вожделенной радости? И Джесс, к слову, такого не любила, так что пришлось набраться терпения.
Джесс была очаровательна. По её клятвенным заверениям, прекрасное юное тело, над которым теперь было не властно время, было её собственным, без каких-либо «следов магического воздействия»… Ну, вполне возможно, хотя Эду было совершенно всё равно…
Как и Синта, Джесс была ведьмой. Вот только ещё совсем юной и, если уж на то пошло, не слишком талантливой. «Сколько ей сейчас, чуть больше сотни? – пытался прикинуть Эд. – Ну да, наверное… Тогда она была обычной девчонкой…»
Решив было посвятить немного времени «плотским утехам», Джесс так увлеклась, что никак не могла остановиться. Её всегда привлекали брутальные мужчины, может потому, что она чувствовала свою власть над ними. А где их ещё встретить, как не в подобных местах? Как понял Эд, на этой планете царили те ещё нравы…
– Классная девка, а? – подмигнул Эду здоровяк с сальной рожей, что пристроился рядом у стойки. – Кстати, я тебя здесь раньше не видел… – добавил он таким тоном, будто Эд забрёл на «чужую территорию».
– И вряд ли ещё увидишь, – Эд улыбнулся уголком рта.
– А чё так? – вдруг насупился здоровяк. По всему, он был уже в изрядном подпитии, хотя на ногах держался крепко. – Не по тебе место, пижон?
Тут Эд сообразил, что его костюм разительно отличается от того, во что были одеты местные завсегдатаи – куда ни глянь, сплошь грубые кожаные куртки и широкополые шляпы, что многие не снимали даже в помещении. Увлечённый своими мыслями, на этот раз он упустил это из виду…
– Я не ищу ссоры, – примирительно ответил Эд. – Сделай вид, что меня здесь нет…
– А тебя и так считай нет, – хмыкнул детина. – Толку от тебя? Припёрся в мой бар, занимаешь место, ничего не заказываешь… На кой мне такие гости?
– А-а, дело в этом… – протянул Эд. – Так без проблем…
Успев заметить, что заказывают другие, и что они кладут на барную стойку, Эд достал из кармана крупную монету.
– Мне то же, что во-он тому парню, – обратился он к одному из двух барменов. – Сдачи не надо…
Бармен безразлично кивнул, подхватил бутылку и стал переливать её содержимое в замусоленный гранёный стакан.
– Другое дело, давно бы так, – осклабился здоровяк, который, судя по всему, был хозяином заведения. – Вижу, денежки водятся? – чуть ли не заискивающе поинтересовался он. В глазах его появился какой-то нездоровый блеск.
Вообще, этот бугай как-то поразительно быстро переходил от неприкрытой грубости к деланому дружелюбию, которое, впрочем, так же быстро улетучивалось. Видно было, что нрав у него вспыльчивый, и, к тому же, он не привык, когда ему перечат.
– Хороший у тебя бар, – кивнул ему Эд.
– Лучший, – на полном серьёзе ответил здоровяк. – А ты вообще откуда?
– Издалека, – ответил Эд, – Я здесь проездом, ненадолго.
– Я спросил, откуда ты… – прищурился здоровяк, которого, видимо, что-то смутило. – А это – не ответ!
Во взгляде Эда блеснула молния. Этот хмырь начинал его порядком раздражать.
– Откуда я, тебя не касается, – довольно грубо ответил он. – У тебя так заведено, приставать с расспросами к посетителям?
Здоровяк, казалось, неподдельно удивился – видать, такое здесь и правда было в порядке вещей, но вряд ли многие осмеливались так с ним разговаривать.
– Ты чё, нарываешься, парень? – сквозь зубы процедил он. – Я хочу знать, кто забрёл в моё заведение! А ты дерзишь… Я же за версту чую, что ты из этой грёбанной комиссии… Если у меня будут неприятности…
– Я не из комиссии, – оборвал его Эд. – Отвали!
Эд повернулся к сцене, всем видом давая понять, что разговор окончен. Джесс, кстати, сегодня, и правда, была на редкость хороша…
И всё же ему стало интересно, уймётся здоровяк, или продолжит хамить. Ну что ж, если так, то, пожалуй, придётся проникнуться духом этого заведения и разнести тут всё в щепки. Вот только сейчас «ситуация не располагает».
Кстати, при схожих обстоятельствах он когда-то и познакомился с Джесс. Тогда он развлекался тем, что дрался в ринге, выбрав подходящий для этого образ… Как же она удивилась спустя неделю, когда поняла, что на этот раз «играют» с ней самой… Забавно было… Впрочем, она не обиделась. Она вообще никогда не обижалась…
Здоровяк, поразмыслив немного, пробормотал что-то нечленораздельное и отошёл.
Эд наблюдал за ним краем глаза. Подозвав двух дюжих парней, хозяин отвёл их в сторонку. По всему, речь шла о «дерзком госте», которого, видимо, следует проучить, когда представление закончится… Ага, как же… Банально до жути…
Впрочем, хозяин довольно быстро и весьма грубо отмахнулся от помощников, которые, видимо, выспрашивали подробности, и тоже обратил всё своё внимание на сцену.
Через пару мгновений зал взорвался свистом и улюлюканьем – на Джесс, которая была «гвоздём программы», остались лишь туфли на шпильках и нижняя часть нижнего же белья…
Эд улыбнулся. Ну что ж, самое время наведаться к ней в гримёрку.
Подвинув стакан, к которому он так и не притронулся, какому-то седому щуплому типу с обветренным лицом, Эд поднялся с крутящегося стула. Тип несказанно удивился такой «щедрости», и, убедившись, что не ошибся в намерениях соседа, благодарно кивнул. Пожалуй, он был чуть ли не единственным, кого выпивка интересовала много больше представления.
Направившись к уборной, Эд заметил, что двое помощников хозяина, которые не спускали с него глаз, следуют за ним. Ну что ж, пусть ищут…
Завернув за угол, Эд тут же перенёсся прямиком в довольно тесную гримёрку, в которой уже успел побывать чуть раньше. Устроившись на стуле и скрестив ноги, он стал ждать – хотелось устроить подруге сюрприз.
Ждать пришлось недолго – спустя минут пять за дверью послышался голос Джесс, которая, поворачивая ключ в замке, со смехом переговаривалась о чём-то с одной из своих «подружек».
Дверь распахнулась, впустив в пропахшую дорогим парфюмом комнатку струю свежего воздуха. Но, пожалуй, глаза Джесс, с наклеенными длинными ресницами, распахнулись пошире этой двери…
Эд, с озорной улыбкой поднялся ей навстречу.
– Вот это номер… – пробормотала она, немного придя в себя. – Рихэддарт, ты?!
– Я самый, собственной персоной, – церемонно поклонился Эд. – Классное представление, кстати…
Нисколько не смутившись, она, даже не закрыв за собой дверь, повисла у него на шее и нежно поцеловала – по-дружески, в щёку, хотя и не совсем… Благо, Джесс уже успела накинуть на себя какой-то лёгкий пеньюар.
– Обалдеть… – отстранившись, улыбнулась она. – Ой, извини: «Что забыл мой тёмный альв, мой рыцарь без страха и упрёка, в этой забытой Богом дыре?»
«Тёмный альв»… Так сейчас, пожалуй, звала
