Я схватила Гарри, его начали отпихивать и толкать. В меня же полетели не только обидные оскорбления и шепотки, наполненные страхом и ужасом, но кто-то даже швырнул в меня камень!
Не собираясь устраивать тут разборки с местными, я убежала прочь с рыночной площади, прижимая к себе фамильяра.
Да, я сбежала, как трусиха, но сказать по правде, я ошалела от случившегося.
Что я им сделала?!
Точнее, вопрос будет задан по-другому:
— Гарри! Что, чёрт возьми, натворила Оливия?! Против неё настроены абсолютно все!
Я плелась по другой улочке, не по той, по которой я пришла, а по параллельной. Здесь не было магазинов, здесь были таверны, гостиницы и рестораны.
И вот, я набрела на самый приличный, чистенький и ухоженный ресторанчик, и забилась в самый дальний угол.
— Ливи… — едва не плача проговорил Гарри. — Прости меня…
— За что, Гарри? Ты-то в чём виноват? — спросила устало, выискивая взглядом официанта.
— Я должен был тебя защитить от этой толпы дураков, но на меня вдруг нашёл ступор… — спешно начал объясняться Гарри. — Я… я не знаю, почему так произошло. Я ведь твой защитник, Ливи, а получилось, что я неудачник…
Его глазки совсем потускнели.
Погладила череп и сказала:
— Не говори глупостей. Любой бы обалдел от этих людей, набросившихся на меня с обвинениями… Я не держу на тебя никакого зла и не собираюсь ни в чём обвинять. Всё хорошо, дружок. Понял меня? Не расстраивайся. Лучше объясни мне, что же Оливия такого натворила?
— Я сам не знал, что всё настолько плохо... — вздохнул Гарри.
Я взмахнула руками, выражая своё негодование.
— Это же просто… просто кошмар какой-то! — прошипела я. — Её же здесь ненавидят! Ты слышал? Сжечь предлагали!
— Слышал, — также понуро ответил Гарри. — Что Оливия делала в городе – я не знаю. Она не брала меня с собой и не рассказывала ничего. Я знаю только, что она делала в доме. Я уже рассказывал тебе…
— Да, я помню. Моя предшественница искала перерождённого в другом мире возлюбленного, который в этом мире погиб. Кстати, а как он погиб?
— Он умер.
— Это понятно. Но от чего он умер? — не унималась я.
— Как от чего? Я разве не говорил? — удивился Гарри.
— Нет, не говорил. Рассказывай сейчас. Я должна знать, раз заняла её место.
Гарри сверкнул глазами.
— Её любимый, по имени Николас, по одной версии убил сам себя, выпив яд. Самоубийство, понимаешь?
Мои глаза округлились от удивления.
— Ничего себе новость… — пробормотала я. — Как самоубийство? Почему?
— Ну-у-у-у... Вот по другой версии – его убили. Но эту версию выдвинула сама Оливия. Насколько я ещё помню, она говорила, что её убеждали сыщики и инквизиторы, якобы все следы, отпечатки, вся обстановка, где это случилось, всё указывало именно на самоубийство, но Оливия не верила в это. А ещё, все начали винить, конечно же, её, так как намедни они поссорились…
— Глупость какая, — заметила я. — Кто будет себя убивать из-за какой-то там ссоры?
— Оливия также говорила. Она верила, что Николаса именно убили. И желала отомстить.
Я вздохнула и проговорила:
— Это, конечно, всё очень грустно, странно и невероятно таинственно, но при чём тут местные жители? Они ненавидят Оливию из-за смерти её любимого Николаса?
— Хех! Не-е-ет. Когда его не стало, Оливия как с ума сошла, — начал рассказывать Гарри. — Она начала приобретать и читать магические книги, много книг, при помощи того самого кресла. Замкнулась в себе. Стала от меня многое скрывать и мало разговаривать. Забросила дом, друзей. Со всеми перессорилась. Ливи, она искала способ, чтобы найти дух своего возлюбленного и хотела узнать, кто же его убил. Потом, я не знаю как, но она выяснила, что его душа переродилась и он живёт в другом мире. Оливия стала просто одержимой, желала найти своего мужчину, чтобы воссоединиться с ним и ей уже было всё равно, кто его убил. Она хотела лишь найти его и ей было неважно, каким способом она это сделает. Моя память меня подводит, Ливи… После её исчезновения, многое стёрлось и я совершенно не знаю, что конкретно произошло, но знаю, что она использовала тёмное заклинание, запрещённое, которое и навлекло на наш дом это проклятие. И вот после того, как над нами возникла вечная тьма, простые жители города и начали бояться её. Они ведь обыкновенные люди, без магии и не понимают, что наше проклятие над ними не властно. Это мы прокляты… Но Оливия стала озлобленной, сама иногда рассказывала, как грубила простым горожанам, когда те интересовались, почему над её домом нависла непроходимая ночь… В общем, она своим же языком настроила против себя весь город. Потом Оливия снова читала книги, но видимо, не находила того, что ей было нужно и однажды, в порыве гнева сломала кресло. Дом начал приходить в упадок… Один раз, она снова уехала в город, а вернулась счастливая и словно окрылённая… И в тот же самый вечер она исчезла... Но появилась ты…
— Очень неприятная история, — заключила я. — Интересно, а она в принципе любила этого своего Николаса?
