Читаем без скачивания Когда я стала ведьмой (СИ) - Михаль Татьяна

Все помещение заставлено фиолетовыми и черными свечами в деревянных маленьких подсвечниках.

Вообще, выглядело помещение жутковато.

Дай то Бог, все у нас получится, проведу здесь потом основательную энергетическую чистку и Дом об этом попрошу.

У остальных ведьм наконец-то получилось передавать одновременно силу Ангелине, не отвлекаясь ни на что и не разрывая контакта друг с другом. Молодцы девочки.

У меня все составляющие для зелья были готовы. Зельем только сваренным, еще свежим и горячим необходимо было исписать поверхность зеркала глифами, и нанести литеры и глифы на себя, на свое тело и тело ведьм, так как они непосредственно будут участвовать в ритуале. Шантар будет на подстраховке, но за чертой основного круга, на случай, если Дорофея вырвется из охранного круга Ангелины.

Мы за эти два дня проработали досконально план по поимке души ведьмы, рассмотрели, при этом, самые невероятные ситуации и повороты в обряде. Даже вариант, если у неё вдруг, получается, выбраться из круга.

Вызывать ведьму в наш мир буду я и Ангелина. Есть вероятность, что на её зов она не откликнется, а на мой должна. Просто обязана.

К положенному сроку вернулась делегация варгов, в том числе и Мурена, из мира гномов. С ними пришли трое гномов. Долго расшаркиваться не стали. Шантар оперативно, выяснив несколько моментов о прохождении переговоров, поприветствовав гномов, отправил всех, заодно и сопротивляющуюся и недовольную Мурену, в Глацерр.

— Все ушли. Приступим? — Обратилась ко всем Ангелина.

— Грэхэн, неси сюда гримуар. — Попросила я фейри.

Он дал знак своим детям и те с визгами унеслись за книгой.

Напоследок, решили выпить по чашечке чая и кофе. Любаша очень быстро накрыла для нас стол.

Тут из гостиной вылетело четверо детишек фейри, держа нечто вроде черных кружевных трусиков, в которых лежала книга, завернутая в ту же самую неприглядную тряпицу, как на носилках.

— Это же мои! — Завизжала Марина, вскакивая и бросаясь к фейри. — Грэхэн!!!

Фейри бросились врассыпную, обернутая в черные кружева книга упала в руки Марине.

— Это мои! — Крикнула она еще раз. Красная от гнева и смущения, она сорвала трусы с гримуара и сунула себе в карман джинс. — Грэхэн, чёрт вас побрал, не суйтесь ко мне в комнату!

Грэхэн взлетел со стола, держась под самым потолком.

— Пьяные ёжики! — воскликнул он, выписывая круги вокруг Марины и оставляя в воздухе ленты золотой пыльцы, — это как же твои трусы попали в мой домик?

Впорхнула жена Грэхэна, в развевающемся зеленом шелковом платье, с извиняющимися глазами.

— Простите, я накажу их, чтобы больше так не шалили. — Голосом, словно колокольчик, извинилась за малышню Марьям.

Грэхэн только глаза закатил. Ведьмы хохотали, я вообще упала на сложенные руки от хохота, даже домовые и Шантар смеялись. Марина постояла красная как свекла и рассерженная как дикобраз, но всеобщее заразительное веселье охватило и её.

Напряжение, витавшее в доме последние дни, ушло.

Ритуал решили провести сегодня в полночь, в момент, когда грань между всеми мирами истончается, когда любое заклятие сильнее, когда наша магия находится на самом пике. Время с полуночи до трех часов ночи, это время для темного колдовства. Время для вызова духов.

— Ну что ж, пора начинать. — Сказала и сняла с плиты сваренное зелье.

Наносили на себя глифы и литеры ведьмы, помогая друг другу. Шантар, фейри и домовые ждали нас за дверью.

Потом я исписала, следуя инструкции в гримуаре, поверхность зеркала, Снежана зажигала мелкие свечи, которые как светлячки усеяли пол. Насчет пожара не беспокоилась, огонь был магический. Когда зелье высохло на теле, каждая из нас одела на себя, белое платье балахон, без рукавов, длиной до пят. Волосы распущены, в глазах у ведьм горят блики огней. Завораживающе, волнительно и … страшно.

Ангелина приготовила ритуальный клинок и серебряную чашу для крови.

Запустили в помещение Шантара, Грэхэна и домовых.

Ведьмы встали в вершинах пентаграммы. В руках у Марины, Гали и Снежаны были клинки. Они порезали себе правые ладони, тоже повторила и Ангелина. Она собрала общую кровь в чашу и прошептала заклинание. Теперь, когда ей понадобится дополнительная сила, ведьмы отдадут ей её.

У меня дрожали руки и ноги. Инстинкты кричали, бросить всё и бежать, бежать как можно дальше. Это тёмная магия и она противоречит моей сути, но … надо собраться и делать дело. Надавав мысленно себе пощечин, я сцепила всю свою волю в кулак. Посмотрела на Шантара. Его глаза неотрывно следили за мной. Вся поза была напряжена, хотя с виду он был спокойным и собранным, но глаза наполнены беспокойством и волнением. Грэхэн сидел на его плече и что-то шептал в ухо. Домовые прижавшись друг к дружке наблюдали за всем действом.

Ангелина внутри пентаграммы начертила своей кровью три круга, один в другом, между кругами вписала незнакомые мне символы и знаки, попутно шепча слова заклинания. Мы с ней стояли внутри пентаграммы, за чертой круга для духа. Она мазнула своей кровью мне лоб и губы. Латинские слова полились с ее губ, непонятные и грозные. Иголками заколола кожу сила, мы с ней взялись за руки.

— Теперь повторяй за мной. — Жестко сказала мне. Я только кивнула.

— Властью мне от рожденья данной, в мирах подтверждённой, во мрак погружённой вызывают ведьмы духа бывшей ведьмы Дорофеи! В круге появись и воле моей подчинись! — Повторила за ней.

— Дорофея! Я, Ведьма и Хозяйка Золотого Сечения, Елизавета, вызываю тебя! Или ты боишься меня, старая сука? — Мой голос вдруг разлился эхом по чердаку.

В воздухе появился запах тления и гниения. Кровавые круги Ангелины, для духа, ярко вспыхнули багряным светом, отчего я зажмурила на секунду глаза.

Дух ведьмы выглядела сконфуженной, но я еще недостаточно пришла в себя, чтобы полюбоваться её потрясенной рожей.

В воздухе нарисовалась нечеткая полоса черной лей-линейной энергии, и в руке Дорофеи возник тонкий обсидиановый нож.

— Ты!!! — Крикнула она. — Отдай мне моё! Верни мне дом! — На ультразвуке закричала ведьма и со всей силы врезалась в круг. Он задрожал, но выстоял.

У меня голова закружилась от адреналина. Круг дрогнул, но выстоял.

— У нас мгновения, — шепнула Ангелина. Я пропишу по кругу заклинание подчинения. Могла бы ты ее отвлечь?

Я кивнула, и Ангелина стала готовить заклинание. У меня плечи свело от напряжения, и очень захотелось, чтобы дипломатические способности у меня оказались лучше колдовских.

— Это не твой дом. Тебе давно пора про него забыть.

Голос у меня дрогнул.

Дорофея начала описывать круги, похожая на тигра в клетке, и её спутанные длинные волосы шелестели с шипением по полу, словно змеи.

— Я убью тебя, — гневно сверкнула она черными глазами. — Взгляд Дорофеи перешел к Ангелине, и я загородила ей вид.

За полсекунды я получила предупреждение, что ведьма снова ударит в круг.

Ангелина у моих ног задрожала, когда внешний круг полыхнул непроницаемой чернотой, переходя под власть Дорофеи. Она с легкой улыбкой коснулась круга — и он исчез, оставив теперь только две тонких сияющих полосы нереальности между нами и смертью в лохмотьях, с черным ножом в руке.

— Твое умение сильно выросло, Ангелииииина, — Протянула ведьма.

Ангелина не поднимала взгляда. Занавес темных волос скрывал ее действия. Я дышала часто и быстро, поворачиваясь вслед за Дорофеей.

— Я тебя помню, — сказала Дорофея, показывая пальцем в сторону Павлидии, обстукивая ногами соединение круга с полом. От каждого тычка по барьеру расползалась волна черноты. Я подавила дрожь, когда ее взгляд мимо моих голых белых ступней устремился к Ангелине. — Я убью сначала тебя, и заберу твою душу в плен. — И гадко рассмеялась, отчего у меня по спине прошел противный холодок.

— Я владею собственной душой, — заявила она, пусть и дрогнувшим голосом. — Я никому не принадлежу.

Ведьма будто пожала плечами, играя пальцами с ножом.