась. Сама удивилась своей смелости, и тому, что неприятия своих же действий не возникло.
— Миа, — голос Рикера был тих и тверд. — Поцелуй меня.
Задумчиво склонила голову. Прозвучало почти как приказ. Требование. Это мне не понравилось.
— А если, нет?
— Пожалуйста.
О-о-о. Что с Рикером? Куда дели моего деспотичного мужа, и кто этот незнакомец? Может воспользоваться возможностью, и поторговаться, пока супруг решил играть. Правда, что просить? Свободу мне не дадут, а ничего другого мне пока не требуется — всем по горло обеспечена. И даже в академию, чтобы учиться и реализовывать свой потенциал, пристроена. Ну ладно, сама ведь не прочь поэкспериментировать.
Медленно наклонилась к губам мужа. Рикер не шевелился, и, кажется, даже не дышал. Почему-то меня разобрало нервное глупое хихиканье, и, не дойдя, наверное, пары сантиметров, быстро отдалилась. Ну не могу я его поцеловать.
Муж дернулся мне навстречу, но путы сразу напомнили о своем существовании. Конечно, ноги Рикера оставались свободными, и сидела я довольно близко, чтобы можно было попытаться взять меня в захват, но он этого делать не стал. В глазах его больше не горело азарта и желания. В них вернулись холод и отстраненность. Муж ничего не сказал, просто отвернулся. Обиделся. Ну-ну. А мне будто вся эта ситуация в целом не обидна. Это ведь не его в качестве наказания, повинуясь собственному животному желанию, лишили невинности. Хотя большинство современных людей сказали бы, что в произошедшем нет ничего страшного. Все нормально. Я так совершенно не считаю, но ради себя самой шаги навстречу Рикеру делать буду, неизвестно, сколько еще придется жить вместе. Но не до конца. В этом уверена точно.
Вновь погладила его волосы, привлекая внимание. Надеюсь, довольно ощутимо, если не болезненно потянула на себя, заставляя Рикера повернуться. Больше не раздумывая, и не на что, не отвлекаясь, зажмурившись, коснулась его губ. Словно в пропасть прыгнула.
Секунда, другая. Ничего не происходит. Я все также касаюсь губами его губ, но это мало похоже на поцелуй. Я думала, дальше Рикер сам возьмет на себя инициативу, но он этого не делает. Отстранилась, и с вопросом смотрю на мужа. Он все такой же отстраненный и холодный, но это меня не обмануло. Уголки его губ подрагивали, угрожая расползтись в улыбке, а в глазах пытались скрыться, но без особого успеха, смешинки.
Гневно сощурилась. Во мне разгоралась злость. Я тут через себя переступаю, а он развлекается. Ему смешно.
— Миа, ты такая забавная. Ты бы видела только свое лицо, когда решилась меня поцеловать.
Ну, все. Неприятные ощущения от браслета — мне, и чувствительные щипки — ему.
— Эй-эй, — Рикер со смехом довольно ловко пытался увернуться. — Прекращай. Ну, правда, довольно трудно оставаться серьезным, когда тебя целуют с таким серьезно-напряженным, и даже ответственным видом.
Смешно ему видите ли. Настал мой черед обиженно отворачиваться. Легла на самый край кровати, и сделала вид, будто собираюсь спать. Хотя почему сделала? Действительно буду спать, а он пусть лежит связанный до прихода Персиваля, а если будет мешать спать мне — уйду в свою комнату. Правда, не знаю, какая меня ждет впоследствии расплата за это, но отказать себе в подобном капризе сейчас не могу.
— Милая, я понимаю, что все это тебе не нравится, но давай попробуем еще раз. Обещаю постараться больше не реагировать на твои рожицы.
