играем, – моя гитара и ему непременно надо у меня ее отнять. Не знала, что такое возможно, но Том с легкостью подсек Гоблина, схватив за передние лапы, перевернул его на лопатки. Очевидно, он умеет обращаться с собаками. Мне даже не пришлось убегать и прятать инструмент. Немного полежав так зажатым, пес успокоился.
– Зачет! – оценила я. – У вас дома собака есть?
– Ага, жуткий австралийский шестикилограммовый терьер, – усмехнулась Хлоя. – С ним даже Тому, пару лет проработавшему волонтером в приюте для бездомных собак, не справиться без колбаски.
– Он ухаживал за бездомными псами?
– Угу.
– Это… круто! – поразилась я разносторонности Тома.
– Ну-у, круче, чем вся та фигня, какой он страдает, – согласилась Хлоя.
– Так что, ты нам сыграешь? – напомнил о себе Том.
– Имей в виду – он преследует свою цель, – подмигнула мне Хлоя. – Наверняка рассчитывает свое соло воткнуть в твою звездную минутку и лавры забрать, вот увидишь!
– Даже так? – я посмотрела на улыбающегося Тома.
– Но ты сильно не переживай: поет он весьма посредственно, так, под гитарку сойдет, – хихикнула Хлоя.
– Я уже не знаю, чему верить! Давайте лучше возьмем и проверим! – загорелась этой идеей и я.
Нам пришлось поспорить с выбором. Точнее сказать, мне вообще его не давали. Песню, которую хотел спеть Том, я не знала. А он настаивал на том, чтобы я просто посмотрела табы и аккомпанировала ему. Спустя бесчисленное количество времени, убитого на спор, я сдалась и нашла ноты заветной песни Тома.
– Да ты издеваешься! Это будет явно не мой звездный час! – возмутилась я простоте требуемой от меня мелодии.
– А я о чем тебя предупреждала, – напомнила Хлоя.
– Не час! – успокоил Том, продолжая настаивать. – Пять минут! Это займет у тебя пять минут. А потом мы будем слушать все, что хочешь исполнить ты.
– Уф-ф… Черт с тобой! – уступила я, и не догадываясь о смысловой нагрузке, которую несет выбранное им произведение.
Если в двух словах, послание длинной песни звучало следующим образом. Она разбудила чувства в нем после ночи танцев напролет. Потом они напились, и он держал ее волосы, пока ее тошнило. Дальше пересказ их счастливой жизни, полной улыбок и завтраков в постель, и повторяющаяся просьба не оставлять его, даже когда они состарятся и их не станет. Неплохая, я бы даже сказала – красивая баллада о чистой любви, которую Том доносил так, будто он ее написал и мне посвящает. Вкладывая смысл в каждое слово, он ловил мой взгляд и давал понять, что это не просто песня. Судя по тому, как заерзала Хлоя, она уловила то же, что и я. И вероятно, почувствовала себя лишней у этого «костра».
– Ну-у… Что ж… Хлоя в очередной раз занизила твои способности, – я нарочно сосредоточилась на певческих навыках Тома, будто ничего не заметила и не поняла, только чтобы не реагировать на его «признание». – Вполне сносно спел. Очень даже… – Отчего-то я вдруг смутилась и, краснея, опустила глаза.
– Твоя очередь поразить нас, – лукаво предложил он. – Есть что-нибудь свое?
– Вообще-то есть кое-что… – Я интригующе посмотрела на O’Дойлов по очереди и заиграла.
После финального аккорда, выслушав положительную критику, я поблагодарила их и предложила перебираться в дом, так как на улице похолодало.
Мы последовали традиции Вэла и ребят, потратив десять минут на уборку, и стали соображать, чем займемся еще. Хлоя настаивала на просмотре какого-нибудь фильма. А мое сообщение о безразличии к кинематографу повергло в разной степени шоковое состояние их обоих.
– Ты только представь, она не таращится в сериалы целыми днями! Да ты же – мечта! – непонятно чему так радовался Том.
– Хочешь сказать, что вообще ничего не видела? Не знаешь Вито Корлеоне, Джека Воробья, Джеймса Бонда, Дракулу, Ганнибала Лектера, черт побери?!!
– Не то чтобы не слышала о них совсем… Я ж не в бункере живу! Большинство названных тобой персонажей знакомы мне…
– Знакомы?! – не могла поверить Хлоя.
– Да что ты орешь! «Дракулу» я даже начинала читать, – защищалась я. – Не зашел. Ну а Джека Бонда, его вообще невозможно не знать же…
– Да ты издеваешься! Джек Бонд!!! Чем ты там занималась вообще всю свою жизнь? Ты и к телефону как луддит относишься.
– Не к телефону! – я подняла указательный палец вверх. – Только к перепискам и лентам – убийцам времени!
Я действительно уверена в массовой деградации на этом фоне.
– Брэм Стокер тебя не зацепил? Почему?
– Я не говорила о Стокере…
– Он, кстати, ирландец, – вставил Том.
– Я имела в виду сюжет конкретно упомянутого романа.
– Но почему? Что не так с ним? – докопалась Хлоя.
– Почему герои, замечая странные вещи вокруг, так долго их отрицают? В том числе врач! Наблюдает пациентов, с которыми творятся доселе неведомые науке изменения, – и не в состоянии сделать логичный вывод! – я попыталась донести свою точку зрения. – Скорее всего, это не мой формат просто! – сдалась я, не найдя поддержки у подруги.
– Я поняла, в чем твоя проблема!
– Да знаю я, о чем ты хочешь сказать: если бы они так долго не тупили или туда б не повернули, не зашли, как идиоты, в подвал – не родился бы ни один сюжет…
– Нет! Я говорю тебе – я знаю, в чем твоя проблема!
– Да нет у меня никаких проблем!
– Говорю тебе – я знаю! А ты – нет! – Хлоя начинала меня раздражать своей заносчивостью. – Ты ждала от героев логичных умозаключений. Но не задумывалась ли ты, что объяснение – за пределами логики?
– За пределами логики… – Я замолчала. – «Рамки не позволят»…
Слова Хлои вдруг напомнили мне речь Феликса. И, будто по щелчку, в моей цепочке понимания сомкнулись ранее недосягаемые звенья, приближая меня к заветному знанию, стремиться к которому я зареклась. Но разве я нарочно нарушила данное Феликсу обещание не искать объяснения его мотивов и поведения? Так сложилось!
– Что? – не поняла Хлоя.
– А вообще, почему бы и нет?! Давайте что-нибудь посмотрим! – выкрутилась я. – Может, ужастик? Про каких-нибудь зомби-трупаков?
– Да что-то как-то… – скривилась Хлоя.
– А не все равно, что смотреть, Хло? – встал на мою сторону Том. – Главное – с кем! Верно?
– Ой, да ты просто знаешь, что от ужастиков девчонки ссутся! А «защиту» и утешение принимают от любого придурка, кто окажется рядом. На это и рассчитываешь! – разоблачила Хлоя брата.
– Ах-ха-ха!!! Какая проницательная! – от души посмеялся Том. – Предлагаю устроиться на диване с пледами и подушками, чтобы было под чем спрятаться, – продолжая забавляться, он подмигнул мне. – Что? От страха, разумеется! А ты о чем подумала?
– Да иди ты уже, – я толкнула его в
