БАРЫНЯ. Ваше величество, дозвольте слово сказать...
ЦАРЬ (строго). Что вам угодно?
БАРЫНЯ (со вздохом). Дудочка наша тоже, как видно, испортилась, ваше величество. Она прекрасно играла...
ГОЛОС (в отдалении). Играла!..
БАРЫНЯ. Ну, вот!.. Вы слышали, ваше величество? Значит, я правду говорю.
ЦАРЬ. А кто это сказал? Чей это голос?
БАРЫНЯ (озадаченная). Чей голос?.. Сама не знаю.
ДОЧКА (тихо). Это эхо... У нас тут эхо завелось...
БАРЫНЯ. Что?.. Ваше величество, представьте себе, Это, оказывается, эхо.
ЦАРЬ. Ну, если и вправду эхо, то оно, конечно, во всем согласится с вами!
ЦАРИЦА. Но какой у него приятный, звонкий голосок! (Барыне). Так вы говорите, что ваша дудочка прекрасно играла? А кто играл на ней?
БАРЫНЯ. Не помню точно. Какой-то музыкант.
ГОЛОС. Музыкант!
ЦАРИЦА. Опять эхо!.. А где ж он сейчас, этот музыкант?
БАРЫНЯ. Право, не знаю.
ГОЛОС. Нет, знаете!
ЦАРЬ. Слышали? На этот раз ваше эхо, кажется, не согласно с вами!..
БАРЫНЯ. Ах, у нас в доме никто со мной не согласен, ваше величество! Я к этому давно привыкла. Эхо и то спорит со мной...
ЦАРЬ. Ну, уж если ваше эхо не только чужие слова повторяет, а и спорить умеет, так не скажет ли оно нам, где же этот музыкант?
ГОЛОС. Музыкант?
ЦАРЬ. Да, музыкант.
ГОЛОС (из другого конца комнаты). В тюрьме!
ЦАРЬ. А не знаешь ли, эхо, за что он туда попал? Верно, украл что-нибудь?
ГОЛОС (внятно и звонко). Нет, у него украли!
ЦАРЬ. Ого!.. Да ваше эхо прямо-таки можно вызывать в суд свидетелем... Что же у него украли?
ГОЛОС. Дудку
БАРЫНЯ. Ваше величество! Да какой же свидетель - эхо? Мало ли что оно сболтнуть может!
БАРИН. Оно ведь не отвечает за свои слова!
ЦАРЬ. Так же, как и вы!.. Однако в чем тут дело? Мы уже не в первый раз слышим об этом загадочном музыканте. А теперь о нем даже эхо заговорило. Любопытно бы взглянуть на него...
ЦАРИЦА. Ваше величество! А не прикажете ли вы его сюда привести?
ЦАРЬ. Сюда?!
ЦАРИЦА. Ну хоть на несколько минут, ваше величество! Мы посмотрим, что это за человек, о котором даже за границей, в тридевятом царстве, знают, а кстати, он нам и на волшебной дудочке поиграет... Может быть, у него она будет звучать приятнее.
ЦАРЬ. А что ж, пожалуй... Послушайте, генерал!
ГЕНЕРАЛ. Что прикажете, ваше величество?
ЦАРЬ. Поезжайте и привезите сюда этого музыканта. Да поскорее. Можете взять мою карету, она вас мигом домчит.
ГЕНЕРАЛ (звякнув шпорами). Слушаю-с, ваше величество! (Уходит.)
ЦАРЬ. А что ж это эхо замолчало?
ЦАРИЦА. Да, его что-то не слышно больше...
ДОЧКА. Ау!
ГОЛОС (с другой стороны зала, но ближе, чем прежде). Ау!
ЦАРИЦА. Сейчас оно, кажется, где-то совсем близко... Где ты, эхо?
ГОЛОС (снова издалека). Где ты... эхо?
ЦАРЬ. А не покажешься ли ты нам, любезное эхо, если уж ты в дом забралось? Много раз я тебя слышал в горах, когда на охоту ездил. Ты даже на собачий лай и на выстрелы там откликалось... А видеть тебя мне до сих пор не приходилось... Ну, покажись! (Молчание.) Молчит... (Царице.) Попросите вы его, ваше величество. Вам оно как будто скорей откликается.
ЦАРИЦА. Милое эхо, пожалуйста, покажись! Ау!
ГОЛОС (снова издали). Ау!
ЦАРИЦА. Ну что ж, покажешься?
ГОЛОС. Покажусь... если его на волю отпустите и меня не обидите,
ЦАРЬ. Ишь как разговорилось!.. Ну, так и быть, обещаю, что тебя никто не обидит, а его нам допросить сначала надо, коли он в тюрьму попал...
ЦАРИЦА. Ты слышишь, эхо?..
Молчание.
ЦАРЬ. Вот теперь и вам не отвечает... Экое оно упрямое!
ПЕРЕВОДЧИК. Ваше величество, господин посол просит сказать, что из всех чудес эхо - самое чудесное. А уж если оно еще и покажется, то это чудо прославит ваше величество на весь мир.
ЦАРИЦА. Ваше величество, я очень прошу вас, обещайте исполнить все, что оно просит... Это так интересно - увидеть эхо!.. Как в сказке!
ЦАРЬ. Ладно, обещаю...
ЦАРИЦА. Ты слышишь, эхо? Ау!..
ГОЛОС. Ау!..
Доносится конский топот, шуршание колес. Входит Генерал, за ним Музыкант в сопровождении Солдата с ружьем.
ГЕНЕРАЛ (звякнув шпорами). Дозвольте доложить. Приказание вашего величества исполнено. Арестованного доставил.
ЦАРЬ. Хорошо. Пусть подойдет.
Музыкант сначала растерянно озирается по сторонам, с удивлением смотрит на Царя, Царицу, министров, пристально вглядывается в Посла и Переводчика, кланяется всем. Последним замечает Барина и Барыню. Тут только он соображает, куда его привезли.
МУЗЫКАНТ (Барину). Здравствуйте, ваша милость. Вот уж не думал, не гадал к вам в гости попасть... Эх, да и дудка-самогудка моя тоже, кажись, здесь гостит!..
ЦАРЬ. Побеседуйте с ним, господин канцлер, разузнайте, в чем тут дело. Да покороче: нам домой, во дворец, пора.
КАНЦЛЕР. Слушаю-с, ваше величество. (Музыканту.) Так ты говоришь, это твоя дудка, парень?
МУЗЫКАНТ. Была моя, а теперь не знаю, чья.
КАНЦЛЕР. Где ты ее взял?
МУЗЫКАНТ. Я не брал, мне дали.
КАНЦЛЕР. А кто дал?
МУЗЫКАНТ. Старичок один...
КАНЦЛЕР. А что за старичок? Как его зовут?
МУЗЫКАНТ. Не знаю. Не спрашивал.
КАНЦЛЕР. Ну, а где он сейчас?
МУЗЫКАНТ. Кто его знает!
ЦАРЬ. Ты что-то путаешь, малый!
БАРЫНЯ. Путает, ваше величество, путает! Дудка наша. Он ее украл...
ЦАРЬ. Да ведь дудка-то у вас!..
БАРЫНЯ. Мы ее, ваше величество, через полицию обратно получили, а он за кражу в тюрьму попал.
ЦАРЬ (Канцлеру). Допросите-ка, пожалуйста, и этих господ. Только покороче!
Барыня обижена. Барин глубоко вздыхает.
КАНЦЛЕР. Слушаю-с, ваше величество! (Любезно Барыне и Барину). Не угодно ли ответить, где вы изволили приобрести эту дудочку?
БАРИН. В лавке, ваше превосходительство, у старика одного... Так же, как и все остальные волшебные вещи.
КАНЦЛЕР. Так-с. А не будете ли вы любезны сказать, где эта лавка, где старик?
БАРЫНЯ. Этого никто не знает, ваше превосходительство!.. (Понизив голос, таинственно.) Ведь он волшебник, колдун...
ЦАРЬ. Вот так загадка!.. Кто же у кого дудку украл? Как вы полагаете, господин канцлер?
КАНЦЛЕР. Я, ваше величество, рассуждаю так: бедные у богатых нередко воруют, а богатым у бедных красть незачем да и нечего. Когда я вижу в руках у нищего дорогую вещь, я думаю, что она краденая...
ЦАРЬ. Так-то оно так... Да ведь парня-то этого мы отпустить обещали.
ГОЛОС. Обещали!..
Услышав голос, Музыкант вздрагивает, оглядывается. Лицо его светлеет.
КАНЦЛЕР. Простите, ваше величество, вы, конечно, изволили обещать... Но кому? Ведь эхо - это звук пустой. Оно потому и не показывается, что его нет. Голос - и все. Так сказать, одна только акустика...
ПОСОЛ (встает и говорит хрипло). Астан алитон малем чер-чер... Алиман букбак фью-фъю люлин.
ЦАРЬ. Что это по-нашему?
ПЕРЕВОДЧИК. Господин посол изволил сказать, что мудрецы в старину умели узнавать, кому принадлежит волшебная вещь...
ЦАРЬ. Как же они узнавали?
ПЕРЕВОДЧИК. Очень просто, ваше величество. Кого эта вещь слушается, тот ей и хозяин. Так вот господин посол и спрашивает, не прикажет ли ваше величество нашему почтенному хозяину и музыканту по очереди сыграть на волшебной дудке?
ЦАРЬ. Что ж, пожалуй, посол дело говорит. (Барину.) А ну-ка, сударь, попробуйте сыграть нам что-нибудь!
БАРИН. Слушаю-с, ваше величество! (Берет у Старого лакея дудку и подносит ко рту.)
МИНИСТР ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ. Да вы ее не тем концом в рот берете!
ЦАРЬ. Ну, ежели так, дайте-ка самогудку этому парню.
БАРИН. Слушаю-с! (Старому лакею.) Дай ему самогудку.
СТАРЫЙ ЛАКЕЙ (подает дудку Музыканту). На, бери, парень.
МУЗЫКАНТ. Давай, давай. Мне не в первый раз играть на ней!
Дудка-самогудка играет что-то печальное. Время от времени Музыкант и сам поет. Ему чуть слышно вторит женский голос.
Что, кукушечка, ты утром не кукуешь?Что ты, милая, все плачешь да тоскуешь?
ЦАРИЦА (негромко). Слышите, как будто женский голос поет вместе с ним... Неужели эхо?...
Музыкант
(играет и поет)
Как не плакать, не тужить мне, одинокой?Друга милого угнали в край далекий.Разлучили нас не каменные горы,А тюремные железные затворы...
Все слушают, понурив головы. Царица подносит к глазам платок. Хозяйская Дочка все громче и громче вздыхает и всхлипывает. Царь и тот опустил голову на ладонь.
Написала бы милому письмо я,Да писать я, мой милый, не умею,Да писать я, мой милый, не умею,Писаречка да не имею!..
Хозяйская Дочка громко плачет. Царь хмурится.
Поклонюсь-ка я пониже писаречку:"Напиши-ка ты любезному хоть строчку".Отыщу ключи я, мой любезный,Отомкну я твой замок железный...Ярче солнце после бури да ненастья.После горя краше будет счастье!
Царица и хозяйская Дочка рыдают. Старый лакей тихо плачет. Министр иностранных дел утирает глаза шелковым платочком. Все остальные сидят, пригорюнившись. Только Барыня и Барин отвернулись, будто не слушают.
