потом укажут комнату, где родственники дожидаются.
Да смотри внимательно, ступени там тoгo… поскользнешьcя на приступке — в колгане шишку заимеешь.
Когда Игнат пошел по указанному направлению, дежурный на входе бросил ему в спину, но так, чтобы тот не услышал:
— Чудняк, в такую даль завьючился, чтобы два часа побазикать. По мне лучше водочку лакать, чем с этими дошлыми кудахтать.
Наконец, после проверки приезжему указали на нужную дверь.
2
Начальник колонии окaзался гостеприимным человеком. После нескольких слов приветствия он вдруг дружески хлопнул Игнта по плечу и произнес:
— А потом чайку с тобой попьем, моя пирог сварила, попробуешь? Да что я спрашиваю, не попробуешь — посажу в карцер!
Начальник колонии сам и рассмеялся от своей шутки, но очень быстро погрустнел. Хотелось ему пообщаться с первым гостем за целый год, но понимал он, что у того важная встреча. Он неожиданно приобнял гостя:
— Давай, потом покумекаем. Базланить с родней будешь два часа… и обратно.
…Конвоир отвернулся к окошку, чтобы не мешать родственникам общаться, ружье он поставил в угол, но сам зорко спиной наблюдал за происходящим.
— Ну проходь, угачи.
В комнату вошли два пожилых человека.
— Значит вы родители будете Настины. Старик молча протянул руку, потом, словно передумав, произнес:
— Суханов.
Игнат перехватил опускающуюся руку, пожал и тоже представился Игнат Ибнот-ортум… Отец у меня из Африки, а мать русская.
— Понятно, — мужчина потер переносицу двумя пальцами, словно пытался что-то вспомнить.
— Да знаем мы, не напрягайся, мил человек. Настюша наша…На глазах его выступили слезы, а из за его спины несмело вышла пожилая женщина. Это была словно Настя в миниатюре и состарившаяся.
Она протянула руки и попыталась обнять приехавшего…старик задержал ее движением руки.
— Да ты что, старая, рехнулась. Человека первый раз в жизни видишь и сразу с поцелуями!
— Нет ничего страшного. Почему же. — ответил за нее Гость.
Женщина, словно получив разрешение, со скоростью, неожиданной для ее возраста, бросилась вперед и, приподнявшись на цыпочки, попыталась обнять Игната. А тому что-то словно ударило в голову! "Как похожа она на Настю: те же глаза живые, проникающие в глубину, та же живость и страстность в движениях".
У Игната помутилось в глазах закружилась голова и он, как подкошенный, свалился на пол, увлекая за собой старуху.
— Ой ты чего! Охранник в два прыжка оказался рядом, он поднял старую женщину и приказал ей:
— Уходите. Гость от ваших объятий чуть не помер. Он набрал полный рот воды из стакана стоявшего на грубо сколоченном столе и прыснул в лицо гостя. Тот открыл глаза.
— Ладно, пошли, повидались, — потянул жену старик.
Когда двери за ними закрылись, конвоир пошлепал легонько Игната по щекам и помог подняться с пола.
— Одним словом — ведьма, — констатировал человек с ружьем и приказал гостю покинуть комнату.
— А ведь действительно, ведьма, — подумал Игнат. Но ему стало, как ни странно легче, словно эта краткая встреча сняла с него проклятье, которое виcело на его совести. Ему на миг показалось, что Настя, постаревшая, подурневшая жива, хотя это и была ее мать.
Начальник тюрьмы забеспокоился состоянием Игната, но вскоре забыл обо всем, чувствовалось, что он рад каждому свежему лицу в местных краях.
Он спросил или гость после свидания с родственниками хочет остаться на ночлег, поскольку одна из камер пустует, сбежал человек.
— Только косточки его уже наверно вороны растащили.
— Нет спасибо! Плохая примета, в тюрьме ночевать! — Игнату даже ударило в голову от такой перспективы.
— Учти — подвоза не будет. Извини, но придется тебе тогда топать часов 10. Засветло должен прийти, но зверье тут всякое. Возьми ружье, пригодится, оставишь на станции "Глухое".
Но думаю засветло до Гнилово дойдешь, а на станции комнатка есть для гостей. Только гостей там сроду еще не было на моей памяти за 10 лет службы в этих краях.
Но не пужайся. Прямо по дороге пойдешь и в лес не сворачивай.
— А попутные здесь бывают? — поинтересовался Игнат.
— Бывают только, если хоронят кого-то или облава за беглыми, а такое случается по большим праздникам. Народ у нас крепкий, помирать не полюбляет, нет такой привычки. А если кто из жмуриков в камерках, так тут рядом и садим, как грибочки. Вон в окно смотри какая славная коллекция крестов.
Гость посмотрел в указанное окно. Действительно, пейзаж разнообразили несколько десятков грубо сколоченных покосившихся крестов с табличками.
— Все здесь аккуратненько записаны в книге, — начальник тюрьмы ткнул пальцем в пожелтевшую от времени папку, которая видимо помнила еще ссыльных 37 года.
3
Мужчина не спеша брел по проселочной дороге и думал о начальнике тюрьмы, о том, что не место этому грузному и душевному человеку здесь. Ему тут просто плохо, а держится он за это место потому, что добряк, не умеет добиваться своего в жизни. Другой бы на его месте уже где-нибудь в городе нес службу, а он…ладно. Нужно же о чем-то размышлять. Когда Игнат ни о чем не думал память его повторяла, как наказание одну и ту же картину. Он вначале чувствовал, что сойдет с ума, а потом привык. Это словно каждодневная казнь. Кладут тебе голову на пенек, взмахивают топором, а удара нет и нет… и привыкает человек. Ко всему привыкает. По дороге еще раз добрым словом он вспомянул о мясистом мужчине, который дал ему кроме ружья еще и баллончик с жидкостью от комаров. Время от времени, раз в полчаса примерно человек вспрыскивал лицо и руки из баллончика тоненькой струйкой. Комары сопровождали, но пока не кусали, уважали, а почему бы и нет? "Не эта ли пихточка хотела с ним познакомиться?" В душе даже просветлело и какой-то веселый мотив на мгновенье забрел в голову путника. Просвистев пару минут Игнат опять окунулся в тишину. Прошло уже 6 часов, он решил присесть. Посмотрел на железнодорожную ветку, которая стала после поворота сопровождать дорогу. Вроде гул какой-то. Он приложил ухо к рельсу. Так и есть поезд! "А вдруг его заприметят, притормозят и подхватят?" Рядом
