Читаем без скачивания Прародитель Магии Том 4 (СИ) - "Swfan"

А совсем недавно на месте цыплёнка, на этой башне стоял Джозеф и рассуждать, когда же лучше умереть. Если так подумать, сам Артур никогда не пытался ответить на этот вопрос — с точки зрения мужчины в нём не было никакого смысла. Если есть время думать о том, как лучше умереть, почему бы не потратить его, чтобы найти хотя бы призрачный способ остаться в живых? Артур всегда считал смерть не столько концом письма, последней строчкой, которую рука сама тянется написать красиво, сколько пламенем, которое сжирает всё послание…

Мужчина вздохнул и снова взглянул на цыплёнка.

Если так подумать, чем-то этот цыплёнок и сам был похож на солнце…

— …

Артур покачал головой. Даже сам мужчина понимал, что оттягивает Перерождение Девятого ранга. Но на то была веская причина — он боялся.

Артур хотя и не помнил свои прошлые Перерождения, пока не проходил их заново, помнил свои чувства, свой ужас после Девятого. Маг много размышлял о своём Перерождении в Архимага и пришёл к выводу, что именно оно подвигло его на суицидальный вызов всему Белому Кругу. А ведь это было не в его стиле. Он бы скорее сбежал, попытался выжить как-то по-другому, даже если за ним обещалась страшная охота. Но Артур, тогда ещё Эрхан, предпочёл пойти на верную смерть, и убило его на самом деле именно последнее Перерождение.

Поэтому теперь мужчина смотрел на тюбик с кровью и мялся. Но не долго, и секунду спустя он выпил его целиком и присел на землю.

И сразу же Артур поднялся духом высоко над землёй. Он увидел тысячи развилок судьбы, увидел, как рисуется жизнь, как огромный, бесконечный холст под рукою безымянного художника. Он заглянул в голову художника и увидел тридцать три буквы: А, Б, В, Г, Д… Целый алфавит, который складывался в фонемы, фонемы образовывали слова, слова превращались в предложения, а они в образы, а образы — в течение истории, вечные повороты её в колесе по кругу. Артур увидел жизнь и смерть, день и ночь. Он увидел знаки в небесах: Небесное Восстание… Он увидел одну луну, потом две, затем три. Он услышал шёпот: Сангварнада, три элемента зла, он вспомнил гравюру человека с огромной круглой головой.

Вот голова его оживает, зелениться, порастает травой, голубеет океанами, над нею сгущаются небеса. Артур стоит и смотрит на небо. Он понимает: весь мир, весь мир это…

— Сон.

Сказал кто-то у него за спиной, и Артур повернулся. За ним стояла Семь. Вдруг из груди девушки вырвалась белая рука. Артур успел увидеть на ней три точки. Он бросился назад, и тут внутри мужчины вспыхнуло Золотое Сердце. Артура охватило пламя. Всё покрылось золотистым сиянием. Весь мир скрутился в три точки.

И померк.

223. Абсолютный, Спящий и ответы на Все Вопросы

223. Абсолютный, Спящий и ответы на Все Вопросы

Ничего не изменилось в королевском замке. Все часики размеренно щёлкали, продвигаясь деление за делением по циферблату, и Мария сидела на балконе и выводила буквы на бумаге, — с вдохновленным выражением на лице, с едва приоткрытыми губами. На девушку падал свет закатного солнца.

Аркадия стояла рядом, в покоях, в затушёванной темноте, и задумчиво смотрела на белую куклу в углу возле зеркала. С ней нужно было что-то делать. Девушке было неуютно спать, пока она была рядом, но куда же её положить? Служанка покачала головой.

И вдруг она повернулась и одновременно с Марией выглянула в окно. Из него открывался вид на загадочную третью башню замка. Загадочной она была потому, что с ней всегда творились какие-то странности: иногда девушка совершенно о ней забывала и была целую секунда очень растеряна, когда вдруг обнаруживала её в своём окне, пока не вспоминала, что действительно, была такая башня, третья. Иногда Аркадия присматривалась к этой башне, и она расплывалась у неё прямо перед глазами, как мираж; иногда девушка пыталась вспомнить о чём-то, сама не зная о чём, и думала, ломала голову, пока вдруг не открывала глаза и не вспоминала, что мгновение назад её беспокоил простой вопрос — а садятся ли на эту башню птицы? Просто сразу, как этот вопрос появился в голове девушки, он из неё и вылетел. Осталась только впадина мысли. Рваная пустота.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Ко всему этому девушка уже привыкла, но сейчас впервые она увидела башню… Такой. Чрезвычайно чёткой и ясной. Теперь она наоборот, привлекла к себе внимание, как маяк в середине мира…

— Ах!.. — раздался крик. Аркадия немедленно остановила все свои мысли и бросилась к Марии. Девушка свалилась со стула, но служанка вовремя её удержала. Но не успела Аркадия выдохнуть, как вдруг её сердце бешено забилось в груди. На белой повязке девушки быстро набухли бурые пятна, из носа Марии пошла кровь и, тоже кровью, она закашляла на землю.

— Кх… Я… Пыталась посмотреть… Беги туда… Со мной всё хорошо, но он в опасности.

Аркадия взглянула на заметный живот девушки, сжала зубы, кивнула и выпрыгнула в окно. А Мария улеглась, опираясь спиной о стену, и стала тяжело дышать. На более девушка была не способна. Её голову изнутри сжигали муки пламенного света.

Руки Марии сами собой опустились на живот.

Меж тем Аркадия приземлилась на террасу и немедленно почуяла кровь. Потом заметила труп. Семь. Девушка лежала в лучах закатного солнца. Её голова была рассечена ужасающим ударом. Вдруг дракониха открыла глаза, и тут же голова её рванула на мясные ошмётки. Кровавый град обрушился на Аркадию. А спустя всего мгновение Семь снова была невредима. Но вдруг у неё по лбу пробежала трещинка, и голова девушки развалилась на две половинки, а потом её тело вспыхнуло, и стала плавиться её кожа… Прошло всего несколько мгновений, а девушка погибла уже несколько раз. И продолжала погибать, всё новые и новые смерти настигали её, как будто на неё разом обрушились все раны, которые она получала все эти годы.

И только глаза девушки были теперь мертвыми и холодными.

Аркадия побежала дальше. Она взбежала по лестнице на третью башню и вошла в дверь. За нею протянулся висячий мост посреди кромешного мрака. Аркадия прошлась по нему и остановилась у ещё одной дверцы. Девушка потянула за неё, открыла и вошла внутрь, одновременно растворившись в мир теней.

Аркадия попала в круглое помещение. Со всех сторон возвышались белые ребристые колонны. Девушка спряталась за одной из них и осторожно выглянула — находясь в форме тени, Аркадия видела только другие тени, но сейчас ей нужен был ясный обзор.

Посредине круга из колонн сидел мужчина, — рыжие волосы, тёмная мантия… Артур. Весь пол вокруг него был исписан сверкающими письменами. Рядом с мужчиной стоял ещё кто-то, некое создание в рваном сером балахоне. Оно довольно оживлённо жестикулировало и вертело головой, но лицо его всё время оставалось сокрытым, — Аркадия выцепила только выпирающую кисть — она была очень белой, и на ней чернели три точки.

Девушка вздохнула и немедленно замолчала. Неизвестный говорил:

— …Собственно, я полагаю, у тебя много вопросов. Я постараюсь ответить на них всех, дабы выразить тебе мою сердечную благодарность. За всё, что ты для меня сделал…

Голос его был старым и хрустящим как сахар.

Артур молчал.

— Но сперва, позволь мне рассказать тебе мою историю, ибо после неё многие твои вопросы отпадут сами по себе. Слушай же… — неизвестный присел на землю и свёл руки вместе, как будто он задумался о чём-то или молился.

— Наш мир, как ты только что познал из своего Перерождения, — в действительно это не правильное слово, но я поправлю тебя позже, — не более чем сон. Сон существа намного более высокого порядка, чем каждый из нас, но в то же время того существа, кем являемся мы, все живые, вместе. Каждый из нас есть он, это существо, Спящий, ибо мы отголоски, разные грани его сознания. Каждый из нас, из зверей, из прочих тварей, земных и водных, есть одно его олицетворение. Ты можешь спросить меня, зачем ему это? Зачем Нам этот сон? Раньше бы я не мог ответить, но недавно… Ох, или это было давно по твоим меркам? Мне поведали оттуда, свыше, зачем.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})