Сегодняшний «Спартак», конечно, далеко не так фальшив, как четыре — пять лет назад.
Но и настоящим, увы, его пока не назовешь.
Или — не пока? И больше никогда не будет того «Спартака», на чистых и справедливых идеалах которого мы воспитывались? Неужели «Спартак» XXI века полностью соответствует новому времени — жесткому и циничному, в котором нет места романтике?
Неужели «Спартак» стал таким же, как все? Мне очень, очень не хочется себе в этом признаться. А вам?
Послесловие к главе V
Дмитрий ТОРБИНСКИЙ: ПОЧЕМУ Я УХОЖУ ИЗ «СПАРТАКА»
12 ноября около шести вечера зазвонил мобильный телефон.
«Это Дмитрий Торбинский», — услышал я чуть смущенный голос.
А я, по правде сказать, уже и не надеялся.
О встрече с полузащитником, который решил уйти из родного «Спартака», я пытался договориться давно. Как, через кого — рассказывать не буду, это внутренняя кухня (журналистская кухня). Важнее другое: Торбинский ясно дал понять, что до окончания чемпионата России разговаривать не намерен. Потому что сосредоточен только на одном — чтобы «Спартак», его «Спартак» стал чемпионом.
11 ноября, в день последнего тура первенства-2007, определилось: этого (это) не произойдет.
Но даже теперь решиться на эту беседу Дмитрию, не давшему еще о предстоящем уходе ни одного интервью, было тяжело. Голос, интонация, паузы в телефонном разговоре — все это выдавало его переживания с головой.
Я даже представлял себе в этот момент его взгляд.
Он предложил поговорить после возвращения сборной из Израиля и Андорры. Но это было невозможно. Заданные издательством сроки выпуска книги говорили: «Сейчас или никогда». Точнее, если не сейчас — то уже не для книги.
Объяснять все это, признаюсь, мне было неудобно, поскольку давить на людей я не люблю. Но тут — пришлось.
Дима все понял правильно. Три часа спустя мы сидели за столиком в холле гостиницы Marriott Grand Hotel на Тверской, где поселилась перед отъездом на решающие матчи отборочного турнира чемпионата Европы сборная России.
Почти час я видел перед собой гордого и цельного человека, для которого главное в жизни отнюдь не деньги. А уважение, которого он от руководства «Спартака» за много лет так и не дождался.
Я ему поверил.
В тексте нашей беседы я решил опустить свои вопросы. В данном случае они не имеют никакого значения. Важно лишь то, что говорит он, Дмитрий Торбинский.
Читайте и оценивайте.
*****
— «Спартак» для меня — родной клуб. Он мне очень многое дал, и я горжусь, что являюсь его воспитанником. Поэтому решение уйти мне далось очень непросто. Но обстоятельства сложились так, что я не мог поступить иначе.
У «Спартака» — потрясающие болельщики, которым я благодарен за все и которых никогда не забуду. Знаю, что многие болельщики теперь меня ненавидят. Конечно, когда я выходил на замену в матче с «Москвой» и услышал их свист и гул, мне было больно. Только что на руках носили, а теперь… Теперь я на себе прочувствовал, что означает фраза «От любви до ненависти — один шаг».
У людей, которые приходят на стадион, есть свои стереотипы. По их мнению, если я ухожу из «Спартака» — значит, предаю. И, конечно же, делаю это только ради денег…
Что ж, болельщики переживают за команду по-настоящему, платят деньги за билеты, а потому имеют право думать и говорить то, что считают нужным. И все же мне диковато слышать такую реакцию сейчас, когда я играю в «Спартаке», решаю вместе с командой поставленные задачи и стараюсь изо всех сил. Я был готов раздирать себе до крови бока, бросаясь в подкаты на синтетике Лужников, только чтобы мы стали чемпионами. Нам это не удалось, но у каждого из нас совесть чиста: мы сделали все, что могли. И я в том числе.
Я и сейчас не хочу говорить, что меня ждет дальше. Решил для себя так: пусть чемпионат страны закончился, европейский сезон продолжается. И я ничего не скажу о другом клубе, пока не сыграю свой последний матч за «Спартак». Скажу обо всем только после «Тулузы».
Но то, что останусь в «Спартаке», — исключено.
Когда я выхожу на поле и слышу свист, то «выключаю» слух и концентрируюсь только на игре. Я умею абстрагироваться от таких вещей, потому что если в моей ситуации принимать их слишком близко к сердцу — будет очень сложно. У меня есть прекрасная команда, в которой мне приятно выходить на поле — особенно с тех пор, как я стал игроком основного состава. В ней у меня много друзей — Павлюченко, Хомич, Калиниченко… Титов ко мне тоже хорошо относится, хоть он и немножко из другого поколения. Я им всем очень благодарен.
Ребята меня поддерживают, помогают, и от этого мне становится легче. И когда поднялся шум вокруг моего имени, партнеры по команде, конечно, подходили и задавали вопросы. Мне было очень неудобно смотреть им в глаза и лукавить, а сказать все, как есть, я не мог. Было тяжело — не скрою.
Вчера, когда в матче с «Динамо» меня заменили, вначале раздался свист. Но когда я поднял руки и похлопал болельщикам, половина из них захлопала в ответ. Не все, конечно, — но я слышал, как гул сменяется аплодисментами. И то приятно…
Я знаю, что выдержал удар и не опустил руки. И никогда не забуду, что в такой ситуации команда и тренер меня поддержали.
*****Если не брать в расчет челябинский «Спартак», в своей карьере я играл только в «Спартаке» московском. Но где и когда бы ни оказался, все равно всегда буду считать «Спартак» большим клубом с великой историей, у которого есть что-то свое, неповторимое. Я воспитанник «Спартака» и знаю, на чем он держится. Что такое знаменитый спартаковский дух, я чувствую изнутри, хотя какими-то конкретными словами объяснить это не могу. «Спартак» для меня — это не хозяин Федун, а нечто гораздо большее. Не случайно же красно-белых называют народной командой — так оно и есть. Очень обидно, что из-за Федуна, который, мне кажется, понятия не имеет, ЧТО такое «Спартак», я вынужден уйти…
Владелец клуба сказал, что я ни в одном интервью не обмолвился о желании играть за «Спартак»? Так вот пусть он знает, что я не привык говорить. Я привык доказывать делом. А его слова, что не подписывать новый контракт мне посоветовал Федотов — вообще какой-то бред.
С Федуном я, кстати, никогда не общался. За все годы он и словом ни со мной, ни с другими игроками не перемолвился. Даже сейчас, когда пришел в раздевалку после матча с «Динамо», пожал нам руки — и все. Конечно, это его право — вести себя по отношению к футболистам так, как он считает нужным. Но странно как-то: это же игроки команды, владельцем которой он является. И при этом — вообще никакого контакта…
Руководители клуба на публике говорят обо мне нелицеприятные вещи. Стараюсь всего этого не читать, хотя какие-то реплики, конечно, до меня доносятся. Но уколы этих людей мне безразличны.
И сам я в собственной правоте ни капли не сомневаюсь. Точно знаю, что любой футболист на моем месте поступил бы так же. Еще с детства в Норильске отец учил меня, что главное в жизни — уметь за себя постоять. Оттого сейчас он меня очень хорошо понял…
Многие люди мечтали и мечтают играть в «Спартаке». И о себе могу сказать: я как играл за ромбик, так и продолжаю за него играть. Я в «Спартаке» только из-за клубного патриотизма все последние годы и оставался. Мне очень нравится команда, мы давно друг с другом сроднились. Мои корни уходят в спартаковскую школу, и только очень черствому человеку такие вещи могут быть безразличны. А я к таким людям не отношусь.
Никогда не забуду, как без всяких гарантий приехал из Норильска, и мой дядя — царствие ему небесное — повел меня на тренировку в спартаковскую школу, заниматься в которой я мечтал. Папа — болельщик «Торпедо», а я с детства отдал сердце «Спартаку». Я долго готовился к той поездке, тренировался как сумасшедший. Когда мы — по сути дела, с улицы — подошли к тренеру Евгению Викторовичу Воробьеву, и дядя попросил его посмотреть на мальчишку, я был уверен в своих силах. И в команду тренер меня взял, и до выпуска меня довел… Он, кстати, сейчас работает в «Локомотиве».
Останусь ли я в душе спартаковцем, перейдя в другой клуб — как говорит о себе, к примеру, Вадим Евсеев? Наверное, говорить такое на публике по отношению к новой команде будет некорректно. Но в глубине души знаю, что так оно и будет. Любой воспитанник родного клуба, как бы ни повернулась его судьба, никогда от него не открестится. И готов повторить: «Спартак» — моя родная команда. И горжусь тем, что являюсь ее воспитанником.
А то, что я не буду в ней играть — это уже другая история. Которая не отражает моего непатриотизма по отношению к «Спартаку». О «Спартаке» я никогда не буду говорить плохо.
*****
Убежден ли я, что никогда не пожалею о сделанном?
Несмотря на всю свою благодарность «Спартаку», — убежден.
