Несколько минут Майкл потратил на то, чтобы успокоиться. Потом обвел глазами пространство вокруг себя, стремясь увидеть как можно больше. Возле кровати стояла тумбочка, на которой лежал прозрачный пакет, наполненный какой-то жидкостью. Кроме этого он мог видеть потолок и ничего больше. Он прикрыл глаза и несколько минут спустя, задремал.
* * *
Он очнулся от шума. Дверь отворилась и тотчас же захлопнулась. Майкл перевел глаза на дверь и постарался вычислить, кто пришел. Перед глазами мелькнуло лицо Аманды Голдмэн.
— О, дорогой! — сказала она, — ты очнулся. Она сделала движение пальцем вправо-влево перед его лицом. Его взгляд следовал за движением ее пальца.
— Ты, и впрямь очнулся, не так ли? Я навещала тебя в течение нескольких недель, и мне говорили, что напрасно ожидать от тебя какой бы то ни было реакции. Меня уверяли, что это связано с повреждением мозга.
Глаза Майкла расширились.
— Ты слышишь меня? — спросила она. — Если да, то моргни один раз, если нет, то два раза.
Майкл моргнул один раз. Он был способен общаться. А если так, то есть шанс на спасение.
— Можешь двигаться? — спросила Аманда.
Майкл моргнул дважды.
— Боже, ты узнаешь меня, верно?
Майкл моргнул один раз.
— Я хочу, чтобы ты знал, что произошло, — сказала она. — Японцы завладели студией и сейчас все сосредоточено в их руках.
Майкл прикрыл глаза.
— Я взяла на себя все заботы о твоих личных делах.
Майкл вновь открыл глаза.
— Мои адвокаты организовали траст по ведению твоих финансов. Кто-то обнаружил завещание, которое ты оставил, назвав меня своей наследницей, поэтому суд назначил меня доверенным лицом.
Майкл уставился на нее.
Аманда уселась на его постели так, что он легко мог видеть ее. — Майкл, со мной все в порядке, но я считаю, что должна тебе кое-что рассказать. Думаю, что могу доверять тебе более, чем кому-либо другому.
Майкл моргнул один раз. Ему не терпелось все выяснить. Он искал способ сообщить ей то, что хотел сделать.
Я встретила одного человека, и мы с ним видимся довольно часто. Он моложе меня, но ты же знаешь, что это не было бог весть каким препятствием между нами, верно?
Майкл дважды моргнул. Лучше согласиться с ней, покуда он что-нибудь не придумает.
— Это человек, которого ты знаешь, с которым ты когда-то вместе работал. Это Чак Пэриш.
Глаза Майкла широко раскрылись от удивления.
— Помнишь, вы вместе сделали пару кинокартин. Это удивительно, если учесть, что до недавнего времени он жил с Ванессой, твоей прежней любовницей. А она, дорогой, сейчас живет с Бобом Хартом. Можешь поверить в такое? Она оказалась столь умной штучкой, что сумела утащить его из цепких клешней Сюзан. В городе только и разговоров, что о предстоящем разводе.
Майкл быстро моргнул. Все посходили с ума.
— Чак — прелесть, — продолжала она. — И хотя в постели — не ровня тебе, но тоже ничего. Он не очень-то расположен к разговорам о тебе, но я уверена, что ты рад, что я теперь не с кем-нибудь, а с твоим другом. Я закрыла мой счет в Центурионе и основала новую компанию, которая будет реализовывать работы Чака. Он — необыкновенный директор и писатель, о чем ты и сам осведомлен, ибо именно ты открыл его талант.
Майкл крепко закрыл глаза. — Как заставить ее заткнуться?
Аманда ненадолго замолчала, потом смахнула слезинку с краешка глаза.
— Догадываешься, почему я пришла?
Майкл уставился на нее.
— Я помню наш разговор, когда Лео лежал в больнице. Ты был тогда прав, и я хочу, чтобы ты осознал, что чувствуешь, находясь в подобном положении.
Все сходятся в едином мнении, что нет никакой надежды на твое выздоровление. И боюсь, единственное, на что ты можешь рассчитывать, это провести остаток жизни в этой постели, уставившись в телеэкран.
Майкл быстро сморгнул. Он хотел придумать способ передать ей свои мысли.
— Дорогой мой, я знаю, о чем ты хочешь попросить, поскольку мы обсуждали с тобой этот вопрос, когда Лео вот так же лежал в постели.
— Ты изменил мою жизнь, — сказала Аманда, и в ее голосе послышались всхлипывания. — Я у тебя в неоплатном долгу, но сейчас могу отплатить тебе только одним.
Майкл увидел, как что-то мелькнуло в поле его зрения, и это что-то было белого цвета.
— Прощай, любимый, — сказала она. — Я тебя люблю.
Его глаза закрыла подушка, и все погрузилось во мрак.
Майкл уже не мог моргать. Он бился с подушкой всей силой разума, но ничего не помогло.
Неожиданно тьма отступила. Откуда-то струился свет, и — о, чудо! он обрел способность к движению. Он поднял руку, чтобы заслонить от света глаза, но в этом не было надобности. Свет был теплый и, казалось, струился вдоль длинного коридора или туннеля. Майкл пошел по направлению к нему.
Потом в луче света возникла темная фигура, и она показалась ему знакомой. То был мужчина, и он шел навстречу. Он протягивал руки к Майклу. А за ним толпились другие люди.
Майкл приблизился к мужчине и внезапно узнал его. То был Онофрио Каллабрезе, он схватил сына за руки и не желал его отпускать. И улыбался, как привидение.
Майкл пытался освободиться, но тут его окружили другие люди, и они стали подталкивать его к свету. Они все были рады видеть Майкла, и он узнал их всех до одного. Среди них была женщина, ею оказалась Кэрол Джеральди. Она буквально повисла на нем. Здесь же был и Рик Ривера, и о, господи! здесь был Лео. Лео обнял его за плечи и повлек куда-то вперед. Бенедитто и Чич шли рядом, и сюда же, выйдя из светлого пятна, направлялся адвокат Мориарти.
Майкла охватил ужас, он попытался упереться ногами в пол, но ничто не могло затормозить его движения. Все эти люди втягивали его в бездну света.
И тут Майкл осознал, что может делать гораздо больше, чем передвигаться. Он мог кричать.
Примечания
1
Мое сердце принадлежит Вам (нем.)
2
Пеллегрино — сорт минералки.
