– Может, это твои поклонники хотят на тебя полюбоваться? – выдвинул версию отец. – Но почему их так много?
– Ха! Их гораздо больше, но дело не в них. Там и наших агентов да службистов полно прилетает, человек за сто. Плюс двадцатка воинов Дивизиона и столько же спецов из ведомства Гарольда. Но вот остальные – очень сомневаюсь, что это все поголовно мирные обыватели. Кто-то явно постарался создать такой бум. Так что просеивайте каждого сразу, начиная с космопорта.
– Постараемся так и сделать, – пообещал отец и добавил по-военному: – У меня все, новостей больше нет.
– Это радует! – рассмеялся я. – Но вы там все равно как следует готовьтесь, потому что когда мы все появимся большой толпой, то вам скучно не покажется!
– Давно бы так! Ждем не дождемся!
Отключая крабер, я вздыхал грустно и с гордостью одновременно:
«Все-таки мне очень повезло с родными! Они все такие милые… Хорошо!»
Глава 32
Там же
На обеде неожиданно стал настаивать сам Малыш:
– Вы за меня не волнуйтесь! Любой скользкий вопрос сразу прочувствую и выкручусь. Если что, Свистун тотчас поможет да подскажет. Ну а уже вы все – моему риптону инфу сбросите. Да пусть барон гением разведки и обмана окажется, все равно мы его коллективно переиграем.
И наш старый боевой товарищ был прав. Ко всему прочему, мы ведь еще окончательно не сбросили со счетов вариант операции с шантажом. Да и отпечатки пальцев начальника лагеря хотелось снять. А на самый крайний случай, мы этого барона прямо в ресторане можем повязать вместе с его охраной. По поводу последнего действа мы как раз и решили напрячь все свои силы в оставшееся время. То есть встреча в любом случае не помешает.
Конечно, имелись и сомнения иного толка. Самое главное из них высказал Малышу полковник Стенеси:
– Почему ты так настаиваешь на обеде? Не желаешь ли ты, голубчик, лишний раз поесть за счет конторы?
– Ой, братец, желаю! – чистосердечно признался наш Лорд. – Еще как желаю! И не «лишний раз», а всю оставшуюся жизнь. Как сказал философ Боендаль: «Не сдерживай, мой юный друг, души корыстные порывы!»
Гарольд прищурился и сказал с издевкой:
– Ты хоть пей в меру, юный друг!
– Вот тут ты прав втройне, мой унылый предводитель охранников. Ибо говорится: когда пьешь, нужно знать меру, иначе можно недопить. И вообще, хватит меня поучать. Сам, небось, завидуешь как плебей, что это не ты со своей Нинель в изумрудном макияже будешь вкушать деликатесы с местным представителем дворянства?
– Вот сейчас дам в глаз, и сразу станет понятно, что это из тебя плебей получится с фиолетовым отливом! – перешел на рык бравый полковник.
– Ну вот, – с жалостью вздохнул аристократ. – Словесные аргументы кончились, в ход пошли угрозы применения силы. Таких солдафонов уже и званием генерала не перевоспитаешь. О! Кстати! А как ваш давнишний спор на тему, кто первым станет генералом? Все-таки Роме Броверу в тылу врага год за три идет. А их глубокое законспирированное подполье на каторге уже и как один к пяти потянет.
Был у нас такой спор, в самом деле, на первом году учебы в космодесантном училище. Мы тогда все втроем, не зная, что с нами за одним столом сидит наследница императорского престола, распинались друг перед друг другом, утверждая, что это именно он первым получит генеральский чин. Причем в тот момент Патрисия явно симпатизировала именно Роману в плане присвоения ему внеочередных званий.
Сейчас же мы с Гарольдом озадаченно переглянулись, задумались, и Гарольд сказал:
– Не помню, вроде ему звание успели поднять до майора?..
– Угу! Но потом он стал числиться как пропавший без вести, и продвижение по служебной лестнице замерло, – пояснил я.
– Но ведь если мы бойца вернем его ведомству, то родина просто обязана будет ему задним счетом набавить все недоданные бонусы?
– Вроде да…
– А если припомнить, что еще в юные годы этот поклонник девочек ходил у нынешней императрицы в фаворитах, – многозначительно напомнил Гари, – то в любом случае этот Заяц нас обскачет.
– Точно! А что это для нас значит? – улыбнулся я, зная, что и мой друг не завидует в таком деле никому.
– Да то и значит, что ему придется первому проставляться в ресторане «Фаворит» за генеральские погоны! – хохотнул Гарольд. – Уж мы его раскрутим!
Ну да, за исполнение нашей мечты, увидеть Романа и Магдалену живыми, мы бы им и все свои звания отдали без раздумий. Это особенно понравилось Бульке. Правда, он скорее ерничал, чем соболезновал:
«А ведь вы с Гари наверняка будете разжалованы за самовольную, ни с кем не согласованную операцию. Скажу тебе по знакомству и как ближайшему другу, что императрица бывает очень зла и мстительна в гневе!»
«Тоже мне новость! Тебе еще повезло не видеть самых агрессивных вспышек моей супруги. Иначе от тебя бы остался только десяток маленьких Вулканчиков. Ха-ха!» – Я ничего не опасался, так как имел все полномочия проводить любую операцию, не испрашивая разрешения у ее императорского величества.
Мой прорвавшийся смех Гарольд воспринял за одобрение предстоящей раскрутки на банкет и добавил:
– Наверное, и его супруге не меньшее звание добавят. Вот тут уже наши жены обзавидуются.
Нинель, прохаживавшаяся рядом с ним в своей манере «тигрица в клетке», остановилась и пожала плечами:
– Чему тут завидовать? Лучше быть вольной амазонкой, чем подневольной генеральшей.
Тем самым она невольно напомнила мне, что все тут, и она в том числе, не просто на пикник или в круиз приехали, а обязаны пахать как пчелки. Тем более к ней, как к главной нашей рабовладелице, у меня навсегда остались подспудные мотивы мстить и наказывать. Вот я и показал ей, насколько она вольная амазонка:
– Все, разговоры закончили! Гари, отправляешься со своей группой к ресторану и готовишь захват барона со всеми телохранителями. Берешь для усиления Шекуна и пятерых «грузчиков конторы». Все сложности сразу обсуждаем по краберу. Вопросов нет? Тогда вперед и с песней!
Что-то там Нинель попыталась булькнуть, но в таких вот ситуациях полковник Стенеси мог и до крайностей дойти. Раз приказ получен, то он как командир группы не позволял своим подчиненным ни разгильдяйства, ни неуместных вопросов. И, несмотря на официально длящийся медовый месяц, мог не только рявкнуть на свою супругу, но и… В общем, «вольной амазонке» хватило только предупреждающего взгляда супруга и его окаменевшего лица. Она выскочила из помещения первой, не дожидаясь Гарольда.
Глядя им вслед, Малыш изрек, обращаясь к жене:
– Как все-таки хорошо, что ты меня уговорила бросить воинскую службу. Гражданским лицам живется не в пример вольготнее.
Синява не стала ему поддакивать, а настороженно взглянула на меня. И, несмотря на свою молодость, оказалась права гораздо больше, чем муженек, который был старше ее на тринадцать лет. Потому что и для него нашлось задание, от которого он, как подчиненный консорта, не имел права отказаться:
– А господин Лорд адмиралтейства пусть соизволит немедленно перейти в свободную комнату со своей помощницей и помощниками, связаться с аналитическим отделом господина Алоиса и заняться полномасштабной подготовкой к предстоящему обеду. Не приведи судьба ему хоть на один вопрос Фре Лиха Кири ответить неправильно или с заминкой! Все понятно? Тогда больше не смею задерживать!
Естественно, что мнящий себя пупом аристократии Агнер Ллойд не мог уйти, не оставив за собой последнее слово. Он жеманно подал руку своей жене и уже почти на выходе со вздохом признался:
– Ты знаешь, дорогая, мне уже и Лордом разонравилось работать. Наверное, я вскоре соглашусь на твои уговоры стать вольным торговым представителем нашего родственника барона Монклоа. А уж свои проценты от продажи я такие накручу… – Уже еле слышно донеслось: —…что мне все консорты и даже императоры завидовать будут…
Я не стал опускаться до его уровня и кричать вслед что-то обидное. Лишь перевел взгляд на единственного, кто остался со мной в комнате. Наш шустрый и ловкий Роберт всем своим сонливым видом показывал готовность к любому действию, хоть к немедленному застолью, хоть к продолжительному сну. И я не удержался, чтобы его не проверить:
– Что у нас с домутилом и дайенскими шариками?
– К допросам и к специальным арестам на удержание у нас готово все. Каждому лично раздал по два шарика.
Дайенские шарики – это одно из весьма удобных средств обездвиживания врагов. Помогает десятикратно лучше, чем обычные наручники. Полуживое существо, которое накладывается на голову арестованного, обволакивает ее в виде тонкой непрозрачной пленки, и этому сществу можно задать определенную команду действий. Очень удобная вещь, и очень хорошо настраивает арестованного на допрос.
– А что с заказанной новой техникой?
– Первая партия придет после обеда.
– А что со старой рухлядью?
