г. съезд Исламского центра
Чеченской Республики и Совета старейшин объявил о расформировании ДУМ ЧР. Руководители ДУМ ЧР отвергли решения съезда как незаконные и провели в Грозном Объединительный съезд исламского духовенства Чеченской Республики. Съезд поддержал муфтия Магомед-Башира Арсунукаева и объявил о роспуске Исламского центра Чеченской Республики, а также всех «исламских» политических партий и групп.
В течение последующего полугода ДУМ ЧР явно удерживало инициативу в противостоянии с Исламским центром. 9 декабря 1992 г. оно, наконец, добилось официальной регистрации, однако в январе 1993 г. сторонники Дудаева создали Духовный центр мусульман Чеченской Республики, ставший преемником изрядно скомпрометировавшего себя Исламского центра.
Новые методы подавления духовной оппозиции довольно быстро принесли свои плоды. 28 января глава ДУМ ЧР муфтий Магомед-Башир Арсунукаев под сильным давлением лидеров Духовного центра мусульман и светских властей ушел в отставку, однако Совет улемов ДУМ ЧР ее не принял. 25 февраля
1993 г. Внеочередной съезд мусульманского духовенства Чечни вновь избрал Арсунукаева муфтием Чеченской Республики, что стало последней попыткой ДУМ ЧР сохранить твою независимость.
14 апреля 1993 г. Национальный комитет по правовой реформе Чеченской Республики зарегистрировал Духовный центр мусульман Чеченской Республики в качестве единственного руководящего органа мусульман Чечни и аннулировал регистрационное свидетельство ДУМ ЧР. Через два месяца муфтий Чечни Магомед-Башир Арсунукаев в знак протеста против государственного переворота в Чеченской Республике Ичкерия повторно подал в отставку с поста главы ДУМ ЧР. Новым муфтием Чечни стал Мухаммад-Хусейн Алсабеков, бывший до этого чиновником правительства Джохара Дудаева17.
Журналист Николай Поросков о муфтии Магомеде-Башире Арсунукаеве
Масхадов поддержал тост за восстановление мира, но пить не стал, сославшись на то, что ему предстоит участвовать в каком-то религиозном ритуале на самом высоком уровне. Я гадал тогда: неужели поедет к тогдашнему муфтию Магомеду Боширу Арсунукаеву? Дело в том, что накануне я был у этого человека дома в селе Алхан-Юрт и убедился: муфтий — противник новой власти. Магомед Бошир был авторитетен не только в Чечне, отнесен к высшей иерархии религиозных деятелей. Всю свою жизнь, включая и депортацию в Казахстан, откуда вернулся в 1959 году, Магомед Бошир посвятил религии. Совершил хадж в Мекку. Муфтием Чечни он был избран в 1991 году. Пришедший к власти Дудаев трижды приглашал его на свою инаугурацию, но всякий раз получал отказ.
Во время нашей с ним беседы муфтий сидел на покрытом ковром диване, держа ноги на зеленом атласном коврике. Разговаривали через переводчика. Как мне потом сказали, некоторые высказывания муфтия были переданы в смягченной форме. Он говорил, что не видит возможности сотрудничать с Дудаевым, что идущая война не носит религиозный характер, что будущее Чечни — только в составе России. Этот 84-летний старик напоминал мне неистового протопопа Аввакума. Принявшие веру Дудаев и Масхадов скоро заменили Магомеда Бошира «своим» муфтием. Обращение Арсунукаева к боевикам, где были слова: «Режим Дудаева — позор для чеченцев», записанное на кассету, не раз транслировалось федеральными войсками через звуковещательные станции. Боевики при этом открывали по машине огонь из всех видов оружия. Что стало с уважаемым Магомедом, мне неизвестно. Одни говорили, что зарезан боевиками, другие — что покинул Чечню18.
Новый муфтий Чечни сохранял лояльность по отношению к президенту Дудаеву только до обострения вооруженного противостояния с оппозицией, достигшего своего пика в сентябре
1994 г. Не желая принимать участие в этом конфликте и занимать чью-либо сторону, Алсабеков заявил о своей отставке, которая, правда, не состоялась19. После начала Первой чеченской войны политика главы ДУМ ЧР вступила в явное противоречие с интересами дудаевских боевиков. Миротворческая деятельность Алсабекова и его отказ объявить России джихад сделали муфтия заклятым врагом боевиков. Чтобы избежать судьбы бывшего муфтия ДУМ Чечено-Ингушетии Шахида Газабаева, жестоко избитого, а затем похищенного боевиками, в феврале 1995 г. Алсабеков бежал в Казахстан[15]. Новым муфтием Чечни вновь стал Магомед-Башир Арсунукаев, ненадолго.
В марте 1995 г. в селении Ведено полевой командир Ахмад Кадыров на сходе ведущих полевых командиров был провозглашен новым муфтием Чечни. Вскоре он объявил России джихад от имени Исламской Республики Ичкерия, образованной на том же сходе. По информации корреспондента «Новой газеты» Анны Политковской, за это Кадыров был премирован несколькими нефтевозами и нефтескважинами на территории Ножай-Юртовского и Грозненского сельского районов20. Как бы то ни было, новый муфтий Чечни надолго стал верным союзником Джохара Дудаева, а затем и его преемника Аслана Масхадова.
Такая «симфония» светской и духовной власти продолжалась достаточно долго — почти четыре года. Первые признаки нового кризиса в отношениях между муфтием и президентом Чечни Асланом Масхадовым проявились в 1998 г., когда резко активизировавшиеся в республике салафиты-ваххабиты начали наступление на традиционный ислам, избрав своей главной мишенью Кадырова. Пережив к маю 1999 г. шесть покушений, Кадыров стал серьезно сомневаться в способности Масхадова справиться со сторонниками «чистого» ислама, на стороне которых находились уже почти все ведущие полевые командиры21. Кроме того, в феврале 1999 г. Масхадов, желая упрочить свою власть, ввел в республике шариатское правление и лишил Кадырова значительной части административных полномочий22.
После начала контртеррористической операции в Чечне Кадыров, которого больше ничто не связывало с Масхадовым и полевыми командирами, стал лидером промосковских чеченцев. Летом 2000 г. он возглавил временную администрацию Чечни и одним из первых указов запретил деятельность в республике ваххабитов, законодательно закрепив разделение чеченских мусульман на «хороших» и «плохих»23. Сейчас именем Кадырова называют улицы, площади и школы, причем не только в Чечне.
В других субъектах Российской Федерации взаимоотношения светских и духовных властей протекали далеко не столь остро, как в Чечне, однако и в смягченном варианте попытки манипулирования исламским сообществом нередко приводили к тяжелым последствием.
Наибольший урон от политики региональных лидеров претерпело ДУМЕС, распространявшее свою юрисдикцию на территории от Камчатки до Молдавии. Развал Советского Союза и последовавший за ним «парад суверенитетов» внутри самой России, имели для единства ДУМЕС фатальные последствия. Общины ДУМЕС, находившееся в европейских странах СНГ — Украине, Молдавии, Белоруссии и странах Балтии, уже не могли юридически обозначить свое членство в этой структуре, что вынудило их создавать собственные централизованные организации. Процесс становления новых муфтиятов сопровождался неизбежными расколами, особенно серьезно поразившими украинскую умму.
На территории России главную угрозу для целостности ДУМЕС стали представлять республики Татарстан и Башкортостан, получившие особо привилегированный статус и всячески укреплявшие свою новообретенную государственность любыми, в том числе и весьма сомнительными, способами.
Изменения в статусе бывшей Татарской АССР привели к тому, что власти «суверенного государства» Республики Татарстан просто не могли позволить, чтобы их ведущие религиозные организации
