Читаем без скачивания Горькие плоды смерти - Элизабет Джордж

Это была черная льняная блуза с белой полосой от плеча до низа. Стоило Барбаре взять ее в руки, как ей сразу вспомнилась Клэр Эббот: как она стояла в ней перед пришедшими на лекцию в Бишопсгейт, как расхаживала взад-вперед по сцене с микрофоном в руке, как отвечала на вопросы публики… В тот вечер сама Хейверс приобрела экземпляр книги «В поисках мистера Дарси».

Или Клэр Эббот взяла эту блузу на время у Рори Стэтем, чтобы выступить в ней перед читателями, или все вещи в чемодане принадлежали Клэр Эббот.

Несмотря на то что дождь лил с серых небес как из ведра, Линли прибыл в Кембридж в приподнятом настроении. Как выпускник Оксфорда, он понимал: признавать красоту Кембриджа с его стороны крайне нелояльно, но не признавать ее было просто невозможно. Даже в проливной дождь там открывался потрясающей красоты вид: причудливая архитектура колледжей, просторные лужайки, увенчанные золотыми кронами деревья… А по ту сторону реки, за величественными башнями колледжей, раскинулся и сам город.

И повсюду были студенты – ехали на велосипедах, прогуливались, бегали трусцой, проносились на роликах мимо преподавателей, погруженных, как хотелось думать Томасу, в дискуссии по поводу насущных вопросов нашего времени. Инспектор даже пожалел о том, что совершенно оторвался от интеллектуальной жизни. Будь он менее честен, он бы поверил, что все это и было причиной его прекрасного расположения духа.

Прежде чем уехать с работы, Томас позвонил Дейдре. Якобы чтобы узнать, как там Арло. Да-да, он просто хочет убедиться, что с песиком всё в порядке, сказал он ей.

– То есть ты звонишь ветеринару, чтобы справиться о здоровье собаки, отданной ему на попечение? – усмехнулась Трейхир. – Глупость неимоверная, но с Арло всё в порядке. Как выяснилось, львы ему гораздо интереснее, чем слоны.

– Я тебя понял, – признался Линли. – Должно быть, это отголосок пресловутой собачье-кошачьей вражды.

– Вполне возможно. Послушай, дорогой, мне нужно кое-куда метнуться. У меня встреча. Мы можем поговорить позже?

Конечно, они могут поговорить позже.

Дорогой. Это обращение прозвучало впервые. И это «впервые» было из разряда вещей, о которых молодая женщина XVIII века не преминула бы сделать вечернюю запись в своем дневнике.

Томас понимал, насколько смехотворны его потуги отыскать в простом слове какой-то особый, скрытый смысл. С другой стороны, Дейдра не особенно разбрасывалась такими словами – как и вообще проявлениями нежности, – не вкладывая в них чувств. Что же это за чувство? Линли был не вполне уверен, что знает ответ. Но ему нравилось думать, что это свидетельство того, что в их отношениях что-то сдвинулось.

В отеле «Риверхаус» он показал служебное удостоверение и попросил позвать управляющего. С момента смерти Клэр Эббот прошло две недели, и первым пунктом в повестке дня был опрос персонала отеля, дежурившего в тот вечер, когда знаменитая феминистка стала жертвой азида натрия.

Удостоверение сотрудника лондонской полиции моментально даровало ему доступ к мистеру Луи Фрайеру, седовласому джентльмену в щегольском костюме в тонкую полоску с гвоздикой в петлице. Как выяснилось, суперинтендант Дэниел Шихан уже ввел его в курс истории, связанной со смертью Клэр Эббот. Во всяком случае, теперь управляющий знал об этом больше, чем в то утро, когда ее бездыханное тело было обнаружено в одном из номеров отеля. И хотя причина смерти Эббот была ему неизвестна, теперь он знал, что ее сочли подозрительной. Вполне естественно, что его главной заботой была репутация отеля. Ведь кому понравится, когда постояльцев увозят в морг сразу после проведенной в его стенах ночи!

Продемонстрировав подозрительно белые зубы, мистер Фрайер пригласил Линли в свой кабинет. Там слова «убийство» и «самоубийство» сотворили чудеса, пробудив в нем готовность к сотрудничеству. Тотчас же откуда-то взялся график дежурств персонала в тот вечер, когда закончился земной путь Клэр. К сожалению, этих людей сейчас на работе нет, уточнил Луи, передавая Томасу список. Они трудятся в вечернюю смену, и поэтому выйдут на работу лишь во второй половине дня. Он, конечно, может позвонить им и распорядиться, чтобы они пришли прямо сейчас, и с радостью это сделает. Однако прежде им с инспектором, пожалуй, стоит обсудить такой деликатный вопрос, как возможный ущерб репутации отеля.

На это Линли ответил, что не может ничего обещать. Тем не менее он сделает все, что в его силах, чтобы отель не засветился в газетах.

– Самым правильным будет, не поднимая особого шума, пригласить персонал, чтобы я мог поговорить с людьми и отпустить их, – предложил полицейский. – Кроме того, хотелось бы осмотреть номер. Думаю, это можно сделать прямо сейчас, пока я буду ждать ваших сотрудников.

– Номер? – спросил Фрайер, снова сверкнув фарфоровыми зубами.

– Да, тот, в котором умерла Клэр Эббот, – ответил Линли.

– Но вы ведь не станете искать там улики, инспектор? Да, стакан был перевернут, но это единственное, что было не так, когда нашли тело этой несчастной женщины. А теперь, две недели спустя… С тех пор в номере несколько раз делали уборку, и вы надеетесь там что-то отыскать… Что там можно найти? Отпечатки пальцев или что-то еще?

Томас сухо заверил управляющего, что не захватил с собой набор для снятия отпечатков пальцев, равно как и увеличительное стекло. Просто ему хочется взглянуть, где все это случилось. Его так и подмывало добавить, что он не надеется спустя две недели найти спрятавшегося за гобеленом убийцу, однако решил, что его собеседник вряд ли поймет столь тонкий намек.

Фрайер отправился за ключом и пообещал заодно попросить своего помощника обзвонить всех, кто работал тогда в вечернюю смену.

– Я распоряжусь, чтобы принесли кофе и пирожные, – пообещал он, как будто для того, чтобы люди пришли в отель в нерабочее время, требовалась некая разновидность подкупа.

Учитывая репутацию знаменитой феминистки, Линли не удивился тому, что и управляющий, и дежурные на стойке регистрации помнили Клэр Эббот как недавно умершую здесь женщину. Запомнили они и ее помощницу, которая, по их словам, закатила в саду отеля некрасивую сцену. Чтобы уладить скандал, пришлось даже вызывать старшего официанта, а затем и самого мистера Фрайера. Что было причиной ее истерики, сказать не мог никто. Но там, кроме этой скандалистки, были двое мужчин, а также еще одна женщина и ее собака.

В номере Клэр Томас обнаружил балкон, выходящий в сад. С балкона открывался прекрасный вид на старинный город и на реку Кем. Вся в оспинах от капель дождя, она неторопливо несла свои воды в двух шагах от низкой стены сада. Линли проверил запор балконной двери. Тот оказался не слишком надежным, однако дополнительная безопасность обеспечивалась за счет металлического штыря, что вставлялся в направляющую, по которой скользила дверь.

Мебель и другие элементы интерьера были стандартными для всех отелей. Правда, из этой комнаты в смежную вели две двери, каждая из которых для пущей безопасности запиралась изнутри.

В данный момент вторая дверь была заперта, но инспектор предположил, что вторая комната была идентична той, в которой он находился. Письменный стол в нише, телевизор с плоским экраном на стене, стол и стулья напротив балконной двери, широкая кровать, с обеих сторон которой стояло по тумбочке и светильнику… На стенах висели акварели, изображающие сценки университетской жизни тех далеких дней, когда студенты еще носили черные мантии.

Полицейский проверил замок на двери в смежную комнату со стороны комнаты Клэр Эббот. Работает идеально. Затем он подошел к нише, где на письменном столе лежала брошюра с информацией о предоставляемых отелем услугах.

В первую очередь его интересовало меню заказов в номер. Ага, вот оно, с указанием времени, когда такой заказ можно сделать. Как выяснилось – в любое время. Правда, после одиннадцати часов вечера выбор блюд существенно ограничивался. Из чего Линли заключил, что в отеле должен быть дежурный повар.

Как только пришел первый работник вечерней смены, мистер Фрайер выделил Томасу для общения с персоналом конференц-зал. Работники кухни принесли для своих коллег, работающих в вечернюю смену, кофе и пирожные. Инспектор поговорил с официантом, и тот описал ему мужчин, которые находились в саду вместе с помощницей Клэр, когда за чаем произошел пресловутый скандал. По его словам, это были ее муж и сын. Они приехали, чтобы отвезти ее домой в Дорсет, так как она была не в том состоянии, чтобы добраться туда самостоятельно.

Линли также узнал, что вечером на кухне остается всего один человек и что заказы на доставку еды в номер принимают на стойке регистрации, откуда те передаются на кухню.

Ночным поваром оказалась пенсионерка, ранее работавшая в столовой Королевского колледжа. Она вернулась на работу, как только поняла, что проводить в обществе мужа двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю вовсе не способствует счастливой супружеской жизни. Муж сделал то же самое, призналась она, и теперь работает неполную неделю. Правда, в отличие от нее, он трудится днем, в то время как она – по вечерам. Только так, решили они, можно дожить до золотой свадьбы, не убив друг друга.