– Если вы попросите меня надеть хирургический халат и пройти в операционную, то я сейчас же уйду.
Молодой поморщился на мою шутку, но старик снова залился хриплым смехом. Мы постояли минут пять; старик то и дело поглядывал то на солнце, то на меня.
Наконец он что-то сказал молодому, ствол винтовки поднялся и ушел в сторону.
– Входите. Вы чисты.
Я нахмурился, пытаясь собраться с мыслями.
– Чист?
Старик заговорил тихим, докучливым и в то же время властным голосом:
– В прежние дни создания зла не могли устоять против солнечного света. Но теперь у них есть защита от солнца. – Он положил трясущуюся руку на сильное плечо внука. – Ты подождешь здесь, Уилл. Будь на страже, а мы пойдем в Пещеру Сновидений.
– Да, дедушка.
– Старик, чьи длинные седые волосы были прихвачены ремешком вокруг головы, повел меня по узкой тропке.
– Тебя послал Дух, Что Живет. Сказал ли он тебе, что ты должен найти?
– Нет.
Старик взглянул на меня через плечо пронзительными серыми глазами.
– Здесь мы далеко от того мира, который ты знал в Фениксе. И Неро Лоринг так же далек от нас, как ты 6 т Феникса. Лоринг доверился мне, и я согласился помочь ему в поисках, но больше я ничем помочь ему не могу.
Это дело для тебя.
– Кстати, меня зовут Тихо Кейн.
Старик негромко рассмеялся.
– Данное мне имя на твоем языке звучит: Тот, Чьи Гримасы как Свет в Глазу Ворона. Оно мне не льстит.
Можешь называть меня Джордж.
– Джордж?
Он пожал плечами.
– В дни моей юности я учился писать по-английски, срисовывая надписи на монетах. Когда меня призвали во время Корейской войны, то предложили выбирать между Джорджем и Новусом. Первое имя сержанту легче было запомнить.
За разговором мы подошли к крутой извилистой тропинке, жавшейся к склону горы. Годы выветрили, но не сгладили вулканический камень. Один неверный шаг, и я разобьюсь в лепешку не хуже Лейха.
Джордж остановил меня на широком уступе. Слева шли зацепки для рук и ног, вырезанные в камне прежними поколениями. Наверху, над краем следующего уступа, виднелась верхняя часть чего-то, похожего на пещеру. Старик указал на нее.
– Это священная гора, а Пещера Сновидений – волшебное место. Неро Лоринг там уже три недели. Мы с Уиллом каждый день приносим ему еду и воду. Еще мы следим, чтобы его не потревожили те, кто желает ему зла. Когда поднимешься, ничего ему не говори, пока он сам не заговорит с тобой. Он беседует с богами, и не нужно мешать этой беседе. – Старик вздохнул и присел в тени. – Не знаю, что ты там найдешь. Я не был в пещере с тех пор, как впервые привел его туда. Но что бы ты ни увидел, не трогай ничего – для него это может быть священно. Может быть, только это и поддерживает в нем жизнь. Слушай его внимательно, и когда он заговорит с тобой, как с тобой, значит, ты можешь забрать его. А я между тем, – он указал на мою кладь, – присмотрю за твоими вещами.
Я поставил кейс на землю и, бросил старику пакет с сандвичами.
– Если хотите, поешьте, но берегитесь отравления свинцом.
Он кивнул с серьезным видом.
– Портить еду – преступление.
Я начал подниматься, прислушиваясь к звукам, доносящимся сверху. Подъем оказался нетрудным, и всякий раз, когда я оглядывался, Джордж помахивал мне все меньшим и меньшим куском сандвича. На самом верху я заметил кувшин с водой и пустую пластиковую тарелку, стоящие на уступе, который был немногим шире двуспальной кровати.
Отверстие в горе явно было сделано человеческими руками и вело в туннель шириной фута, три и длиной десять футов. Я пригнулся, чтобы не снять себе скальп о скалу, потом медленно выпрямился и вошел в Пещеру Сновидений.
Пещера освещалась только через отверстие в сводчатой крыше, и яркий луч света омывал сидящего в позе лотоса Неро Лоринга. Я не сразу понял, что он довольно мал ростом. Солнце играло на его безволосой макушке и голых плечах. Лоринг сидел, закатив глаза, и казалось, что он заключен в световой кокон в преддверии духовного преображения.
Касаясь рукой стены, я осторожно двинулся по внешнему краю пещеры к небольшой нише. У меня было немного свободы передвижения, потому что Лоринг покрыл весь пол пещеры сложным рисунком из песка. Я видел песчаные рисунки, которыми торговали в Фениксе, но, хотя техника была мне знакома, смысл изображения был непонятен.
Центр рисунка был там, где сидел Лоринг. Семь линий делили его на равные части, и в каждой было изображено странное существо. Безусловно, это были символы, но символы чего, я не мог догадаться. Например, треснувшее яйцо, из которого выползало насекомоподобное чудовище. Или ненасытная большеротая тварь, загребавшая себе в пасть землю конечностями, которые заканчивались экскаваторными ковшами. Внезапно меня охватило чувство, что все это мне знакомо. Ключ к разгадке был где-то внутри меня – не хватало только маленького кусочка головоломки.
Этим кусочком был внешний круг. Он был почти полностью сделан из черного песка, кроме тех мест, где на него наслаивался обычный. Эти части имели форму углов, начинающихся и заканчивающихся точками. Я знал, что уже видел такой рисунок, но не сразу вспомнил где.
Пространственные врата! Лоринг построил их из песка! Я перевел дыхание. Вот это да, здесь, наверное, не обошлось без сильнодействующих снадобий.
В семи маленьких горшочках, помещенных там, где на внешней окружности заканчивались расходящиеся линии, тлели какие-то благовония. Толстые струйки дыма плавали в воздухе, словно облака космической пыли в мировом пространстве. Едкий запах, который я не смог распознать, обжег мне нос, и у меня заслезились глаза. И когда слезы сделали окружающий меня мир расплывчатым и мутным, все вдруг переменилось.
Я увидел себя там, где был с Эль Эспектро. Я плыл над красной планетой, но теперь вокруг было множество человекоподобных существ в индейской одежде. Они пристально разглядывали меня, их очертания непрерывно менялись, они делались похожими на стеклянные витражи и вновь становились богами этого мира. Они не говорили ничего, но я чувствовал, что они побуждают меня действовать. И в то самое время, когда я почти поверил в то, что они существуют, фигуры начали исчезать, словно являлись всего лишь отражением мыслей, таившихся в моем сознании.
Внизу я увидел Неро Лоринга, сидящего в пыли красного мира. Шевельнув ногами, как рыба хвостом, я направил свой медленный полет к нему. И тут позади него, на голом скальном обрыве, появились образы, словно на гору проецировали кинофильм. Я увидел голову и плечи Лоринга и увидел, как скользят по ним тонкие нитки прицела. Я увидел лиловую точку, которой ультрафиолетовый лазер "Аллард Текнолоджиз Эспайон" метит жертву. Точка легла на лоб Лоринга, словно библейская Каинова печать, и я почувствовал, что мой правый указательный палец свело судорогой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
