мне сидеть с Дашей, с моей — чтобы ходил транспорт и можно было придумать легенду для бабушки. По подсчетам выходило, что следующие выходные подходят для поездки как нельзя лучше. И если я выеду рано утром в субботу, то, с учетом всех пересадок, во второй половине дня буду в исправительном учреждении. Также решили, что бабушке я просто скажу, что меня попросили выйти на работу в субботу, так как родителям Даши нужно уехать в этот день по делам, до позднего вечера.
— Светлан, я и вам готова заплатить за содействие, — робко начала я.
— Ой, не придумывай давай, — даже не стала слушать моя работодательница.
Я перевела ей деньги. Через пару дней она сообщила, что выбранная дата подтверждена. У меня будет не более 30 минут на разговор.
— Самый дорогой разговор в моей жизни, — пошутила я.
— Ну что ж теперь. Главное, чтобы все это было не зря.
С мамой мы теперь созванивались регулярно, и я уже не представляла, как прожила три года без этих бесценных звонков. Меня подмывало сказать, куда я собираюсь, но я прекрасно понимала, что мама не оценит такую затею. Может быть, скажу ей позже. По итогу встречи с этой тварью.
Накануне выбранной субботы я как можно беззаботнее сказала бабушке, что меня попросили и завтра посидеть с малышкой, так как ее родителям понадобится уехать в другой город по делам допоздна.
— Конечно, посиди. Денежка нелишняя будет для тебя, — согласилась бабушка.
Эх, знала бы она…
Хорошо, что в дорогу ничего особо не требовалось, и можно было ограничиться карточкой и документами — большая сумка сразу бы вызвала подозрения у бабули.
Светлана мне сказала все нужные данные — кого спросить, по чьей протекции я приехала, назвала точный адрес колонии и время, к которому меня будут ждать. Я узнала, на каком транспорте добраться, и какие нужно сделать пересадки.
В назначенный день, под видом того, что я иду на работу, водиться с ребенком, я отправилась на автобусе в сторону вокзала. Через несколько часов мне предстояла встреча с убийцей. С преступником, который когда-то лишил меня отца.
Глава 156
На ближайшем автобусе я прибыла в областной центр. Проездка прошла без приключений — я не спала, сумку мою никто не крал, да и в принципе, народу в салоне почти не было.
В городе, до следующей пересадки, нужно было перекантоваться час. Его я провела в первом попавшемся кафе с чашкой чая. Далее с железнодорожного вокзала села на электричку до соседней области. А оттуда — на разбитую газельку, которая привезла меня в поселок, где и располагалась исправительная колония.
В дороге я думала о том, что, возможно, стоило позвать с собой Ивана. Но мне почему-то хотелось совершить эту поездку самостоятельно. Это был лично мой груз, и хотелось самой сбросить его с плеч. Авантюра? Да. Опасно? Немного. Но не опаснее, чем мчаться к сумасшедшей Регине, или сходить в кафе, в котором спустя двадцать минут вспыхнул пожар. Преступник? Да. Убийца? Да. Но я же встречаюсь с ним не на темной улице, а под присмотром. Страшно ли мне? Да. Но не столько из-за того, что он может сделать что-то мне, а из-за того, что он когда-то сделал с папой и с моей жизнью.
Наконец я прибыла к зданию, огороженному высоким забором с колючей проволокой. Все здесь навевало такую тоску, что была мысль сбежать без оглядки. Я остановилась. Перед моим мысленным взором возникло лицо папы. Я школьница, он веселый и молодой, и навсегда таким останется. Мы дурачились и смеялись.
Ободренная видением, я вспомнила, зачем сюда пришла, и решительно нажала на кнопку звонка.
— Вам кого? — прохрипел динамик.
— У меня назначено, — прокричала я в ответ, и дверь щелкнула, отворяясь.
Я прошла на КПП.
— Здравствуйте, позовите, пожалуйста, Бориса Степановича. Скажите, что пришла Камальская Александра к назначенному времени, — сказала я коренастому мужчине на входе в синей пятнистой форме.
Тот позвонил по телефону.
Через несколько минут показался полный мужчина и бросил на меня быстрый взгляд.
— Здравствуйте, я от Самуила Гургеновича.
— Приехали? Хорошо, пойдемте. — Я направилась за ним. — У вас будет полчаса. Встреча не личная, будет присутствовать сотрудник. Ради вашей и нашей безопасности.
— Я согласна.
Меня провели в помещение с табличкой «Комната свиданий». Посетителей от заключенных ограждала массивная железная решетка с частыми прутьями. Сегодня здесь я была одна, не считая подошедшего мужчины, тоже в синей пятнистой форме. Борис Степанович что-то ему шепнул на ухо, и тот кивнул.
— Подождите немного.
Минут через десять с другой стороны помещения открылась дверь, и двое ввели мужчину в тюремной форме.
— У вас полчаса.
Передо мной находился убийца моего отца.
Глава 157
Заключенный ощупал меня недобрым взглядом и сел напротив. Изможденное лицо. Побритый. Наглые зеленые глаза.
Так вот ты какой. Мразь. Вот кто, значит, принес мне и маме столько страданий, а не инфаркт.
— Ежов Андрей Павлович? — спросила я, не в силах сказать этому недочеловеку «здравствуйте».
— Ну, допустим. А ты кто? — нагло ответил он.
— Я дочь человека, которого вы убили.
В его глазах мелькнул интерес.
— Зачем пришла?
— Я хочу знать, за что вы его убили.
— Я все сказал на суде.
Я испугалась, что приехала зря.
— Здесь не суд! И на суде я не была, так как была тогда еще ребенком!
— Твои проблемы, — ответил Ежов, явно издеваясь и чувствуя себя королем положения.
— Да поймите вы! — не выдержала я. — Мне всю жизнь говорили, что отец умер от инфаркта! Я и знать не знала, что его убили! До двадцати пяти лет дожила, вообще ничего не зная!
— Ну и дальше бы не знала, — ответил мой собеседник, звякнув наручниками, которыми его пристегнули к столу, но в глазах его отразилось что-то вроде… жалости? Хотя нет, такие не умеют ее испытывать.
— Вы лишили жизни человека! Вы сломали жизнь всей нашей семье! — попробовала я зайти с другой стороны. — Я просто хочу знать, за что!
— Лишил, значит, он заслужил, — вальяжно ответил Ежов. — Еще вопросы будут?
— Заслужил? Да он был замечательным! Он никому и никогда не причинял зла! Он ввязался в эту финансовую пирамиду, потому что был уверен, что люди там получают доход со всяких драгметаллов или что-то наподобие! Он бы никогда не втянул туда вас, чтобы причинить зло, понимаете?
— Ну, вот видишь, сама все знаешь. А зачем-то меня спрашиваешь. Зачем приехала?
— Вы мне только скажите, — я уже начинала терять терпение, — неужели жизнь человека стоит каких-то там денег? Неужели можно вот просто так
