Читаем без скачивания Демон 2. В Средневековой Руси - Ланцов Алексеевич

— Не знаю, — пожал плечами Максим. — Я сюда пришел лишь для одного — ослабить Орду. Сейчас у меня слишком мало войск для открытого столкновения с ее объединенной армией в поле. Нужно время. Я хочу вам помочь. Серьезно. Как-никак братья-христиане. Но не знаю как. Тот отряд, что ушел через Владимир-Волынский в Польшу еще разгромлю. А вот южные — нет. Слишком сильны. Да и полководец там дельный. Субэдэй. С ним шутки плохи.

— Когда они могут пойти обратно?

— Летом. Может быть осенью. Полагаю, что южные корпуса по Лукоморью двинутся, полагая твое княжество разоренным и опустошенным.

— Эх… не успеем.

— Не успеете, — согласился с ним Максим. — Разве что собирать союз князей.

— А ты придешь, если позовем?

— Увы, — развел золотой руками. — Я в этом деле бессилен. Хоть и барон по рождению, но на Руси признан лишь боярином да воеводой. А князя своего в Новгороде более нет. Так что тут сложно все. Вече решает, как новгородским войскам поступить. Удар самое сердце наступающей Орды они поддержали, а остальное — не знаю. Сам же знаешь, что Вече непостоянно как морской бриз. Да и дорого это. Вон сколько я спалил пороху. А ведь игрушка недешевая. За бочонок почитай сорок бочек отменного вина по весу ставят. Или более того. Ладно, не печалься. Обратно тартары проскочат быстро. А потом что-нибудь придумаем. Я ведь тоже без дела сидеть не стану.

Глава 3

Император Фридрих II Гогенштауфен потер переносицу и в очередной раз окинул взглядом бумаги. Два письма от Максима ад Эрдо, так сильно подсобившие ему в войне с Ломбардской лигой. Десяток писем от Мартина Шварца. Очень, надо признаться, любопытных. Десятка три прочих донесений, в том числе и от его людей в Галиче, на глазах которых барон разгромил впятеро превосходящую армию тартар…. И книга. Жуткая книга, появившаяся последнее время в землях Священной Римской Империи.

Он провел пальцами по обложке и, чуть вздрогнул от этого прикосновения. Максим постарался на славу, поставив на поток изготовление таких необычных артефактов с очень слабеньким плетением, работающим от скудного магического фона. Маленькая хитрость из школы ментальной магии, снижающая уровень скепсиса и недоверия у того, кто касается книги. Несильно. Едва заметно. Но это уже что-то в условиях магической засухи. Тем более, что риторика и фактология текста сама по себе была безупречна.

— Удивительная книга, — заметила его супруга.

— Да… — согласился он. — Мне докладывали, что Папа приказал уничтожать тех, у кого найдут эту книгу, сжигая на одном костре. Однако подобными заявлениями пренебрегают. Все.

— Интересно, кто ее автор?

— А то ты не знаешь, — усмехнулся Фридрих. — Но как она написана! Не хочешь, а поверишь. И главное — ни по одному из обвинений Святому Престолу не оправдаться. Эти слова как удар рыцарской конницы — мощны и неотвратимы.

— Ты заметил, что книга стала появляться в пределах твоих земель как раз в момент наивысшего напряжения отношений с Папой? А еще эти рисованные листки, в которых задаются до зубовной боли неудобные вопросы, относительно Святого Престола.

— О да! Удар Максим нанес страшный. В Ватикане откровенная паника. А по всей Европе уже начались брожения. Особенно среди благородных семейств и купцов. И что будет через год — даже не берусь гадать. Своего рода богоборчество.

— Мне показалось совсем иное. Я несколько раз ее перечитывала и пришла только к одному выводу — Максим пытается уничтожить не христианство вообще, а конкретно католичество и саму идею Святого Престола с могущественной светской властью. Это и другими донесениями подтверждается. С духовным орденом тамплиеров он дружит очень крепко и во многом им помогает. Настолько, что его людям в любом отделении ордена рады. С патриархом Никейским тоже хорошие отношения… ныне покойным. С новым пока неясно, но тот отзывался о бароне исключительно положительно. Да и местные для Руси священнослужители, начиная с митрополита Киевского и архиепископа Новгородского его ценят и уважают.

— Да… язычником его не получится назвать при всем желании. И храм, опять же, строит. Правда, что-то он там затянул с фундаментом. Надеюсь, это того стоит.

— А помнишь письмо, полученное тобой от Андреаса фон Вельвена?

— В котором тот пересказывает их разговор подле Пскова? Как такое забыть…. Только не ясно, к чему это все.

— Объединение церкви, — после минутного раздумья, произнесла Изабелла.

— Думаешь?

— Очень похоже на то. В чем он обвиняет Святой Престол? В том, что из-за личных амбиций и стремления к светской власти, Папа Римский спровоцировал и подогревал раскол церкви. Разобщил ее в тяжелые для христиан годы. А потом пустился во все тяжкие. В его глазах — Святой Престол — это олицетворение христианской ереси как таковой. Уход от первоначальных идей Евангелии. Попытка вывернуть благостную весть веры.

— Все так, но мне кажется, католичество и православие сложно будет объединить назад.

— Сложно… но разве невозможно? Разбить Ломбардскую лигу тебе тоже казалось весьма затруднительно. Однако нашелся союзник, ударивший сильно и издалека… и вот — от твоих врагов остались жалкие осколки. Полагаю, что до конца года ты завершишь их разгром.

— Союзник? Ты считаешь, что Максим — союзник?

— Конечно. Подумай сам, о том сколько он тебе помог. Безвозмездно. Одно исцеление чего стоит! Но это все пока. Максим же явно Даниилу сказал о том, что это он сейчас не может выйти против тартар один на один. А что будет завтра?

— И ты предлагаешь укрепить этот союз, прежде его перерастания в соперничество?

— Да. Ты ведь и сам об этом думал. Его сестра хоть и старше твоего сына, но… говорят, что возраст над ней не властен. Кроме того, у них с братом очень теплые, дружеские отношения. Откажет ли он ей в помощи, когда она станет супругой твоего сына?

— Василиса очень… необычная женщина. Водит в атаку кавалерию. Бьется сокрушительно. Просто не женщина, а валькирии из древних сказаний.

— Вот пусть хвосты и накрутит князьям-избирателям. С такой супругой Конрад будет весьма силен.

— Я боюсь того, что править будет не он, а она.

— Так и будет, — согласно кивнула Изабелла. — Но недолго. После на престол взойдет их сын. Вряд ли у такой женщины может родиться слабый наследник.

— А как же наши дети? Ведь она отодвинет их от наследования престола.

— Я всегда была тебе верной супругой и знаю, что тебе нужен надежный тыл и вера в будущее. Надежда. Однако ты и сам отлично видишь, что князья-избиратели и прочие шакалы только и ждут твоей смерти, чтобы растерзать твое дело. И сместить, отстранить от власти твой род. Скажи — что будет с рожденными мною детьми, если враги постараются разорить твое гнездо, оттеснив его от наследства? Уверена, что они закончат плохо. Хорошо, если сразу убьют. Могут и в заточение какое поместить… на десятилетия. А так и будет, если Конрад окажется недостаточно силен к моменту вступления на престол.