гранате и разлетелся по частям во все стороны.
— Май, право слово, не стоит, — он покачал головой. — Давайте я скажу, что нужно сделать, чтобы ваша дочь не пострадала, для начала…
Схватил его за волосы левой рукой, дал ногой по колену, парень заорал, падая на пол. Один удар каблуком ботинка в шею, хруст, кровь изо рта. Люди вокруг осторожно расходятся, стараясь не смотреть. Всё организованно, как и должно быть у гермов. А я продолжаю стоять, ожидая нового переговорщика.
Не прошло и полминуты, как подошёл мужчина лет пятидесяти, с усиками как у карикатурного дворецкого. Лицо серьёзное, улыбок он себе не позволял. Делал вид что не замечает парня который дёргается на полу. Кивнул мне, сказал спокойно:
— Май Сергеевич, простите за недоразумение. Следуйте за мной в переговорную, прошу, — он развернулся и пошёл к лифту.
Оглянулся на того, кого только что убил, и кто пытался мне навязать что-то. Подумал, что да, скорее всего, брат «Кости», если того парня действительно звали Костя. Да и прошлый выглядел умнее, почти смог спастись меня, но, видимо, старик ему что-то подмешал в чай. Не повезло, а то, глядишь, и не было бы ничего.
Один случайный сердечный приступ — планы кучи важных и уважаемых людей оказались разрушены.
— Прошу, Май Сергеевич, присаживайтесь.
Прежде чем зайти в просторный кабинет, я всё осмотрел. Мне понравилось, что здесь присутствовало окно — оно мне пригодится. Это оказался сто девятый этаж, прямо под лабораторией. Закрытый комплекс располагался от сто десятого до сто двадцатого. Прямо в центре здания, всё изолировано, туда почти нереально попасть или просканировать, если не знаешь, где и что находится. И не просто так меня ведут очень близко к этим уровням. Видимо, мы должны договориться и сразу скрепить нашу сделку действием. Например, кому-то важному вскрыть память и что-то с ней сделать.
Садиться не стал, остался стоять рядом с кожаным удобным креслом. Кто знает, что там в этой мебели. Имплант сейчас сканировал пространство вокруг, но без брони мои возможности ограничены. Если я пользуюсь нано-машинами, почему бы и моим врагам этого не сделать?
Так что я готов отпустить кнопку гранаты в любой момент при малейшем подозрении. Более того — моя ладонь с гранатой серебрилась. Если меня парализует или засну — «Хром» сделает работу. Отпустит кнопку и уйдёт, давая гранате превратить меня в фарш.
— Май Сергеевич, мы ни в коем случае не хотим причинять вам и вашей дочери вред, — как-то обиженно сказал мужчина, похожий на дворецкого.
— Марии вы тоже так говорили? — я начал выходить из себя, дворецкий вздрогнул, по его виску прокатилась капля пота, я его немного «успокоил», сказал коротко: — К делу.
Вспомнил, что видел, показалось, что перед лицом всё залило красной пеленой. Мне очень хотелось свернуть шею этому уроду. Он ведь всё знал, не просто так замолчал.
Здесь нет невиновных.
Здесь виноваты все.
— Хватит, — от дверей раздался грубый голос.
В помещение вошёл высокий здоровяк лет тридцати с широкими плечами. Бритый быстро подошёл к мужчине и схватив за рукав, толкнул к выходу. Тот упал на четвереньки, поднялся и побежал от нас. Парень посмотрел на меня, гранату, хмыкнул, сказал:
— Ты проводишь операцию — перемещение памяти, не копия, именно перемещение.
— И всё? — усмехнулся.
— Не всё. Отдаёшь полные характеристики импланта и все схемы, что в нём есть. Отдаёшь технологию прямого доступа, — он стал загибать пальцы, — В обмен — забираешь свою дочь, круглую сумму, уходишь в любую агломерацию.
«Не верь им, Май, не верь, — впервые за долгое время зашептала девушка. — Они врут, они не отпустят, они и Клауса бы не отпустили, и тебя не отпустят. Им нужен ты, Лиза и я, они выпотрошат нас до дна, потом соберут обратно и всё повторят. Не верь им, Май, посылка уже рядом, пожалуйста, не верь им!»
Они так и не знали о девушке, она точно была профессионалом. Обвести вокруг пальца осьминогов и паучих гермов стоило очень много. Как там она сказала? «Они и Клауса бы не отпустили». Как будто знала его лично. Нет, все они работали вместе, и девушка была в одной лодке.
«Я ломала Новиград, я одна из тринадцати, Май, я их знаю, — шептала мне на ухо девушка, — я ждала, что придёт он, что ты станешь им, я очень боялась, а пришёл ты, настоящий. Подумала, что это шок после переноса, но у меня был шанс уйти, прогнала тебя…»
Она, кажется, плакала.
— … сто миллионов — это хорошие деньги, очень хорошие, Май, просто сделайте, что мы просим, — продолжал парень. — Нам плевать, что с вами будет дальше, если технология будет в наших руках.
Он врал, очень серьёзно врал, видимо, считая меня совсем идиотом.
А кем ещё мог быть работяга с завода с памятью головорезов?
Жадным идиотом.
Сумма названа не просто так, они ведь могут и десять миллиардов предложить. Нет, это тоже психологический приём — я должен поверить. Я же дурачок, ничего не понимаю, и должен поверить, что стою сто миллионов. Это приземлённая цифра, она должна меня расслабить.
Но прекрасно понимаю — если я отдам эту технологию ещё кому-то — они потеряют монополию. А ведь это не просто монополия — это монополия на бессмертие. У меня наконец-то начала выстраиваться хоть какая-то картина в голове. Даже проект «Синтетика» обретал смысл помимо того, о котором говорила Вика. Оставался только вопрос: как они потеряли все наработки. Не мог же Клаус работать один и всё держать в голове?
«Май, я потом поняла всё, что у него ничего не вышло, решила проследить за тобой, посмотреть, — она продолжала шептать мне на ухо. — Я подумала — почему нет, мы бы смогли уйти вместе, ты, я, твоя дочь, мы бы смогли где-то жить нормально, ты сильный, я бы открыла новый клуб, научили бы Лизу, жили вместе…»
— … какую агломерацию выберете? — спросил незнакомец.
— Крымскую, — бросил я наугад.
— О, а вы кое-что понимаете, — он подмигнул мне.
«Май, я не врала тебе, недоговаривала, молчала, но не врала, — продолжала девушка. — Не верь им, Май, не верь. Они заберут тебя, Лизу, они уничтожат вас, они не отпустят».
Девушка говорила, и одновременно транслировала мне всё происходящее вокруг здания. Она получила доступ к внутренней сети, скорее всего, у неё тут уже было множество закладок. Никто больше не мог её отключить.
Конечно — чего ещё ожидать от одной из «Тринадцати». Одной из лучших, тех, кто сломал Новиград, неприступную крепость мечтателей.
Одной из тех,
