Многим душам подобное не нравится, поэтому они стремятся покинуть неуютное тело. Обычно химерологи отпускают такую душу и проводят новый ритуал, в надежде, что в этот раз попадется то, что нужно. Но Велебор не желал долго возиться, поэтому разработал заклинание, привязывающее пойманную душу насильно.
Когда я попала в это тело, заклинание уже было разрушено, а вот его остатки и вычистил кулон. Наверное, какая-то магия Велебора в моем теле все-таки осталась, ведь не зря же тогда дагморы стремились схватить и меня, а ведь я уже была далеко не ребенок.
Вэлларду и Дэлиарду я немного приоткрыла тайну моего появления в этом мире. Конечно, без подробностей, но кое-что все-таки рассказала.
К моему счастью ни то, откуда моя душа, ни то, что я химера, не смогло поколебать Дэлиарда. На мое заявление, что я вообще-то тоже своего рода монстр, он отмахнулся и поцеловал меня так, что у меня ноги подкосились.
Простым переселением маги не ограничились. Впереди нас всех ждало еще много работы.
Как только мы устроились на новом месте, как в Диртмурд стали приходить маги из соседних королевств. Наш уход из Хильзвана не научил ничему людей. Наоборот, почему-то простой народ обозлился, обозвав нас предателями. Логика железная!
На магов в других странах начались самая настоящая охота. Боясь, что те тоже просто однажды растворятся в воздухе, магов ловили и запирали. Боевых старались прикончить сразу, опасаясь их, а вот тех, кто мог принести людям ощутимую пользу, заковывали в кандалы и заставляли работать.
Естественно, мы не смогли пройти мимо. В операциях нам с охотой помогали элгары. Удивительно, но эти лесные люди способны были незаметно пробраться куда угодно и вывести кого угодно так же незаметно.
Ра-Рур с каждым годом становился все населеннее. Удивительно, но такое большое количество магов на одном месте не прошло для леса бесследно. Он стал магическим. Иной раз казалось, что деревья вполне себе живые, и не переставая шепчутся о чем-то. В некоторых местах можно было увидеть какие-то прямо сказочные цветы, которые буквально светились. А еще лес просто заполонили светлячки, отчего по ночам он сиял.
Лес начал разрастаться. Это не понравилось людям извне. Деревья начали вырубать, стараясь задержать стремительный рост леса. И он обратился за помощью к магам. Просто однажды на улице Ра-Рура появилась невероятной красоты нимфа, которая и попросила помощь.
От нее мы узнали о многом. Светлые маги, вырабатывая магию, выбрасывали ее неосознанно вовне. Магов в одном месте просто стало очень много. Магия накапливалась и в один момент ожила. Та самая нимфа оказалась самым настоящим разумным магическим созданием, от макушки до пяточек заполненной концентрированной магической энергией.
Маги решили окружить Диртмурд защитным куполом. Тем более это давно нужно было сделать, ведь люди уже начали поглядывать в сторону леса, догадываясь, куда на самом деле подевались все маги. Впрочем, лазейку для магов решено было все-таки оставить. Правда, со злым умыслом войти в лес было нельзя. Сама магия следила за этим, не впуская тех магов, которые по какой-то причине решили предать свой вид, поступив в услужение простым людям. Конечно, это не касалось тех, кого заставили с помощью шантажи или иными способами. Тогда нам приходилось разбираться с такими случаями.
Тогда были подняты щиты, окружающие лес, который даже не думал останавливать свой рост, постепенно выдавливая простых людей на другие территории. Через многие года не стало ни Хильзвана, ни Этании, ни Хорнвольда — все занял Диртмурд. Однажды рост замедлился, а потом и вовсе прекратился. Щиты поначалу просто не пропускающие простых людей, полностью скрыли лес, спрятав его в нечто вроде кармана в пространстве.
Постепенно о магах стали забывать. Особенно, если учесть, что жизнь простых людей была несоизмеримо меньше, чем у магов. Но в мире всё-таки продолжали рождаться магически одаренные детки. И не всегда нам удавалось узнать о них до того, как случалось что-нибудь непоправимое.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Тогда Дэлиардом был создан артефакт, позволяющий обнаружить такого ребенка в момент рождения. Просто, когда дитя рождается в мир выплескивается немного магии. Вот такие всплески и фиксировали Глаза Рура. Артефакт представлял собой большой прозрачный шар, который в момент рождения ребенка светился и показывал, где именно родился маленький маг. За тем, чтобы наблюдать за Глазами и во время реагировать были назначены самые ответственные маги.
Со временем маги и элгары породнились настолько, что отличить одних от других стало сложно. Все население разросшегося Ра-Рура стало магическим. В Диртмурде не осталось простых людей. Постепенно слова «человек» или «люди» стали ассоциироваться с теми, кто снаружи, вне Диртмурда, поэтому маги как-то само собой начали называть себя элгарами. К тому же, не такая уж это неправда, учитывая, что спустя многие года большинство магов могли похвастаться в своей родословной чистокровными элгарами. Среди населения леса больше не было тех, кто не имел магических способностей.
Кроме этого иногда маги даже сходились с теми самыми магическими существами. А что? Те же нимфы или дриады — исключительно прекрасные создания. Так почему бы и нет?
Маги со всего мира стремились попасть в Диртмурд. Те, кто остался по какой-то причине снаружи называли его «Священная обитель» или «Священный приют». Ра-Рур стал домом, в котором магов всегда ждали.
Но до всего этого было еще ой как далеко, а пока что меня ждало несомненно волнительное событие.
Глава 43
«Любовь бывает разной и не всегда она приносит счастье. Если вы любите и чувствуете, словно летаете на белоснежных крыльях, то не отпускайте такую любовь. Ведь это редкое и настоящее чудо».
Дверь за Дэлиардом захлопнулась. Ему пришлось для этого изловчиться. Я волновалась, будто подобное со мной впервые. Подавив неуместный смешок, покрепче обхватила его шею руками и уткнулась в нее носом.
После битвы в Мор-Голаде прошел ровно год. В Вильтмаре было неспокойно, у нас уже витали мысли об уходе. Глава настоял на нашей свадьбе, неизвестно чего опасаясь. Ни я, ни тем более Дэлиард не были против этого.
И вот сегодня мы официально стали мужем и женой. Наш брак был скреплен самой магией, поэтому развестись уже не получится. Да и не думала я, что кому-то из нас это понадобится. Не знаю, почему, но мне казалось, что вопреки всему мы с Дэлиардом с каждым новым днем только все сильнее влюблялись друг в друга. Удивительно, но я каждый раз находила в нем все новые и новые черты, которые меня привлекали. Конечно, никто из нас не без недостатков, но это вполне нормально.
Прямо перед самой кроватью Дэлиард споткнулся. Я невольно ахнула, когда ощутила, что мы падаем. Понятия не имею, как он так извернулся, но я успела лишь моргнуть, как оказалась лежащей на ворчащем и кряхтящем Дэлиарде.
— Прости, — прошептала я, пытаясь сползти с него.
Запутавшись в длинном платье, неловко качнулась. Чтобы не потерять равновесие, поставила руку туда, куда пришлось. Дэлиард вздрогнул и зашипел, сквозь зубу матерясь.
Я невольно хихикнула, совершенно по-глупому, как девчонка, в самом деле. Бурлящая в крови магия и счастье опьяняли, отчего мне казалось, что я напилась вина.
— Ничего, — выдохнул Дэлиард, замирая и блестящими глазами рассматривая меня.
Я тоже залюбовалась. Комнату освещало лишь пара свечей, огонь которых слегка подрагивая, заставляя тени лениво танцевать. Я смотрела на теперь уже мужа и чувствовала, как меня наполняют пузырьки счастья.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Глаза мужа, темно-синие, похожие на драгоценные камни, сверкали, завораживая и притягивая. В таком свете черты лица стали еще отчетливее, отчего оно казалось буквально вылепленным влюбленным в свою музу скульптором. Длинные ресницы отбрасывали тени, а слегка приоткрытые губы манили, моля о поцелуе.
Дэлиард чуть хрипловато выдохнул.
— Ты прекрасна, — шепнул он, а я только что поняла, что он смотрит на меня и любуется. И виделась мне в том любование некая гордость.
