Читаем без скачивания Начало пути - Василий Баранов

— Если с годами у Марии Ивановны маразм окрепнет, то в школе будут изучать твой бред.

— Она отличная тетка. Будет бродить между парт и бормотать:

Схожу ль с ума иль восхожуК высокой степени безумства?Наш Даня — гений, вам скажу,И отрицать сие — кощунство.

Данька закатил глаза, сделал ручкой, что должно было изображать восторг от его несравненной поэзии.

— Безумство — это как раз про нее, а в купе с твоими стишками — полный маразм.

Они двигались вперед. Славка не много отставал, робел. Они подошли к той парочке. Данька сделал знак своим спутникам остановиться. Сам пошл вперед. Он решил спровоцировать Гришку и Петьку. Данечка шаркает ножками, ручки болтаются, голова подрагивает. Включил дурочку. Парни его заметили.

— Гриша, отдай денежки, — полуидиот стоял с открытым ртом и хлопал ресницами.

— Какие деньги? Я у тебя брал? — Гришка сплюнул. Вон как от страха перекорёжило несчастного. И еще лезет. Дуну и убежит.

— Ты у Славика брал. Отдай, а то полицию позову. — Дэн наслаждается своей шалостью. Ах Моська, знать она сильна, коль лает на слона.

Гришка грозно посмотрел на стоявшего перед ним идиота:

— Плюху захотел? Меж глаз рог поставлю. Канай отсюда!

— Деньги отдай. А то я тебе врежу, — Данька внимательно разглядывал свой маленький кулак. Совсем не представительный.

— Что?! — Такой наглости Гришка вынести не мог. Он размахнулся, что бы врезать уродцу, но согнулся пополам от резкой боли в животе, от удара Даньки. Удар сверху по загривку сжатыми руками от Дани повалил его на асфальт. Петька бросился на врага, пылая жаждой мести. Получив жесткий удар в челюсть, отлетел в траву. Сидел на газоне, тряс головой.

— Зело гневлив отрок. — Приговаривал Даня. — Не разумен. Тебе ль холоп во кулачном во бою со мною тягаться.

Максим и Славка стояли чуть поодаль. Если Макс ожидал подобное, то для Славы увиденное стало неожиданностью. Минуту назад новые друзья были обычными учениками его класса. Максим, конечно, был из тех, кто может ха себя постоять, но Даня….

— Вставай, Гриша, — Данька перестал дурачиться, — я лежачих не бью.

Гришка вставал, соображая, как врезать противнику. Но сейчас перед ним стоял не придурковатый Данечка с Тракторной улицы, а матрос Дэн. И Гришка увидел в глазах, в этих черных глазах, холодную ярость хищного зверя. В темной глубине взгляда мерцала смерть. Презрительная улыбка пугала. Гришка струсил. Он никогда раньше не испытывал такого страха, граничащего с животным ужасом. Молча залез в карман, достал деньги и, не считая, протяну их Даньке.

— Держи. — Тихо сквозь зубы выдавил их себя.

Даня взял одну купюру пятьсот рублей.

— Я чужих не беру.

Он повернулся, что бы подойти к Славе и отдать деньги, а Гришка, освободившись от магии взгляда, решил обрушить всю мощь своих кулаков на спину и голову легкомысленного противника. Тренировки не прошли даром. Данька чувствовал каждое движение за спиной. Резко обернулся и ребром ладони ударил по руке врага. Гришка закричал от боли, схватился за пострадавшую руку.

— В следующий раз руки переломаю, недоносок, — бросил Данька, — и больше к Славе не подходите. Живьем закопаю.

Пошел к Славе.

— Они у тебя пятисотник взяли? — Протянул бумажку другу. Он возвращал ему не деньги, а мечту. Пусть купит свой справочник.

— Да. Пятисотник, — подтвердил Славка. Но замешкался, не сразу протянул руку за купюрой. Дэн припомнил, что сам принял деньги, предложенные Свеном после некоторого колебания. Деньги, добытые в бою. Те были разбойные, а эти — честные.

— Держи. Пойдем, ребята. — Повернулся и не спеша пошел.

Поверженные враги стались позади. Гришка и Петька уже не пытались отплатить врагу. Ек хватило бойцовского задора и подлости напасть со спины.

— Ты здорово их припечатал, — похвалил Максим.

— Если б мой тренер это увидел, был не доволен. Он считает, что надо иди до конца. — Данька не уточнил, до какого конца, но даже Славка понял, что скрыто за этими словами. И он думал: а не попал ли он из огня, да в полымя. Оказывается вон какие крутые ребята Максим и Даня. Данька

может "пойти до конца", убить голыми пуками. Робко спросил:

— Вы меня бить не будете?

— Чего?! — возмутился Данька, — Ты с какого дуба пал? Что бы мы друзей били?

— Но эти же меня… — оправдывался Славка, — били.

— Это другое дело. Да и не был ты им другом. А они не были твоими друзьями. — Пояснил Максим. Как только такое может прийти в голову, бить друга.

Что бы поменять тему спросил:

— Ты, Славка, кем хочешь быть после школы?

— Я? Я — врачом собираюсь, как мои родители. — Славик смутился. В профессии врача нет ничего героического.

Впервые кто-то интересовался им самим, о чем он думает, кем хочет стать. То, что произошло только что, было не нужным и далеким.

— А ты, Даня, кем будешь?

— Собираюсь следаком стать. Следователем. Преступников буду ловить. — Ответ достойный исинного героя.

— А ты, Максим? — Славка подозревал, что ответ будет нестандартным. Очень привлекательно стать менеджером, юристом. Нет, ответ будет другим.

— Моряком. Буду ходить в дальние походы, открывать новые земли. — Макс даже представил себя на палубе океанского корабля. Возможно ледокола. Кругом льды, короткое полярное лето. Торосы и айсберги под невероятным северным небом.

— Здорово, — согласился Славка. Его друзья умеют мечтать. Пусть это не практично с точки зрения обывателя, но здорово.

Не заметно за разговорами они пришли домой к Максиму. Макс включил компьютер, вставил диск. Коробку отдал ребятам. На экране поползли титры, а потом развернулось само действие. Смелый принципиальный герой оказался между молотом и наковальней. Преступники и спецагенты пытаются завладеть документами, разоблачающими продажных политиков. Герой хочет предать огласке темные делишки правителей. Коварная красавица предает героя. Бьются машины, взрывы, полыхает огонь. В воздухе взрывается вертолет. Герой обходит одну ловушку за дугой. Ребята в напряжении. Славка впервые в компании своих друзей, а не в одиночестве, смотрит такой фильм. Так увлекся, что ничего не замечет. Кулаком бьет по коленке Даньки.

— Сейчас они его убьют. Беги! — подпрыгивает на стуле.

Трупы, море крови. Великолепный фильм.

— Как ребята? — Спросил Макс. — Сам все еще находится под очарованием невероятных экранных приключений.

— Здорово! Настоящий Голливуд! — Восторгается Славка.

— А тебе как, Даня? — Спросил Макс.

— Нормально. Отлично поставлено. — Хотя знает, что на экране не то, что он видел в жизни.

— У меня кекс есть, — вспомни Максим, — чайник поставлю, попьем чая.

Он встал и пошел на кухню. Данька подумал: " Если мы приняли в свою компанию Славика, то секреты от него — это не по-людски. Не правильно".

— Ты посиди здесь, а я пойду, помогу нашему хозяину, — встал и вышел. Не хотел принимать решение в одиночку, не посоветовавшись.

Максим доставал из холодильника кекс, когда вошел Данька.

— Макс, — начал с ходу, — ты веришь Славке? Доверяешь?

— Вроде, да. Ты хочешь? — Максим догадался к чему этот вопрос.

— Если он наш друг, то не хорошо не поделиться с ним тайной. Как думаешь? — Ждал, что решит друг.

— Тайна больше твоя, тебе и решать.

— Макс, я не могу решить без тебя. Не посоветовавшись с тобой. Ты мой друг, и я хочу знать твое мнение. Как решим?

— Была, не была. Только, он может не поверить. Я то же не поверил в начале.

— А мы сделаем так, что бы поверил. Я знаю, как это сделать. Идем.

Они вернулись в комнату. Савик от нечего делать осмотрел комнату, нашел на столе альбом. Открыл его. Там были рисунки. Хорошие рисунки. Так может рисовать только очень одаренный человек — решил он. Когда друзья зашли, Славик смущенно отложил альбом.

— Я тут без спроса альбом взял.

— Ну и ладно, — махнул рукой Максим.

— Ты хорошо рисуешь. В тебе художник живет.

— Не живет, — поправил Максим, — он в коме. Я давно собираюсь отключить его от приборов жизнеобеспечения. Пусть спокойно умрет.

— Максим, он хороший художник. Который в тебе. — Славке было жаль этого художника. Он имеет право на жизнь.

— Разберемся. Славка, если мы доверим тебе тайну? Ты сохранишь ее? — Максим в упор смотрел на друга. Такую тайну не доверишь первому встречному.

— Тайну? Хранить тайны умею, — заверил Славик.

— Это очень серьезная тайна. От ее сохранности зависит жизнь Даньки. Он рискует жизнью. Не на словах, а на деле. Разболтаешь — Данька погибнет. Никому?

— Никому! — Ему сейчас доверят важную тайну. Такого у него не было. Он будет молчать.

— Давайте тайну.