Читаем без скачивания Сплошные проблемы и неприятности - Ли Чайлд

— Мы можем забраться в их компьютер. И мы знаем нужных людей. Кое-какие сведения получим.

— Что было на полу в кабинете Беренсон?

— Новый восточный ковер. В персидском стиле, но почти наверняка привезенный из Пакистана.

Ричер кивнул.

— В кабинете Суона тоже. Очевидно, они использовали такие ковры для всего здания.

Нигли набрала номер в Чикаго, чтобы оставить голосовое сообщение для своего помощника, а Ричер отложил досье Паркера в сторону и стал просматривать фотографии четырех оставшихся сотрудников отдела безопасности. Затем он закрыл эти четыре папки и сложил их в аккуратную стопку поверх досье Паркера, объединив их в одну категорию.

— Ночью я видел этих пятерых, — сказал он.

— Как они себя вели? — спросил О'Доннел.

— Паршиво. Медленно и довольно глупо.

— А где оставшиеся двое?

— Вероятно, в Хайленд-Парке. Именно там решаются все вопросы.

О'Доннел подтолкнул пять папок к Ричеру и спросил:

— Как эти неповоротливые болваны сумели справиться с четырьмя нашими людьми?

— Не знаю, — ответил Ричер.

Глава 65

Наконец Ричер открыл досье Тони Суона — он знал, что этот момент неизбежно наступит, но не продвинулся дальше фотографии, также сделанной «Полароидом». Она была годичной давности и не слишком хорошего качества, но намного четче, чем снимок, полученный Кёртисом Мани с камеры видеонаблюдения. Десять лет назад, когда Суон служил в армии, волосы у него были длиннее, чем теперь. В те годы безумная мода на бритые головы еще не успела распространиться на офицеров. Суон носил аккуратную стрижку с пробором. Вероятно, с годами волосы поредели, и он начал стричь их совсем коротко — длиной в полдюйма, в стиле Цезаря. В армии у него были каштановые волосы. Сейчас они поседели. Под глазами появились мешки, челюсти заметно округлились. Шея стала шире. Интересно, где шьют рубашки с воротниками такого размера, точно автомобильная шина?

— Что дальше? — спросила Диксон в наступившей тишине.

Ричер знал, что это не традиционный вопрос. Карла пыталась помешать ему читать дальше. Пыталась смягчить удар. Он закрыл папку и бросил ее на кровать в стороне от остальных, так что она составила отдельную категорию. Суон не заслужил такого, чтобы его объединяли с его недавними коллегами, даже на бумаге.

— Кто все знал и кто летал на вертолете, — сказал Ричер. — Вот что мы хотим знать. Все остальные могут прожить немного дольше.

— Когда мы узнаем?

— Сегодня, но позже. Вы с Дейвом отправитесь на разведку в Хайленд-Парк. Мы с Нигли вернемся в Восточный Лос-Анджелес. Через час. Поэтому постарайтесь немного поспать.

Ричер и Нигли вышли из мотеля в пять утра. Они ехали на разных «хондах», одной рукой крутили руль, а в другой держали телефоны и вели разговор, как обычные жители пригорода, отправляющиеся на работу. Ричер предположил, что, как только поступил сигнал тревоги, Ламейсон и Леннокс поехали в Хайленд-Парк.

Обычная схема при возникновении внештатной ситуации, ведь Хайленд-Парк являлся ключевым звеном. Нападение в Восточном Лос-Анджелесе могло быть отвлекающим маневром. Однако несколько спокойных часов развеяли их опасения, и на рассвете они отправятся на место настоящего преступления. Далее они объявят, что стеклянный куб нельзя использовать для обычной работы, и все служащие получат выходной. За исключением глав отделов, которые будут заниматься описью исчезнувших предметов и составлять список повреждений.

Нигли согласилась с анализом Ричера. И ухватила суть следующей части его плана, не задавая вопросов, — именно по этой причине она так нравилась Ричеру.

Они припарковались на расстоянии ста ярдов друг от друга, на различных улицах, оставив машины у тротуара. Солнце уже вышло из-за горизонта, и заметно посветлело. Ричер находился в пятидесяти ярдах от здания «Новой эры» и видел, как его машина отражается в зеркальных стеклах, крошечная, далекая и анонимная, одна из сотен стоящих неподалеку. У входа в здание появилась грузовая платформа для перевозки автомобилей. Стальной кабель уходил в темноту. Паркер так и не снял свой плащ. Он руководил операцией. Вместе с ним находился один из рядовых оперативников. Ричер решил, что остальных троих отправили в Хайленд-Парк, чтобы сменить Ламейсона и Леннокса.

Кабель натянулся, заработала лебедка. Синий «крайслер» начал медленно выползать из вестибюля задним бампером вперед. У Ричера обратный процесс занял гораздо меньше времени. На корпусе виднелись царапины, передний бампер был поврежден. По ветровому стеклу расползлись трещины, а в одном месте образовалась вмятина. Но в целом машина почти не пострадала. Она была так же уязвима, как молоток. Наконец она замерла на платформе, водитель закрепил колеса и увез ее куда-то. Как только место освободилось, его тут же занял другой «крайслер», близнец пострадавшего. Синий «300C», быстрый и уверенный в себе. Из него выбрался Аллен Ламейсон, чтобы осмотреть поврежденные ворота.

Ричер сразу же узнал этого человека по фотографии и теперь смог оценить его рост и вес. Шесть футов и двести сорок фунтов. Массивные плечи, узкие бедра, стройные ноги. Он выглядел быстрым и ловким. На нем был серый костюм, белая рубашка и красный галстук. Одной рукой он придерживал галстук у груди, хотя погода не была ветреной. Ламейсон бросил быстрый взгляд на ворота, сел в машину и подъехал к зданию. Когда он вышел возле разбитых дверей, к нему подскочил Паркер в своем неизменном плаще, и они о чем-то заговорили.

Чтобы убедиться наверняка, Ричер вытащил из кармана телефон, добытый в Вегасе, и нажал на кнопку повтора звонка. Стоявший в пятидесяти ярдах от него Ламейсон тут же потянулся к карману и через мгновение уже смотрел на дисплей. Все его тело напряглось.

«Вот ты и попался», — подумал Ричер.

Он не рассчитывал, что Ламейсон ответит, однако тот открыл телефон и поднес его к уху.

— Что?

— Как проходит твой день? — спросил Ричер.

— Он только что начался, — ответил Ламейсон.

— А как прошла ночь?

— Я тебя убью.

— Многие до тебя пытались это сделать, — заметил Ричер. — Но я все еще здесь. А их уже нет.

— Где ты?

— Мы уехали из города, так безопаснее. Но мы вернемся. Может быть, на следующей неделе, может быть, через месяц или через год. Так что привыкай оглядываться. Теперь ты будешь делать это постоянно.

— Я тебя не боюсь.

— Значит, ты глупец, — сказал Ричер и отключил телефон.

Ламейсон посмотрел на свой мобильник, а потом набрал номер. Однако он не стал перезванивать. Ричер ждал, но его телефон молчал, а Ламейсон начал разговаривать с кем-то другим.

Десять минут спустя в «крайслере» приехал Леннокс. Черный костюм, короткая стрижка, грузная фигура, мясистое красное лицо. Еще один третий номер, заместитель Суона, коллега Паркера. Он вышел из машины и скрылся внутри здания. Через пятьдесят минут прикатила Маргарет Беренсон. Дракониха. Человеческие ресурсы. Семь часов утра. Она прибыла на серебристой «тойоте» средних размеров, не останавливаясь, проехала в разбитые ворота и припарковалась возле самого входа в здание. Потом она быстро прошла внутрь. Вскоре появился Ламейсон и поставил оставшегося рядового караулить ворота. Паркер устроил вторую линию обороны у разбитых дверей. Он так и не снял плащ.

Через некоторое время появились еще два менеджера. Ричер предположил, что они отвечают за финансы и строительство. Часовой жестом показал, что они могут входить, а Паркер встретил их у двери. Еще позже прибыл какой-то управляющий высшего ранга, пожилой человек на «ягуаре», его с поклоном встретили у ворот и в дверях. Однако он так и не вылез из «ягуара», ограничившись разговором с Паркером через открытое окно. Затем он уехал. Очевидно, он избегал прямых контактов с подчиненными.

Потом события перестали происходить, и в течение двух часов было спокойно.

Где-то в середине этого периода им позвонила Диксон из Хайленд-Парка. Они с О'Доннелом находились там с шести часов утра и видели, как прибыла троица охранников. Ламейсон и Леннокс почти сразу же уехали. Потом стали подъезжать рабочие. Для полноты картины Диксон сказала, что они оставляли свои автомобили в радиусе двух кварталов от фабрики.

— Тут все на полном серьезе. Целый комплекс зданий, высокий забор, превосходная система безопасности. А внутри ангар для вертолета. Там и сейчас стоит вертолет. Белый «Белл-двести двадцать два».

В полдесятого утра дракониха ушла. Она ловко лавировала между осколками стекла, на мгновение задержалась у выхода, а потом решительно направилась к своей «тойоте». В этот момент зазвонил сотовый телефон Ричера, предназначенный для связи с его командой. Это была Нигли.

— Работаем вместе? — спросила она.