Читаем без скачивания Остановка последнего вагона - Кирилл Гольцов

Я ничего такого после расставания с Машей не ощутил, поэтому приподнявшись с валуна, медленно побрёл к кромке чёрной воды. — Знаете, когда мне было лет семь, мы ездили на море и наши прогулки с родителями так же, в темноте на берегу — самое приятное, а, может быть, и единственное воспоминание, которое у меня осталось об этом периоде. Здесь всё кажется таким спокойным, умиротворённым, безопасным.

— Да, понимаю вас. А что это там такое? — Анатолий показывал на чуть различимую кромку берега левее, где всё явственнее начинало мелькать что-то ярко-оранжевое, весьма походящее на цвет капсул. — Может быть, ответ — что дальше?

— Думаю, всё гораздо банальнее, — приглядевшись, покачал головой я. — Это просто лава стекает в море — где-то было извержение и вокруг начал гореть лес.

— Да, наверное, вы правы. Хотя я не слышал никаких раскатов.

Мы некоторое время смотрели на клубы зловеще подсвеченного дыма, которые начали тянуться по берегу, закрывая огонь, словно призрачная завеса. От этого здесь стало как-то сразу неуютно, и красота сицилийской ночи поблекла, оставив темноту, настороженность и ощущение, что где-то недалеко происходит неладное. Я почему-то сразу вспомнил одну из серий мультфильма «Приключения капитана Врунгеля», где загорелся лес, и множество белок погрузилось на яхту «Беда», невольно подумав не только о животных, но и, возможно, людях, которые мучаются сейчас в огне. Впрочем, наверное, если было бы что-то подобное, туда уже неслись бы пожарные машины, летели вертолёты, и вообще царила соответствующая суета. Но вокруг было безлюдно и совершенно тихо, что невольно напомнило мне о то, что для Сицилии подобные явления — в общем-то, банальная обыденность, а вот я никак не могу привыкнуть. Да и разделявшее нас, как ни прикидывай, значительное расстояние, вряд ли мы смогли бы преодолеть, даже если немедленно сорвались с места: я — со своей больной ногой, а Анатолий — в перевозбуждённом состоянии после убийства человека.

— Думаю, это просто немного лавы вырвалось на самый берег и сейчас всё быстро затухнет в море. Когда я плыл на лодке, то видел множество подобных мест — ничего страшного.

— Да, но какое-то мрачное совпадение, словно это красочное шоу предназначалось именно для нас. Хорошо, мне кажется…

Что-то мелькнуло у парапета набережной, и я невольно прервался, настороженно вглядываясь в темноту, но больше ничего не было видно. Однако я чувствовал, что мы теперь не одни, и ощущение незримой, но приближающейся опасности начало отбивать неприятный скачущий ритм в висках ударами сердца.

— Что-то не так?

Анатолий выпрямился и с тревогой смотрел в мою сторону.

— Да, мне кажется, там кто-то есть, — кивнул я, указывая рукой в сторону входа на пляж, но по-прежнему ничего не различая. — Как здесь, кстати, с преступностью?

— Думаю, вряд ли высока вероятность нападения — как местная полиция, так и мафия заинтересованы, чтобы туристов было больше и они везли в страну денежки. А один из главных залогов этого — как раз безопасность отдыхающих.

— Что же, не скажу, что вы меня этим успокоили.

Я сместился чуть правее, пристально разглядывая всё вокруг.

— Если это так, то невольно наводит на совсем неприятные мысли — значит, тому, кто сейчас здесь с нами, нужно что-то другое, а не наши деньги. Кстати, у вас случайно нет фонарика?

— Нет. Да и почему вы так уверены, что здесь есть кто-то ещё? Может быть, показалось?

— Не думаю. Я чувствую, что кто-то наблюдает.

— Тогда предлагаю, не торопясь, выйти на свет к оживлённой улице, — ответил Анатолий, тоже приподнимаясь и оглядываясь. — Только не пользуйтесь зажигалкой — проку от неё никакого, а вот ослепить вас самого может запросто.

Я кивнул, хотя как раз думал о том, чтобы закурить и немного успокоиться. А теперь невольно вспомнил какой-то рассказ о войне, где солдаты, сидя ночью в окопах, прикрывали тлеющие сигареты рукой, чтобы противник их не заметил. В общем, это показалось уместным и актуальным для нашего нынешнего случая, но по поводу огня, несомненно, Анатолий был прав.

— Тогда идёмте. Как ваша нога?

— Более-менее. Тогда заодно проводите меня сейчас до какой-нибудь местной аптеки, чтобы сделать перевязку.

— Конечно, тем более я абсолютно никуда не спешу.

И снова мелькнуло что-то светлое впереди, что, на этот раз Анатолий тоже увидел. — Да вы, кажется, совершенно правы. Там, несомненно, кто-то есть!

— Как думаете, стоит подойти и проверить или просто выйти на набережную?

— Предлагаю всё-таки первое. Не люблю пребывать в сомнениях по поводу подобных вещей или всю дорогу оборачиваться, опасаясь неизвестности со спины.

— Согласен, — кивнул я и, сместившись чуть в сторону, начал медленно приближаться к тому месту, где должен был затаиться незнакомец.

— Надеюсь, мы выслеживаем не дворовую собаку или ещё какую животину? — напряжённо улыбнулся Анатолий, беря левее. — Знаете, какой-то у меня сегодня выдался непростой день в плане негативных встреч. Не хотелось бы убить второго человека за сутки, даже заслуженно и разделив это знаменательное событие с вами.

— Думаете, может дойти и до этого?

— С Александром я такого не мог и предположить, но видите, как всё получилось.

Я кивнул и показал рукой, что хочу обойти справа, а Анатолий может сделать то же самое со своей стороны.

Расстояние между нами постепенно увеличивалось, и вскоре я уже с уверенностью не мог сказать — движется невдалеке Анатолий или это какой-то совершенно чужой человек. Подобные мысли, как ни странно, пугали меня больше всего. Ведь одно дело — быть вместе с кем-то и искать того, кто, вполне возможно, желает зла нам обоим, став друзьями в беде. И совсем другое — некто, маскирующийся под друга и стремящийся нанести удар в любой момент, воспользовавшись растерянностью, доверием и плохой видимостью.

Осторожно заглянув за кучу камней у самых парапетов набережной, я увидел светлую одежду, несомненно, затаившегося там и учащённо дышащего человека. Единственное, что пришло мне в голову, чтобы не приближаться к нему на небезопасное расстояние — просто громко и угрожающе позвать. — Эй, кто здесь?

— Слава Богу, Кирилл! — раздался истеричный хриплый вопль, и некто ринулся ко мне.

Я замахнулся, пусть и несколько смущённый, услышав своё имя. Однако никаких знакомых у меня на Сицилии точно не было, поэтому вряд ли имело значение, кто там и что выкрикивает. Однако в следующее мгновение я неожиданно понял, что это всего лишь Лена. Растерявшись, я пропустил чувствительный удар, когда девушка, подпрыгнув, повисла на моей шее и обвила ногами бёдра. — Ой, я так боялась, что уже осталась одна… но ты жив…

— Что там у вас такое? — раздался глухой и напряжённый голос Анатолия, маячившего тёмным размытым силуэтом по другую сторону насыпи.

— Всё в порядке. Оказывается, здесь… — начал я, но мокрая, кисловато пахнущая потом рука Лены прикрыла мне рот и нос, заставляя замолчать. Девушка смотрела на меня огромными глазами, в которых явственно стояли слёзы, и отчаянно мотала головой, зашептав. — Не разговаривай с ним. Он хочет всех нас убить. Бежим!

— Что ты такое говоришь?

— Ничего, я видела… мне показали Александра!

— Лена?! Это вы? Что происходит?

Анатолий, перешагивая через камни, приблизился и замер недалеко от нас.

— Не подходи. Кирилл, это убийца!

— Послушай, давай просто успокоимся.

Я перешёл на «ты» непроизвольно, но как-то сразу это отметил и внутренне удивился, почему изначально вообще перенял этот официальный напыщенный слог от Анатолия применительно к простой симпатичной девушке.

— Анатолий, а вы — постойте, пожалуйста, там.

— Хорошо, если хотите, мы можем просто сейчас выйти на освещённую улицу и усесться в каком-нибудь кафе, чтобы спокойно всё обсудить.

— В кафе? Он что, издевается над нами? А потом что — бутылкой по голове? — взвизгнула Лена и дёрнулась в сторону, заставив меня вынужденно полуобернуться и чуть не потерять равновесие.

— Как угодно — я просто предложил. Кстати, если вы подзабыли, то напомню — у Кирилла болит нога и, наверное, не очень благоразумно на нём висеть таким образом.

— Он ещё будет давать мне советы, — девушка громко всхлипнула. — Я всё видела своими глазами. Она мне показала и рассказала!

— Кто?

Я чуть переместился и попытался занять другое положение, чтобы уменьшить давление на действительно начавшую ныть ступню.

— Как ты здесь вообще оказалась?

— Девочка. Ко мне приходил какой-то необычный ребёнок!

— Она мерцала и парила в воздухе? — спросил Анатолий каким-то бесцветным голосом.

— Откуда ты знаешь?

— Потому, что тоже её видел сегодня, и именно она привела меня к Александру. Не сомневаюсь также, что если бы не это, ничего подобного сегодня не случилось.