Читаем без скачивания Невменяемый отшельник - Юрий Иванович

– Не успеют, – авторитетно заверил самец. – Это им надо плыть не менее чем до нижнего водопада. Но и туда они не доплывают, всё рыбы подчищают.

– И много вам понадобится плодов? – всё ещё терзался сомнениями отшельник.

– Нет. Килограммов по сто на каждого. Для первого раза и расщепления – достаточно. Потом ещё через два месяца сбросишь нам вторую партию, и на нынешний цикл бодрствования нам вполне хватит.

– Всего-то? По сто? – Старался, чтобы досада не прорывалась в тоне. – А если наверху сейчас неурожай? Или не сезон? – Признаваться, что у него самого имеется до полусотни килограммов собранного урожая, пока не хотелось.

– Ты и этого не знаешь! – констатировала громадная самка, нервно дёргая длинным, упругим хвостом. – Это же резерв! Там весь микроклимат управляется автоматически. А стойкость системы – выше, чем у нашей зоны тотального сохранения.

После чего она со своим приятелем демонстративно взглянули на верхушку возвышающейся стены. Мол, долго ты тут болтать собираешься? Не пора ли делом заняться?

А поговорить и в самом деле хотелось. И долго, и много. Хотя бы такой вопрос задать: «Вы настоящие или искусственные?» Но что-то подсказывало, что ещё не время лезть в такие дебри. Зато второй вопрос, особенно наболевший в последние дни, человек всё-таки задал. Хотя и не в лоб, а начав издалека:

– То есть вы почти за пять веков изучили эти земли досконально?

– Это – наша обязанность.

– А полное уничтожение шейтаров не скажется на всеобщей обстановке животного мира?

– Тебе решать, ты в своём праве. Тем более что на крайнем юге, возле океана, ещё остались проживать два самца и одна самка зубастых лягушек. Могут постепенно расплодиться.

– Ну тогда вы и про тех должны знать, кто в недрах проживает и за стальной дверью прячется. Знаете?

– Очень мало. И только самые общие данные, – дополняли тигры друг друга рычанием.

– Прошу предоставить эти данные мне, – вспомнив о безнаказанности, попросил Невменяемый. И хищники ему ответили, чередуясь в коротких фразах:

– Они маленькие. И называются плайшири. Они разумны. Но оказались на грани вымирания из-за гибельной для них чумы, появившейся в мире четыре тысячи лет назад. Их не могли спасти даже тэши. Почти все вымерли… Вот остатки их вида изолировали от всех. Ещё тогда… И они выйдут на встречу с иными разумными, когда только сами решат, что пора. Фактически вся эта зона была создана для сохранения народца плайшири. А мы поставлены её охранять…

На каждую фразу человек непроизвольно отвечал каким-нибудь мимическим действием. Хотя кривлялся непроизвольно. Слишком много информации сразу.

Плайшири… Плайшири?.. Сколько ни пытался отшельник вспомнить, такого слова не слышал. И у сентегов оно нигде не упоминается. Вроде бы… Ну и сами временные даты весьма интересны. То есть ещё при Древних здесь был создан заповедник. Скорей всего и с другой стороны располагается нечто подобное, пусть и впятеро меньшего размера. А когда империю сентегов окружили Барьером, то вокруг заповедников он стал двойным. Сразу же и другие подобные преграды вспоминались, вокруг той же Зачарованной Пустыни, к примеру.

И весьма, весьма интересные выводы напрашивались.

Правда, ещё одна неясность была выплеснута в виде вопроса:

– Но вы так и не сказали, как эти плайшири выглядят? Чем занимаются? И каких конкретно размеров? А то определение «маленькие», да по сравнению с вами – ну совсем не информативно.

– Всё, что мы о них знаем, – ты услышал, – степенно ответила тигрица. И вновь нервно задёргала хвостом. – А теперь мы вынуждены заявить, что спешим. Попытка пробоя Барьера на востоке. Так что поторопись со сбросом для нас партии райсата.

Кремон вздохнул и направил плавер в сторону падающего со скалы потока. Придётся вспоминать свои навыки и умения, необходимые для горного восхождения.

Глава 35

Терраформкаст

В Поднебесном саду оказалось привычно… как в сказке. И хорошо, что Кремон не раз бывал в сосредоточии подобного чуда, в недалеко отсюда расположенной (если глянуть напрямик) Менсалонии. Иначе застрял бы тут надолго и совершенно не вспомнил бы о деле, которое его сюда привело.

Пока пытался отдышаться после тяжёлого подъёма и пока вращал головой во все стороны, продвинулся всего метров на сто, да там и уселся на холмик зелёной травы, будто специально созданный для отдыха и любования. Непонятно было, что за система поддерживает правильную жизнедеятельность сада, но действовала она великолепно. Ни одного засохшего дерева, ни одного слишком жёсткого, неразделимого переплетения колючек и древесных шпилей. Наверное, порядок здесь поддерживался даже лучший, чем Садовниками в их знаменитых на весь мир светящихся садах.

Но вот тени, светящиеся переливы радуги и сияние в виде медленно проплывающих тучек оказались более эффектные и красочные. Они поражали, даже несмотря на дневное время.

А вся территория резерва, как назвали её тигры, умещалась в долине метров пятисот в длину да около ста восьмидесяти в самой широкой части. Река, а вернее рукотворный канал с кристальной водой, вилась серпантином поперёк всей долины, без всякого полива обеспечивая влагой практически каждое дерево. Загадкой оставалось только, кто эти колючие заросли время от времени прореживал, но насмотревшийся на технические самодвижущиеся устройства Древних Кремон об этом даже не задумывался. Просто зафиксировал для себя такую деталь: грунт находится ниже уровня бортов водного канала и почти везде тщательно перекопан. То есть упавшие плоды кто-то скрупулёзно опять зарывал в землю. И если на входе в долину имеются ограничивающие силу течения створы, то лишняя вода сюда не попадает, землю размыть не может и уносит лишь случайно упавшие в воду плоды. Или те, которые уже непосредственно здесь смываются дождём в поток.

Причём чередование созревания урожая замечалось сразу. Одни деревья цвели, вторые уже стояли с завязями плодов, третьи казались утыканными зелёными тяжёлыми гроздями, а четвёртые уже находились в периоде сбора урожая. Вот под теми плодов на земле хватало с избытком. Туда и устремился Кремон, немножко передохнувший и вспомнивший о поставленной ему задаче после довольно чётко расслышанного рыка снизу.

– Ты как там?! У тебя всё в порядке? – волновались тигры, ждали своего пресловутого райсата.

Оружия на сборщике урожая не было, если не считать кинжала и Жессо. Всё осталось в плавере для облегчения подъёма. Так что нагибаться и быстро отбрасывать в сторону потока бурые плоды оказалось несложно. Прикинув скорость своей работы, отшельник решил, что если не за полчаса, то за час управится точно. И чуть ли не на коленках стал ползать, стараясь справиться с этой работой быстрее.

Поэтому подпрыгнул от неожиданности, как лягушка, на добрый метр, когда почти рядом раздался резкий, противный, страшно неприятный звук. Кажется, нечто подобное существовало в подземельях Кихона, столице государства колабов. Они такими звуками поднимали всех по боевой тревоге.

А здесь неприятное завывание раздавалось от надвигающегося на человека механического устройства. Невысокое, примерно по грудь, оно тем не менее имело у себя на вооружении кольцевые шнеки, плуги и некое подобие выдвижных рогаток с циркулярными пилами. То есть в место нарушения спокойствия пожаловал местный садовник и, заметив постороннего в своей епархии, справедливо поднял тревогу.

А человек и не сообразил, что следует немедленно разворачиваться и бежать без оглядки. Привык за последнее время, что керечеса всегда под рукой, да и личной силы Эль-Митолана – полный комплект. Вот и начал махать руками, срывая с пояса Жессо и доставая из не раскрывающегося в спешке кармана Флоры. Тогда как устройство на вполне приличной скорости, поблёскивая своими лентами вместо колёс, уже стало выдвигать рогатки с крутящимися круглыми пилами.

А потом вдруг замерло на месте, резко клюнув носом. Тотчас исчез неприятный рёв сирены. И словно два глаза, на человека уставились две тусклые серые тарелки. Они чуть пошевеливались, словно ими кто-то дёргал, прикасаясь. А потом что-то зашуршало, заскрипело, и раздался хриплый скрежет, весьма отдалённо похожий на человеческий голос:

– Приветствую тебя, господин Терраформкаст третьего ранга! Приятного дня!

Сразу чувствовалось, что он не разговаривал очень долго, лет эдак три тысячи. После чего развернулся и принялся как ни в чём не бывало перекапывать землю с плодами, действуя по плану: «отсюда – и до завтра».

Отшельник долго и протяжно выдохнул и только потом вытер пот со лба. Укладывая не пригодившиеся Флоры обратно в карман, ворчал, досадуя в первую очередь на себя:

– Ну надо же так испугаться?! Да и почему я по сторонам перестал следить? Эта каракатица могла меня переехать… три раза, и я бы только тогда спохватился. Ротозей!.. Может, тигрица не так уж неправа?.. Или мне самому надо нервы лечить этим самым райсатом? – Но тут же вспомнил главную причину своего здесь нахождения и моментально опечалился: – Вряд ли потерю Ягуши можно излечить каким-то лекарством…