Никакая я не шпионка! Аллахом клянусь! – испуганно посмотрела на вышедшего на крики мужчину.
– Ну надо же… – провёл пальцем по окровавленному лезвию, прекрасно понимая кому она принадлежит. – Не шпионка, значит? – нахмурился мужчина, скользя по ней изучающим взглядом. – Тогда почему пыталась убить приближенного ко мне человека? – сжал рукоять кинжала, подходя ближе. – Если ты не шпионка этих неверных, то кто же тогда?
Слаба.
Как же она, всё-таки слаба!
Такая ничтожная и обессиленная, что даже из рук простого человека вырваться не может!
– Чего молчишь? Язык откусила?
– Не откусила. Просто сказать нечего!
– Гордая, значит? – хмыкнул Бербарс, взяв её за подбородок. – Ну надо же, хоть и замарашка, а всё равно красивая. Знаешь, что с такой красавицей сделают мои псы, если я им тебя отдам? И песочные часы перевернуть не успею, как ты о пощаде просить будешь. Ну так что, неверная, расскажешь кто такая и зачем следила за нами или позволить моим борзым с тобой проиграть?
– Делай что хочешь, шакал безродный! Ведь это не я, а ты пригрел у себя под боком шайтана!
Смотря на Бейбарса широко раскрытыми, полными ужаса глазами, Орин гордо вскинув голову, поджимая дрожащие губы, с трудом находя в себе силы, чтобы не заплакать. Что бы сохранить перед лицом смерти те ничтожные крупицы чести и достоинства, которые у неё остались.
– Отдай её мне, Бейбарс, – уложил ему на плечо руку Михаэль, придерживая перевязанные рёбра. – Я сам решу, как с ней поступить.
– Нет! – практически завопила Орин. – Только не ему! Заклинаю Аллахом! Только не ему!
– Хорошо, друг мой, – согласился, не обращая внимания на перепуганную девчонку, которая куда скорее согласила засунуть голову в пасть к крокодилу, лишь бы только не оставаться один на один с его шайтаном. – Эта неверная твоя. Делай с ней что хочешь!
– Благодарю. Уверен, Аллах вознаградит тебя за такую щедрость.
– Иншалла, – кивнул ему Бейбарс. – Рад, что с тобой всё хорошо.
«Я бы так не сказал…» – сосредоточенно посмотрел Михаэль на брыкающуюся в руках солдата девчонку:
– Отведи её ко мне в шатёр.
– Как скажете.
Чего-чего, но такого он от этой маленькой перепуганной девчонки не ожидал! Можно сказать, быть восхищен случившемся!
Кто бы только подумал, что недавняя замарашка, дрожащая от одного только его присутствия, рискнёт на него напасть.
Такая храбрая, забавная девчушка со звериными глазами. Всё равно, что попавшая в сети рысь. Того и гляди начнёт кидаться на него пытаясь разодрать лицо когтями.
– Хватит брыкаться, как коза бешенная! – зло выругался мужчина, затаскивая Орин в просторный шатёр. – Иначе ноги переломаю! – грубо оттолкнул от себя, из-за чего она потеряла равновесие, упав на четвереньки.
– Гореть тебя в пламени Ада, змея французская! – тут же накинулась на неё Нофрет, вцепившись в длинные, пепельные волосы. – Аллах покарает тебя! Зажарит на вертеле будто барашка! – никак не унималась девушка, готовая выдрать её волосы вместе с кожей.
– Успокойся! – схватил её Михаэль, отдирая от, до смерти, перепуганной девчонки.
Мало того, что рана совершенно не затягивалась, как ещё и из-за Нофрет начала кровоточить с новой силой.
– Я вырву тебе глаза, тварь! Руки переломаю!
– Живо прекрати, Нофрет! – с трудом оттащил её, вынося на улицу. – Переночуешь сегодня у Бейбарса. Это понятно?
– Почему? – взволнованно подняла Норфет на него взгляд. Если бы Михаль хотел наказать девчонку, точно бы отдал псам Бейбарса! А он фактически её спас. Спас! В груди тревожно защемило. А ведь она красивая. Действительно красивая! Волосы и кожа светлые, лицо милое. Любой бы мужчина покусился на эту бледную девчонку и её шайтан наверняка не был исключением… – Зачем она тебе нужна, Михаль? Зачем?…
– Не переживай. Спать я с ней не буду, – успокаивающе погладил её по плечу, опускаясь к перевязанному запястью. – Спасибо. А теперь иди, – дождавшись, когда Нофрет выполнит его распоряжение, Михаэль вернулся в шатёр, смотря на перепуганную девчонку. – Спасибо что присмотрел за ней, пока меня не было, Шахбаз. Можешь быть свободен.
– Как скажете, – поклонился мужчина, оставляя его наедине с девчонкой.
– В благородство играешь, демон? – зло тряхнула Орин головой, убирая с лица растрёпанные волосы. – Хочешь, что бы я тебе в ноги падала? Чтобы о пощаде молила?
– Я не Святой, что бы ты меня о чём-то молила, девочка. Лучше объясни, какого чёрта ты за мной увязалась вместо того, что бы убежать? Я ведь дал тебе такую возможность?
Высокий. Статный. С пронзительным, острым взглядом и надменной улыбкой.
Пока они шли в Газу, Орин отлично изучила каждое выражение его лица и это, не было исключением.
Сейчас именно он и только он – хозяин положения. И ни одному бессмертному не получится этого изменить.
– Убежать? – скривилась, смотря на него не скрывая отвращения. – Я слишком хорошо знаю таких тварей как ты! Знаю, какие игры вы ведёте! Знаю всё, на что вы способны!
– Мы, – голосом надавил на неё мужчина, опускаясь на курульное кресло. – Как не крути, но от демона в тебе куда больше чем от архангела.
– Неправда! Я не такая!
– Такая. И чем отчаянней ты борешься со своей природой, тем хуже тебе становится, – взял Михаэль стоящую на столе чайную пиалу с кровью.
– Не хуже чем тебе, – зло улыбнулась Орин, смотря на его побледневшее, покрытое испариной лицо. – Даже не пытайся демон. Эту рану так просто не залечить.
– Это я уже понял. Редкий дар заговаривать оружие на убийство бессмертных. Неудивительно, что за тебя назначена такая высокая награда.
– И что же теперь? Выдашь меня в отместку за то, что я чуть было тебя не убила? – очень старалась говорить спокойно, хотя зубы уже начали предательски стучать друг об друга.
– Как тебя зовут, девочка? – неожиданно поинтересовался демон, застав её врасплох. – Меня зовут Михаэль, но тут, в силу культуры меня называют Михаль.
– И никакая я не девочка, – раздраженно прорычала, следя за каждым его движением, когда взяв со стола кувшин и полотенце, он опустил их перед ней. – Мне уже пятьдесят лет!
– А мне пять с лишним тысяч, – скептически хмыкнул демон, смотря на неё как неразумного ребёнка. – Умойся. У тебя лицо грязное.
Ничего не говоря, исподтишка наблюдая за вернувшимся в кресло мужчиной, Орин старательно оттирала лицо уже и, не помня, когда в последний раз купалась.
А ведь ей так это нравилось! В Пандемониуме она могла часами нежиться в молочных ваннах, пока прислуга развлекала её пением и игрой на арфе.
– И почему же ты тогда сбежала? – поинтересовался Михаэль, прочитав её мысли.
– Не смей капаться у меня в голове! Это тебя не касается!
– Капризный, избалованный ребёнок, не знающая,
