— Хорошо. Давай сделаем это, — произнесла я про себя и отправилась на встречу с мужем.
Я даже не удосужилась постучать. Просто открыла дверь и вошла. Наблюдала за удивленными выражениями лиц герцогов и сердитым взглядом Лаутуса. Я не собиралась давать им ни секунды на то, чтобы прийти в себя.
— Я требую немедленного объяснения! — крикнула, взглянув на Ладрина.
— Что это значит? — рявкнул Лаутус, но я проигнорировала его и не сводила глаз с Ладрина.
— Как посмели тревожить меня в моем горе! Ваши солдаты вторглись в Вильдаран и вынудили меня немедленно уехать. Я даже не могла переодеться в подходящую одежду. К тому же поездку пришлось провести в полуразрушенной карете, где не было ни одной подушки, на которую можно было сесть. Вы можете так обращаться со своей женой, если у Вас хватит смелости, но я ваша королева и не потерплю ничего подобного!
Тишина в комнате в этот момент была оглушительной. Было видно, как Ладрин пытается придумать, как выйти из ситуации.
— Я жду, герцог, — сказала ледяным спокойным голосом, сделав несколько шагов назад, чтобы хорошенько всех рассмотреть. Лаутус молчал. Сцепив руки перед лицом, он ждал, что будет дальше. Хотя вначале он был зол, ему сразу же удалось усмирить свой гнев. Но мне было ясно, что как только мы останемся вдвоем, он потеряет контроль. Адамар Бранган был единственным, кто искренне веселился и даже не пытался это скрыть. Для него это было просто приятным развлечением на скучном совете. Северин Трант выглядел так, будто его там вообще не было. Он смотрел перед собой, и взгляд его был устремлен куда-то вдаль. Карл Силони нервно переводил взгляд с Лаутуса на меня и обратно. Последний человек в комнате, Ладрин Кувельт, наконец, заговорил.
— Прошу прощения за поведение моих солдат, Ваше Величество. Ничего подобного я не приказывал. Мои люди должны были лишь обеспечить надежное сопровождение. Такое поведение я категорически не одобряю, оно недопустимо. Вы можете рассчитывать на то, что они будут наказаны должным образом. — Посмотрела ему в глаза и очень хотелось наброситься на него. Его лукавая улыбка сводила меня с ума, и он это прекрасно понимал. Молчание Лаутуса говорило о том, что он обо всем знал. Я подозревала, что иначе он вмешался бы сам, и Ладрин не отделался бы так легко. Но я ничего не могла поделать.
— Конечно. Всегда можно найти кого-то, кто виновен, не так ли? — с иронией произнесла. — Прошу прощения. Мне необходимо переодеться в более подходящую одежду, — добавила и ушла в свои покои.
Глава 51 — Перемирие
В тот момент, когда закрыла за собой дверь в комнату, остатки адреналина полностью испарились, и я рухнула на колени. Попыталась сделать глубокий вдох, чтобы справиться с тошнотой. И не могла поверить в то, что только что сделала. Если и была хоть какая-то надежда, что Лаутус не убьет меня на месте, я превратила её в пыль.
— Видишь, я же говорила, что в тебе это есть, — удовлетворенно отозвалось мое второе «я». Слегка улыбнулась, поднялась на ноги и осторожно подошла к креслу. Медленно села, не отрывая взгляда от двери. Через некоторое время смогла отключиться от всех мыслей и просто сосредоточилась на спокойном дыхании.
Только через несколько часов дверь открылась. Лаутус вошел, и снова весь страх исчез, а адреналин захлестнул меня. Резко встала, намереваясь встретиться с ним лицом к лицу. Лаутус, однако, не обратил на меня никакого внимания. Спокойно налил себе стакан виски, с которым потом сел в кресло и молча стал наблюдать за мной.
Не понимала, что это значит. Ожидала от него крика. К тишине готова не была. Я стояла на месте и ждала, что произойдет. Но Лаутус по-прежнему молчал, лишь изучая меня взглядом.
— Ожидала, что Вы меня убьете на месте за мой побег, — вызывающе произнесла, хотя знала, что могу себе сделать только хуже. Лаутус лишь слегка отпил из своего бокала.
— Мертвой Вы мне не пригодитесь. Разве Вы забыли, что мы желаем иметь потомство? — снисходительно добавил он.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Если думаете, что позволю прикоснуться к себе, Вы ошибаетесь! — Резко ответила и возникло желание что-нибудь швырнуть в него.
— Мне нравится Ваше бунтарство. Но помните, однажды я уже сломал Вас. Второй раз доставит мне еще больше удовольствия, — произнес он с ледяным спокойствием.
- Второй раз ничего не получится, — спокойно ответила, хотя от этой мысли мне стало плохо. — Кстати, как Вам нравится Ваш напиток? Есть ли у него сегодня какие-нибудь странные вкусы? — невинно спросила. Лаутус слегка нахмурился и посмотрел на содержимое своего бокала. — Неужели Вы думаете, что у меня не хватит смелости добавить что-нибудь? — Продолжала блефовать.
— Возможно, смелости хватит. Но средств нет. Насколько мне известно, с момента Вашего приезда Вы только побывали на заседании совета, а потом сразу пошли сюда. И поскольку Вас так насильно увезли из Вильдарана, — сказал Лаутус, подчеркивая последнее слово, — у Вас не было времени взять что-нибудь с собой, — спокойно добавил он, и хотя был уверен, что виски не отравлено, поставил бокал на стол. В тот момент не сдержалась и торжествующе улыбнулась.
— Думаю, нам придется установить некоторые правила, — произнесла твердым голосом, подходя к столу и наливая вино в свой бокал. Лаутус схватил меня с такой силой, что удивительно, как не сломал мне запястье.
— Вы не в том положении, чтобы ставить условия, — сердито шипел он. — Или, может быть, хотите, чтобы я сжег Ваш любимый Вильдаран? — Добавил он и ослабил хватку. Вырвала руку и сделала несколько шагов назад.
— О, да ладно. Вы хотите сжечь королевский дворец дотла? Вы в это верите? Ниманам пришлось основать новую резиденцию в Драмоне, потому что драконы не давали им возможности править из Вильдарана. В глубине души Вы желаете только одного — объявить себя полноправным хозяином этого места. Так что попробуйте еще раз пригрозить, — засмеялась, заметив сердитое выражение его лица.
— Вы уверены? Как насчет того, чтобы показать свою точку зрения на предательство, сначала спалив ту любимую деревню, в которой Вы безуспешно прятались? — Лаутус улыбнулся, поднялся с кресла, подошел ко мне и взял за подбородок. — Вы же не думали, что это герцог нашел её? Я уже однажды давал понять, что знаю все.
Меня трясло от сдерживаемой ярости, но сумела удержаться и не двинуться с места. Было ясно, что Лаутус превратил бы деревню в пепелище. Если бы была уверена, что в ней никто не живет, я бы продолжал его провоцировать. Но это подвергло бы Грега опасности. Опустила взгляд и услышала насмешливое фырканье. Выпрямилась и уставилась на Лаутуса.
— Тогда сожгите. Это деревня-призрак. В ней никто не живет. Какое мне дело до пустых домов? — огрызнулась, надеясь, что только что не подписала смертный приговор Грегу. Я знала, что мне следовало держать рот на замке, но не могла остановиться. Лаутус открыто издевался надо мной, и я не собиралась стоять в стороне и молча наблюдать. — Думаю, это называется тупиковой ситуацией, — спокойно добавила.
— Вы не в том положении, чтобы ставить условия, — повторил Лаутус твердым голосом.
— У Вас нет рычагов влияния на меня. Вы можете только убить меня, — добавила я, слегка пожав плечами.
— Я оставлю Вас пока в живых, — ответил Лаутус, повернулся и ушел в свою спальню.
— Как снисходительно, — с иронией произнесла. Лаутус остановился в дверях.
— Не заставляйте меня передумать, — тихо произнес он, прежде чем закрыть за собой дверь. Как только смогла принять тот факт, что Элизабет — не просто вымышленный персонаж, а часть меня, жизнь в Драмоне стала легче.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я старалась не провоцировать Лаутуса без необходимости. Знала, что у него нет никаких рычагов против меня, но не собиралась рисковать собственной жизнью без необходимости. Я раздобыла тонкий кинжал и старалась всегда носить его с собой. Конечно, не могла этого скрыть. Когда Лаутус впервые увидел его, он ничего не сказал. И все же увидела насмешку в его взгляде. Он как будто говорил мне, что этот кусок металла ни от чего меня не защитит.
