Неожиданный вопрос Эллиаса заставил меня опешить, но не отстраниться. Нет, я даже не думала об этом. Последние сутки показали мне, как сильно я могу соскучиться по своему... Дракону?
Пожалуй я и раньше догадывалась об этом, еще когда впервые увидела его чешуйки, но теперь, знала наверняка, ровно как и то, что не хочу отказываться от того, что между нами.
Грудь Эллиаса часто вздымалась под моей ладонью. Я чувствовала его жар, а от его взгляда мысли путались, словно забытые в кармане наушники.
Шумно сглотнув, я спросила:
— Что, если я скажу, что хочу остаться с тобой?
В глазах дракона сверкнул опасный огонек, и он притянул меня к себе ближе, практически впечатав в горячее тело. Его рубашка и моя блузка казались столь незначительным препятствием, словно их не существовало вовсе. А затем он прошептал, обжигая дыханием мои губы:
— Тогда я уже никогда тебя не отпущу.
Я прикрыла глаза, чувствуя как от волнения трепещут ресницы, и подалась вперед ожидая поцелуя, но вместо него последовал еще один, последний вопрос:
— Ты уверена? Назад пути уже не будет...
Скажи он мне об этом раньше, возможно я бы испугалась. Прежде я никогда не думала о том, чтобы связать с кем -нибудь жизнь. Там, в родном мире, у меня были друзья и семья, но не было никого, о ком бы я думала в таком ключе. Никого, кто заставлял бы мое сердце трепетать, от чьих слов и поцелуев моя кожа покрывалась бы мурашками, а в груди поднималось бы приятное тепло. Там не было никого, кто так легко способен вызвать мою улыбку, и никого, с кем я бы каждый день хотела просыпаться и засыпать. Поэтому я улыбнулась и ответила от всего сердца:
— Как ни в чем другом...
Эпилог
Жизнь забавная штука. В один момент она может ударить тебя под дых, а в следующий — преподнести драгоценный подарок, которого ты даже не ожидал.
Раньше магия, драконы и другие миры существовали для меня лишь в книгах, которые я читала долгими вечерами, а теперь я не могу представить свою жизнь без магии, моего дракона и говорящего кота!
Но, пожалуй, я забегаю вперед. Вам ведь интересно, что было дальше?
Что ж, на практику меня все же отправили. Похоже в этом мире и правда жуткая нехватка кадров!
В моей группе оказалась Ари, рыжая троица, и ее мрачный некромант, а также парочка стихийников и один целитель — и все это, чтобы избавить кладбище от проклятых сорняков, которые даже на умертвиях проросли! Но хуже всего то, что они без конца болтали. Ари сказала, что этот сорняк называется вьюнок -говорушник, потому что может заговорить любого до смерти. Само собой, лишь образно — иначе первокурсников вроде нас к нему бы не допустили.
К слову, поехали мы на практику не одни.
Жуня вдоволь нарезвился, с важным видом помогая нам уничтожать сорняки, и таская их в зубах, пока те без конца травили анекдоты, а вот Мурзик предпочитал отсиживаться на самой высокой могильной плите — там, куда ни умертвия, ни вьюнки-говорушники не могли дотянуться.
И, конечно, с нами был Эллиас — без магистра нас бы все равно никуда не отпустили, так что ему не составило особого труда уговорить ректора назначить его нашим куратором.
Позже, улучив подходящий момент, я спросила Эля, почему он предупреждал меня об Эллиасе. Мы как раз уничтожали корни вьюнка, которые въелись в умертвия.
— Потому что он — самый строгий преподаватель, — ответил маг, упокаивая очередного зомби, а я от удивления даже тяпку выронила.
— А мне так не показалось, — пробормотала я, — На первой лекции некоторые адепты не могли ответить на его вопросы, и ничего...
Эль хмыкнул и вовремя увернулся — вьюнок как раз собирался цапнуть его за ногу, и, едва не получив по цветку тяпкой, обиженно забормотал что-то про молодежь, которая не умеет поддерживать беседу.
— Это потому, что у вас была первая лекция. На экзаменационной неделе он спросит с них втройне, — очередной удар тяпкой все-таки зацепил вредное растение, и стало немного тише. К слову, не вздумай спать на его лекциях, иначе за тобой целый день будет летать заколдованный мелок и клевать тебя в макушку, чтобы ты больше не уснула! — с улыбкой добавил он, а я не выдержала и рассмеялась.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В тот же день я узнала и причину, по которой Мурзик прятался в моей комнате.
Как оказалось, в академии работал его старший брат. И Мурзик был готов даже отказаться от дополнительной порции сливок, лишь бы не показываться ему в том виде, в котором он жил уже несколько лет.
— Ну как я ему покажусь? Он же надо мной тысячу лет смеяться будет! Облик сменю — все равно будет припоминать! — страдальчески произнес Мурзик, а затем добавил: — Нет уж, вот верну себе прежний вид, тогда и поболтаю с братцем, а пока лучше ему ни о чем не знать!
С этим я спорить не стала, понимая, что Мурзику нелегко. Пожалуй я на его месте тоже не хотела бы, чтобы о таком кто-то знал.
Ну а позже, когда мы вернулись с выездной практики, и отправились на заслуженные выходные, Эллиас решил устроить мне сюрприз.
Мы отправились к морю. На тот самый берег, где я когда-то спасла его, чудом вспомнив правила первой помощи утопающим. Там меня ждал пикник при свечах, теплый плед, вино... И множество поцелуев, которых, я точно знала, будет еще немало, потому что своего дракона я никогда не отпущу.
Конец
