– Андреа, все это я знаю. Но меня смущает запах алкоголя. Откуда он взялся, если отец не пил?
– И ты уверена, что этот малый не ошибся. Понятно, – пропела Андреа. – Я передам это частным сыщикам. – Она немного помолчала. – Подожди минутку. Это не тот парень, о котором ты говорила мне в понедельник? Джо… как его там? Управляющий фермой?
– Тот самый.
– Ого! Марк беседовал с ним. Говорит, что малый действительно крутой.
Судя по ее тону, Марку пришлось нелегко.
– Вот именно. Описание очень точное. И чем же он достал Марка?
– Ну, он пригрозил подать в суд, если условия контракта не будут соблюдены. Марк просмотрел контракт и подтвердил, что тот имеет законную силу. Он передал его группе Дэвида Роува, чтобы они решили, выплатить ли парню неустойку или дать ему доработать до окончания срока.
Алекс знала, что слово «группа» означает еще примерно с полдюжины адвокатов, занимающихся наследственными делами и расчетами с кредиторами.
– Трудность заключается в том, что некуда девать лошадей, – сказала она. – Видимо, потребуется время, чтобы подыскать для них новых владельцев.
– Ты говоришь так, словно это тебя волнует. – В голосе Андреа послышалась лукавая нотка. – Должно быть, малый симпатичный. Это так?
– С чего ты взяла? – принялась защищаться Алекс.
– Я знаю тебя, подруга. Ты не слишком расстроилась, узнав об измене этого ползучего змея. И интересуешься делами Уистлдауна куда больше, чем всеми остальными. Вот я и спрашиваю себя: к чему бы это? Есть только один ответ – стоящий мужчина!
Алекс волей-неволей рассмеялась.
– Ты права, он симпатичный.
– Хорош в постели? Или еще не знаешь? Дудки, знаешь! Ты не откладываешь такие дела в долгий ящик.
– Андреа!
– Кончай. Живо колись. Сколько по десятибалльной шкале?
– Одиннадцать, – со смехом ответила Алекс. – Все, больше ни слова!
– Думаю, я тебя навещу, – сексуально промурлыкала Андреа. – Впрочем, нет. Я сделаю лучше. Когда ты вернешься домой, я найду вескую причину для личного посещения Уистлдауна. Разумеется, в твое отсутствие.
Алекс засмеялась, хотя и не нашла в том, чтобы позволить Андреа подбивать клинья под Джо, ничего смешного.
Хотя почему? Она же изо дня в день напоминала себе, что не собирается претендовать на Джо. Их связь окончилась намеренной холодностью с ее стороны и сухой учтивостью с его, если не считать ночей с «уоки-токи», когда она слышала протяжный голос Джо, певший ей что-то вроде колыбельной. Несмотря на таблетки, она спала плохо и почти каждую ночь видела во сне отца. Ночь можно было пережить только благодаря тому, что Джо был на месте и слушал ее.
В последнее время Алекс часто бывала в его владениях, причем по чисто профессиональным причинам. Звонок ее издателю закончился заключением импровизированного договора на подготовку альбома, посвященного коневодческим фермам «Пырейного штата» (как называли Кентукки), который она планировала закончить за время пребывания в Уистлдауне.
Алекс часами торчала на конюшне и в полях Уистлдауна, фотографируя все и вся, начиная с Джо (к его досаде), уборщиков стойл, грумов, берейторов, ветеринаров и прочих лошадников, сновавших в конюшню и обратно, и кончая лошадьми и самой фермой. Перспектива превращения вынужденного пребывания здесь в прибыльный проект безмерно радовала ее. На расстоянии выстрела отсюда находилось еще несколько ферм по разведению лошадей. В часе езды их было еще больше, и она фотографировала без устали. Алекс прихватила с собой любимую камеру, потому что редко куда-нибудь ездила без нее. Переоборудовав одну из запасных спален в самодельную фотолабораторию (причем из ванной получилась идеальная проявочная), Алекс обнаружила, что здесь можно заниматься серьезным делом.
Инес занималась уборкой два раза в неделю, соблюдая расписание, которое действовало, когда Уистлдаун пустовал. Алекс и Нили (последняя весьма неохотно) подметали полы, орудовали пылесосами, а при необходимости стирали. Алекс даже купила поваренную книгу с целью повысить свой кулинарный уровень и научиться готовить настоящие домашние обеды. Результаты неизменно оказывались такими, что они с Нили предпочитали пиццу. Нили умоляла позволить ей на ужин «ходить вниз». Так она называла визиты к Уэлчам, которые предпринимала по пять раз на дню. К удивлению Алекс, Джо не возражал против этих посещений. Впрочем, от Алекс Нили неизменно получала категорический отказ. Поэтому Нили то и дело хныкала, что Джо замечательно готовит.
– И думать не смей, – жестокосердно отвечала старшая сестра.
Хейвуды и так слишком сильно зависели от Уэлчей. Однажды вечером, когда Алекс стояла на кухне и разглядывала подозрительно розовые куриные грудки, которые провели в духовке вполне достаточное время, для того чтобы быть пригодными для еды, раздался телефонный звонок. Она взяла трубку.
Звонил Джо. В последний раз она видела его два часа назад на конюшне, где он показывал нескольких лошадей потенциальному покупателю. Алекс фотографировала эту сцену, к его явному, но молчаливому неудовольствию. «Кому, в конце концов, принадлежит ферма, мне или тебе?» – без слов говорил ее взгляд, она внезапно ощутила угрызения совести при мысли о необходимости расставаться с животными теперь, когда она научилась их различать и ценить каждое, как неповторимую личность.
Однако ничего нельзя было поделать. Даже Джо признавал это. Денег не было, и лошадей волей-неволей приходилось продавать. Уэлч делал все, что было в его силах, но это ему не нравилось.
– Да? – намеренно холодно спросила она.
– Ваша пицца на подходе, – иронически сказал Джо.
Алекс нахмурилась.
– Откуда ты знаешь?
– Потому что ее доставляет приятель Али. Сначала он заехал к нам, чтобы вернуть Али тетрадки по алгебре. Он сказал мне, что возит в Уистлдаун пиццу уже седьмой день подряд.
– О боже, неужели здесь нигде нельзя укрыться от посторонних глаз? – разозлилась Алекс.
– Нельзя. Я уже говорил тебе. Алекс, слушай, вас с сестрой еще не тошнит от пиццы?
Алекс ощетинилась.
– Я обожаю пиццу, – надменно ответила она. И тут ее осенило. – Подожди минутку! Сегодня я не заказывала пиццу. Я готовлю на обед куриные грудки с рисом. – Ее высокомерный тон не позволял определить плачевное состояние куриных грудок, которые вяло ожидали своей участи, лежа на плите.
– Ага, я слышал о твоих подвигах на кулинарном поприще. Слушай, я приготовил на ужин ростбиф с картошкой и морковью. Собираюсь вытаскивать его из духовки. Почему бы вам с Нили не спуститься и не поужинать с нами?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
