— Вы, без сомнения, будете удивлены, мистер Малкольм, — начал по-английски Зорге, — что я пригласил вас на эту несколько необычную встречу.
Американец понимающе улыбнулся.
— Мы живем в необыкновенное время, доктор Зорге. Время, когда рождаются необыкновенные ситуации. Но вы, очевидно, хотите провести отпуск на одном из наших судов? Или же вы желаете что-либо другое? Итак, чем могу служить?
Зорге опустился поглубже в воду и непринужденно рассмеялся. Пусть соглядатаи полковника Одзаки думают, что господа рассказывают друг другу светские сплетни.
— Совсем напротив, мистер Малкольм. Это я хотел бы сослужить вам службу.
Американец удивленно поднял брови.
— Сослужить службу? Мне? Может быть, вы хотите бросить профессию журналиста и получить должность в компании «Гамильтон лайн»? Что ж, я готов поговорить об этом, если вы примете определенные условия.
Зорге насторожился. За насмешливым замечанием Малкольма скрывался явный интерес к его, Зорге, персоне.
Значит, все идет как надо.
— Бросить профессию, да верно! Но я не хочу служить в «Гамильтон лайн». А вот вашему правительству готов сослужить службу. Скажем, даже очень большую службу. Конечно, если будут приняты мои условия.
Американец бросил на Зорге настороженный взгляд.
— Доктор, я вас не совсем понимаю.
— Бросьте, мистер Блэнд, прекрасно понимаете, — ответил Зорге неожиданно по-немецки. — Я вообще думаю, что мы оба очень хорошо понимаем друг друга.
Майор Блэнд из разведки военно-морских сил США хорошо владел собой. Лишь какая-нибудь секунда потребовалась ему для того, чтобы подготовить ответ.
— Doctor Sorge, I don't understand German. I am sorry, but would you please talk English?[10]
— Мистер Блэнд, вы не раз совершали одну и ту же ошибку. Знаете какую? Недооцениваете людей, — упрямо продолжил Зорге по-немецки. — Так, например, когда вы на прошлой неделе вручили вашему агенту Шигахаме пять тысяч долларов. Вы хотели вознаградить его за переданные вам данные о новом японском авианосце «Изе-Мару»? А на самом деле вы пополнили кассу полковника Одзаки, ибо Шигахама — офицер японской контрразведки и передал вам на сто процентов ложную информацию.
Блэнд выдвинул вперед подбородок и ничего не ответил.
— В действительности авианосец имеет водоизмещение двадцать две тысячи тонн и осадку семь метров. Я охотно готов сообщить вам дальнейшие подробности.
— What do you mean, Doctor… You talk in riddles[11].
— На нас смотрят, мистер Блэнд, — предупредил Зорге, — давайте проплывем немного дальше. И не делайте, пожалуйста, такое серьезное лицо.
Американец внял предупреждению. Они проплыли несколько метров, радостно улыбаясь друг другу.
— Никогда нельзя соблюсти полную осторожность, Блэнд, — заметил Зорге, ныряя. А вынырнув, отфыркиваясь продолжил: Япония готовится захватить новые территории в бассейне Тихого океана. А поскольку Соединенные Штаты твердо решили воспрепятствовать дальнейшим разбойным военным походам японцев в этом районе, нужно считаться с возникновением вооруженного конфликта между этими государствами.
Я знаю, что это для вас не ново, но, может быть, вы сочтете новостью то, что я сейчас скажу: война между Японией и США придвинулась вплотную, и Страна восходящего солнца собирается напасть на вас внезапно. Я прекрасно знаю, Блэнд, что все секретные и не очень секретные американские службы в этой стране имеют задание узнать, куда Япония направит свой первый удар. А он может стать решающим! Насколько я осведомлен, большая часть ваших руководителей считает, что удар этот будет против Сингапура, Голландской Индии или Австралии. Тот, кто так полагает, не имеет ни малейшего понятия о японском образе мышления. Если японец нападает на кого-нибудь первым, то сначала на самого сильного противника. Почему? Да потому, что если тот будет повергнут, то остальные сами разбегутся от страха. Вы можете верить мне, Блэнд. Первый удар будет обращен против самой Америки. Поэтому я исхожу из того, что вам, конечно, очень интересно было бы узнать, когда и где японцы нападут на вашу страну.
Американец уставился на Зорге, как на привидение. От удивления он не мог вымолвить ни слова.
— Знаю, милейший господин Блэнд, что вы усомнились, в своем ли я уме, — сухо рассмеялся Зорге. — Но вряд ли станете сомневаться в качестве моей информации, если я вам сейчас скажу, что вы в пятницу радировали в Вашингтон. Вы попросили подкрепления для вашей резидентуры, а для себя — больших полномочий в расходовании денежных средств. Видите, я знаю даже ваш секретный шифр, а вы убеждены, что он не поддается расшифровке.
Это была чистая ложь. Зорге, конечно, не знал ключа к шифру. Но его снова выручила редчайшая способность понимать то, что было написано на обрывках зашифрованных телеграмм. Он блефовал с американцем, зная лишь немногие факты. Но он сумел так их связать между собой, что получалось: ему, Зорге, известны все тайны, и от него вообще ничего не скроешь.
Блэнд был убежден: Зорге знает все о его деятельности и поэтому может в любой момент выдать и его самого, и всех его сотрудников.
— Прошу вас, коллега, не показывайте своего волнения. Те, кто за нами сейчас наблюдает, смогут увидеть то, что не доходит до их ушей.
— Вы правы, доктор. Но то, что вы сказали, действительно ошеломило меня. Конечно, сотрудничество с вами важно для меня, более того — чрезвычайно важно! Говорю вам откровенно. На какой основе мы смогли бы работать?
Зорге прервал с веселой улыбкой:
— Миллион долларов чистоганом я посчитал бы очень скромной ценой. Правда, согласен на то, что деньги будут выплачены только тогда, когда вы убедитесь: моя информация верна.
Зорге кивнул Биргит, которая как раз оглянулась на него. Она показывала своим поклонникам, как долго может находиться под водой. Мокрые волосы облепили ее голову, сделав лицо уже и моложе. По тому, как вели себя аргентинцы, можно было легко понять, что между ними уже вспыхнула конкурентная борьба за благосклонность красавицы шведки.
— Уверен, господин Зорге, — ответил Блэнд, — ваше предложение будет принято. Более того, абсолютно уверен! Оно выгодно, корректность его не вызывает сомнений. Вашингтон, несомненно, согласится. Тем более там всегда охотно принимают предложения, которые оплачиваются лишь после успешного завершения дела. И напротив, ведут себя очень сдержанно, если надо платить вперед, хотя в вашем случае…
— Впрочем, я не против задатка и в качестве такового рассчитываю получить два паспорта, — продолжил Зорге, — которые дадут право моей сотруднице и мне жить в Америке после выполненной работы. И безусловно, нам должно быть гарантировано покровительство вашего правительства, в том числе и защита от длинных рук Советов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
