— Ты хочешь сказать, Посланник, — уточнил паук, — что Маг сохранил знания двуногих со времен до прихода Великой Богини Дельты?
Слово «двуногие» в мыслях паука прозвучало не как оскорбление, а как термин, отделяющий всех прочих людей от членов отряда.
— Да, Дравиг, наверное, ему удалось сохранить значительную часть знаний.
— Но тогда его возраст составляет больше тысячи лет!
Последнее замечание паука значительно пригасило восторг правителя.
Разгадав один из секретов колдуна, они совсем было сочли его слабым и беззащитным, забыв про остальные тайны: а ведь Маг посылал в город Смертоносца-Повелителя лазутчиков, подкидывал в Дельту и в город злых каменных божков, он наверняка участвовал в уничтожении Парящей Башни. Наконец, он жил уже несколько веков!
— Ничего, Дравиг, разгадаем и все остальные секреты. Пока мест мы можем быть спокойны хотя бы на счет бури: потопа не будет. А раз так, то нам ни к чему мерзнуть на высоте, на ветру и голых скалах. Переночуем в долине.
Спустившись обратно вниз, Найл обнаружил, что принцесса Мерлью спокойно отдыхает у костра, даже не подумав вместе со всеми забираться на склон.
— Интересно, — правитель уселся рядом с девушкой. А чего это ты осталась здесь?
— У меня было такое ощущение, — спокойно ответила принцесса, — что ничего вместо голых скал и озера без рыбы вы наверху не найдете.
— Откуда ты знаешь?
— Вспомнилось, — пожала плечами Мерлью.
— Тогда почему ты ничего не сказала?
— А ты бы мне поверил? — добродушно рассмеялась девушка. — Ох, Найл, Найл, милый мой, хороший. Все-то ты потерял.
— Если ты такая знающая, — переспросил правитель, — то подскажи, куда идти дальше?
— Смотря чего ты хочешь. Если сражаться, то по левую сторону хребта. Там стоит несколько старых лабораторных бункеров, переделанных под жилье, и комплекс Мага. Там много стражи и слуг. Справа от нас, по ту сторону кряжа, что ближе к морю, разбросано несколько глубоких озер во впадинах между гор. В ближней от хребта, рядом с озером, растет большой сосновый лес. Нужно перебраться через край долины, пройти по ложбине и перевалить невысокий перевал, без снега. Дорога тут одна, не заблудишься.
— Откуда ты все это знаешь?
— Знаю.
— Асмак рассказывал, — припомнил Найл, — что после пропажи Скорбо они запустили несколько шаров над Серыми горами, но не увидели тут ни одного озера.
— Ты кому больше веришь, Асмаку или мне? Посланник внимательно вгляделся принцессе в глаза, чуть затаив дыхание и попытавшись хоть на мгновение остановить мельтешение мыслей в голове. Все, чего он хотел в этот миг — это увидеть. Увидеть не глазами, а чувствами, сознанием, уловить не только видимый образ принцессы но и его энергетический контур.
Вокруг тела девушки проявился странный бесформенный абрис, по чистой загорелой коже пробежала непонятная коричневая рябь, чуть опустились щеки, недовольно сморщился лоб, полупрозрачные, эфемерные волосы рассыпались по плечам, и только глаза остались прежними, глубокими, нежно-голубыми.
— Кто ты? — спросил Найл.
— Твоя богиня-хранительница.
— Что тебе от меня нужно?
— Ничего. Ты сам придешь, и предложишь отдать долг.
— Когда?
— Не знаю… Время так эфемерно… — принцесса откинулась на песок, сладко потянулась, приподняла голову и удивленно воскликнула: — Найл?! Как ты меня напугал! Кажется, я немного вздремнула.
— И что тебе приснилось? — спокойно поинтересовался Найл.
— Какая-то несуразица. Будто твоя смерть спрятана сразу в двух каменных божках. Мне показалось, что это слишком много.
* * *
В долине под Колдовским озером, как окрестили его подростки, путники провели два дня, отдыхая и набираясь сил. Пауки натянули шатер между высоких стройных пихт, а сверху еще один. Недавний опыт подсказывал, что такая, двойная конструкция обеспечивала наилучшее сохранение тепла. Ночевали все вместе, и рано поутру теплые и бодрые смертоносцы разбегались по покрытым инеем зарослям в поисках вялой после ночного холода добычи.
На склонах долины, как оказалось, обитали сразу четыре жужелицы. Наличие хищников как-то успокоило правителя — тем более, что они оказались, в принципе, довольно безобидны. Людьми они не интересовались вообще, по всей видимости, считая их несъедобными, а с пауками не могли справиться. Смертоносцы не вступали в схватку, поскольку паучьи хелицеры не могли пробить толстого панциря жуков, но без труда находили для себя безопасное убежище на деревьях или мшистых скалах. Разумеется, при желании смертоносцы могли бы справиться с жужелицами, но на лесистых склонах и без того хватало гусениц, бабочек, мух и древесных вшей. Правитель был уверен, что тут должны были водиться еще и мокрицы, но на обед путникам постоянно попадали только древесные вши.
Вообще-то, порою Найл жалел жужелиц, сильных и отважных жуков, поскольку понимал, что после ухода путников для них настанут голодные дни, но эти размышления отнюдь не убавляли его аппетита два раза в день, когда наступало время общей трапезы.
Принцесса Мерлью больше не жаловалась на странные сны, хотя ее страх заметно ослаб, и она уже не держалась за Найла мертвой хваткой. Про свои советы девушка тоже не вспоминала, а Найл чем дальше, тем больше сомневался в ее словах.
Хотя смертоносцы и не проявляли интереса к местности за кругом влияния Смертоносца-Повелителя, однако после исчезновения Скорбо насколько разведчиков пролетало над Серыми горами. Подробной карты этой местности пауки не составляли, но общее впечатление от полетов сохранилось. Водоемы там не упоминались вообще, а уж тем более в таких количествах, как упоминала «богиня-хранительница». Однако, в искренность таинственной покровительницы Найлу очень хотелось верить, а потому, покидая гостеприимный уголок, правитель решил все-таки воспользовался ее советом и повести свой отряд на правый склон долины.
* * *
Уходили они ранним утром, по ослепительно-белой изморози, окрасившей все вокруг в девственно-белый цвет. Между высоких стройных пихт поднялись до самого верха пологого склона и обнаружили, что находятся над бескрайним простором изломанного склонами, ущельями и вершинами пространства.
Как и предсказывала Мерлью, определить дорогу труда не составило: среди всеобщего беспорядка выделялась только одна-единственная прямая линия — уходящая далеко вперед расселина, шириной около ста метров и такой же глубины, с идеально ровными вертикальными стенками.
Дно покрывал густой слой растительности, что обещало спокойный сытный переход.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
