– подсказала Доменика, приложив свое запястье. Рядом опустилась крупная ладонь Хэла.
Кажется, в храме все даже дышать перестали. Пар, проводивших полный ритуал, было ничтожно мало. Никому не хотелось связывать себя слишком сильными узами. А уж чтобы такой ритуал проводился между расами – такого еще вообще не было.
Мгновения текли, их отсчитывали тяжелые удары сердца Доменики. Ей очень хотелось составить истинную пару этому дракону. Почему нет? Ведь она наполовину искра.
«Создатель, молю!» – мысленно просила Доменика.
– Не может быть, – охнула леди Юлианна и по храму пошли шепотки.
Руки Хэла и Доменики окутало серебристое сияние, похожее на лунный свет. Через несколько ударов сердца оно погасло и Доменика повернула свою руку запястьем вверх. Под кожей медленно прорастал побег. Розовая лоза ползла вверх к локтю, разворачивая листья и бутоны, покрываясь шипами.
Хэл тоже повернул свою руку, резко дернув рукав вверх. На его смуглой коже узор не был виден так четко, но лоза разворачивалась и под его кожей. Тянулась к локтю, покрывая кожу узором, какого еще не носили драконы.
Стоило им соединить руки, как узор сложился воедино.
– Хэл! – взвизгнула Доменика, бросаясь дракону на шею и целуя в губы. – Теперь тебе придется исполнять все клятвы, – проговорила, смеясь и болтая от радости ногами.
– Тебе тоже, – Хэл сжал ее тонкую талию. И пусть его пара вампирша, зато та самая, любимая.
– Видели? – Доменика окинула собравшихся победным взглядом и подняла левую руку, демонстрируя узор. – Вот так вот!
– Ты задушишь своего дракона, – мрачно проговорил лорд Дарио. Брачные татуировки! На это он не рассчитывал! Такой брак теперь попробуй расторгни! Этот дракон имеет все права на Доменику. И пока непонятно, радоваться этому факту или печалиться.
Обескураженные родственники начали приносить поздравления. Появление этит татуировок всех повергло в шок. Это просто немыслимо! Чтобы у вампирши парой оказался дракон и Создатель принял их брак!
– Искры, – вздохнул Элиджио. – Они все меняют. Поздравляю, внученька.
Доменика мрачного настроения родственников не разделяла. Розы на их с Хэлом предплечьях говорят о том, что выбор она сделала верный. Иначе татуировки бы не появились.
Хэл едва не лопался от гордости. Он нашел ту, с кем готов прожить остаток своей жизни. Ту, что важнее для него самой жизни. А этим вампирским родственникам он еще докажет, что Доменика лучшего выбора и сделать бы не могла. И пусть скандал в драконьем царстве грядет знатный, ему все равно. Главное – сверкающие огнем глаза его жены.
Кстати, об огне. У него для Доменики есть сюрприз. Пришлось приложить усилия, но он справился.
Дождавшись, когда их закончат поздравлять, а даже он удостоился скупых пожеланий счастья, Хэл шепнул Доменике:
– Открывай портал.
И с храмовой площади они шагнули к подножию горы. Хэл тут же подхватил жену на руки и зашагал к домику. Конечно, правильно было бы утащить ее в свой замок, но это слишком далеко.
Нахалка сразу же обвила руками его шею и начала приставать.
– Доменика! – рыкнул дракон, когда она слегка царапнула его клычками по скуле, а потом провела язычком по царапинкам.
– М? – невинно отозвалась вампирша. – Что такое? – а сама уже царапала коготками кожу на его шее, вызывая мурашки и не только.
– Я тебе покажу, что такое, – проворчал Хэл. – Так покажу! Только до домика доберемся. Ну почему ты не попросила у колдуна портал сразу к порогу?
– Забыла, – пожав плечами, ответила Доменика. Поерзала в его руках, устраиваясь поудобнее. Поболтала ножками. – Ты ж мой драконище! – и звонко чмокнула его в щеку.
– Создатель, на что я согласился? – театрально вздохнул Хэл.
– На меня! – нахально заявила довольная Доменика и продолжила свои приставания.
Хэл только ценой неимоверных усилий донес ее до домика. Ну и темперамент у этой огненной колдуньи! Толкнув дверь ногой, внес жену внутрь.
– Ого себе! – выдохнула Доменика и даже прекратила свои коварства. – Хэл! Обалдеть просто!
– Нравится? – Хэл прошелся с ней на руках по домику.
– Драконище! Да ты романтик! – Доменика во все глаза разглядывала украшенное жилище. Вертелась на руках у Хэла и чуть в ладоши от радости не хлопала. – Скажи мне, ящер мой, а ты украсил все тут так почему?
– Красиво же, – просто ответил Хэл. – Правда, пару кучек пепла пришлось убрать.
– Ааа, ну да, – широко улыбнулась Доменика. – Красиво, да. И не поспоришь. То есть легенду тебе никто не рассказал?
– Какую легенду? – Доменика ощутила, как дракон напрягся. – Выкладывай.
– Да никакую, – отмахнулась вампирша. – Потом расскажу.
У нее тут брачная ночь намечается, так что рассказывать о предке, сотворившем огнецветы, она будет утром. Лучше поберечь нежную драконью психику, ему и так сегодня досталось. Наверное, еще ни одна свадьба не сопровождалась такими мрачными лицами гостей и такой безобразно радостной улыбкой невесты. Ничего, родные смирятся. Вот какие татуировочки на руках появились.
Хотя, если бы Хэл знал легенду, вряд ли украсил так весь домик. И ведь не поленился украсить его множеством огнецветов, которые сейчас горели, будто пламя. Дух захватывало от такой красоты. Цветы полыхали, словно живые языки пламени, разгоняя тени по углам. На столике, на полках в комнате, букет искрился в камине. А уж спальня... Цветов тут было очень много, вся комната утопала в огнях. И это было до того красиво, даже щемило сердце.
– Драконище мой, – Доменика припала к губам Хэла в жарком поцелуе. Сердце громко стучало о том, что выбор она сделала правильный.
Хэл в своей правоте не сомневался ни мгновения. И до сих пор не до конца отошел от шока, что Доменика стала его женой. Но вот на его предплечье рисунок, будто нанесенный чернилами, только его не стереть. Он первый дракон с такой татуировкой. А в его руках та единственная, самая желанная, не побоявшаяся трудностей и ответившая «да».
Супружеский долг Хэл выполнял долго и со вкусом. Коварная вампирша под красивое платье надела такое, что у него чуть сердце не остановилось. Да еще и, совершенно не стесняясь, соблазняла его. Несносная вредина!
Чудом, не иначе, они не спалили все вокруг. Лишь когда за окном утро вступило в свои права, они лежали, обнявшись. Хэл осторожно обводил пальцем татуировку на предплечье Доменики. Огнецветы при свете дня не казались уже такими
