– Почему вы не помиритесь?
– Потому что ее убили. А меня после этого взяли в заложники.
– Боже! – воскликнула Тоня. – Похоже, в твоей жизни было много страшных событий!
– А в твоей?
– У меня все было хорошо до того момента, как умерла Астрид.
– А события, произошедшие в Беларуси? – напомнила Полина. – А то, как обходились с тобой добропорядочные немецкие фрау и их мужья-кобели?
– Мелочи, – вдруг улыбнулась Тоня. – Я забыла об этом в тот же день, когда переехала к Астрид. Она стерла мое прошлое, но также лишила будущего. Хотя, уверена, Астрид не предполагала, какая заварушка случится после ее смерти. Если бы знала, избавилась бы от колье задолго до того. Расскажи мне о себе, пожалуйста.
– Намекаешь, что делать все равно нечего, поэтому стоит устроить сеанс психотерапии?
– Как вариант. Хочу знать, что за женщина находится рядом со мной.
– Для чего? – устало поинтересовалась Полина.
– Ты мне интересна.
– Я не…
Тоня беззвучно рассмеялась.
– Успокойся, – сказала она. – Я люблю мужчин.
– Слава богу! – Полина сделала вид, что эта новость успокоила ее. – Что ты хочешь знать?
Она внезапно вспомнила разговор с Конрадом, состоявшийся недавно. Тогда она настойчиво расспрашивала его о прошлом, он мастерски избегал ответов, а после и вовсе обозлился на ее любопытство. «Видимо, было что скрывать, – со злостью подумала Полина. – У меня же нет тайн». Она начала длинное повествование. Детально описала отношения между членами своей большой семьи, рассказала о компании, в которой работает, но лишь вскользь упомянула о неудавшихся браках и многочисленных романах. Тоня внимательно слушала, изредка задавала вопросы, удивляющие Полину своей искренностью и простодушием.
– Ты любила Люка?
– Недолго. Я совершила большую ошибку, выйдя за него замуж. Несколько месяцев страстных отношений – и вот я уже Полина Матуа. После свадьбы вдруг поняла, что связала свою жизнь с чужим человеком. Вначале думала, что, узнав Люка лучше, привыкну. Не получилось. Он раздражал меня, хотя, признаюсь, моментами меня настолько влекло к нему, что все внутри переворачивалось от желания. У тебя было такое?
– С каждым мужчиной, – Тоня обвела потолок рассеянным взглядом. – Мне кажется, я любила всех, кого пускала в свою постель. Ну, не считая нескольких, которых меркантильно использовала. Но все остальные… Да, иногда у меня крышу сносило от страсти.
– А теперь? У тебя есть мужчина?
– Нет, – покачала головой Тоня. – С тех пор, как переехала к Астрид, ни с кем не встречалась.
– Да ладно! – не поверила Полина. – Три года без мужика? Разве такое возможно?
– Поверь мне, это правда, – ответила Тоня. – Мне незачем лгать. Я устала от потребительского отношения к себе. С раннего детства только и видела, как мужчины желают залезть ко мне в трусы.
Помню, как один десятилетний товарищ пообещал горсть конфет, если я подниму подол платья.
– Ты – клубок противоречий. Сама ведь понимаешь, что тебя невозможно не желать…
Она замолчала, так как дверь в кладовку снова открылась, но на пороге стоял не Жираф, а его пособница, которую мужчины называли Лизой. На этот раз Полина не стала первой вступать в разговор, лишь молча разглядывала ее тугие бедра, обтянутые кожаными брюками.
– Жираф сказал, что ты вела себя неучтиво? – Лиза вошла в комнатку и остановилась перед Полиной, потом размахнулась и ударила ее по лицу.
Полина вскрикнула и упала на матрац.
– Не трогай ее! – взвизгнула Тоня, вскочила на ноги и бесстрашно подлетела к этой огромной женщине. – Не смей, – уже тише, но с ненавистью в голосе добавила она.
Женщина схватила ее за шею и притянула к себе, заставив подняться на носочки.
– Тебя-то я и хотела видеть, – прошептала она, почти касаясь губ Тони.
Девушка начала вырываться, но сил было недостаточно. Лиза вытолкнула ее за дверь, прежде чем Полина успела подняться и прийти на помощь. Когда дверь за ними закрылась, Полина принялась колотить кулаками по дереву, но ей никто не открыл.
– Отпусти ее! – кричала она, рыдая. – Сука! Верни ее!
Потом она затихла, прислушиваясь к тому, что происходит в доме. Показалось, что наверху кричит Тоня, что заставило снова с остервенением стучать в дверь. Неизвестно, сколько прошло времени.
Полина устала от криков, опустилась на пол и тихо плакала, слегка постукивая пальцами по гладкой деревянной поверхности.
– Убью тебя, – обещала она Лизе, хотя и понимала, что ее никто не слышит. – Лично застрелю, если ты сделаешь ей больно. Чтоб ты сдохла!
Обессиленная, измученная истерикой и ожиданием, Полина отползла к матрацу и забылась на несколько минут в беспокойном сне. Встрепенулась от звука открываемой двери и, вскочив, подхватила на руки полетевшую вперед Тоню. Лиза стояла на пороге, довольно наблюдая за страхом в глазах Полины, потом презрительно хохотнула и с шумом захлопнула дверь.
– Не молчи, скажи что-нибудь, – шептала Полина, гладя спутанные волосы на голове девушки. – Что они с тобой сделали?
Тоня молчала, лишь несколько минут спустя произнесла севшим голосом:
– Она смотрела, как они меня… Представляешь, не отрывала взгляда от моего лица, улыбалась.
Полина прижала ее к себе.
– О боже, ты же в одних трусах!
Она стянула с себя свитер и заставила Тоню одеться.
– Скажи, что мне сделать для тебя? – всхлипнула она, с ужасом глядя в спокойное лицо девушки.
Казалось, Тоня окаменела, не в силах произнести ни слова. Она обхватила себя за плечи и забилась в угол кладовки, подтянув дрожащие ноги к груди. Полина затряслась в рыданиях, глядя на синяки на ее коленках и губы, распухшие от ударов и, видимо, диких поцелуев, которыми награждали девушку насильники.
– Тонечка, – звала она девушку, но та не реагировала, закрыла глаза и судорожно дышала, словно вспоминала о недавних издевательствах.
Полина подползла к ней и обхватила за плечи. Тоня не стала вырываться, вздрогнула от мягких прикосновений, бросила на Полину взгляд, полный боли и страха. Дверь снова открылась, и внутрь вошел подельник Жирафа, огромная обезьяна с волосатыми руками, которую Лиза называла «Толстым». Не говоря ни слова, он наклонился и вырвал Тоню из рук Полины.
– Нет! – закричала она, вцепившись ему в плечи.
Толстый легко толкнул Полину в грудь, и она, не удержавшись на ногах, упала на матрац.
– Что же это такое? – неизвестно к кому обращалась Полина, молотя руками дверь.
Она чувствовала, как внутри все разрывается от боли, когда представляла, как над Тоней издеваются наверху.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
