себе хмыкнуть. —
— … Вы уже, естественно, знаете. Так что предлагаю перейти к делу.
— Куда-то спешишь, Павел Анатольевич? — тут же буркнул Второй, с легким раздражением грохнув опустевшей пиалой об столб.
— Во-первых, «спешите», — поправил Волконский. — Во-вторых, на дворе ночь. И я бы хотел отправиться спать. Завтра много дел, знаете ли.
Несколько секунд такие непохожие «близнецы» молча изучали клановца.
— Вы уверены, что уйдете отсюда? — негромко поинтересовался Хань, плавно поставив пиалу перед собой.
— Пф-ф-ф-ф! — откровенно фыркнул Павел.
Собеседники не повелись. Да и этот вопрос вовсе не был угрозой. Не дошла еще до этой стадии беседа. Пока собравшиеся лишь оценивали и «прокачивали» гостя, чтобы прикинуть адекватность и толстокожесть.
— Говорят, что число восемь в Китае считается счастливым, — сообщил он, намекнув на название ресторана. — Вы же не хотите поделить его на два, пролив кровь гостя.
Мужчины вновь не шелохнулись.
— Действительно, господин Волконский, — негромко ответил китаец, окончательно снимая любые сомнения по его происхождению. — Цифра четыре в нашей культуре считается несчастливым. Вопрос лишь в том, хватит ли гостю мудрости и сил для подобных расчетов?
— И хватит ли хозяевам вежливости предложить гостю чаю, — тут же откликнулся клановец.
Его, правда, проигнорировали.
Мужчины не шелохнулись. Даже Второй, изначально производивший совершенно иное впечатление, застыл подобно Алтыну. Чаю, кстати, не предложили.
Павел же совсем уж нагло развалился на стуле, запустив руки в карманы. И вовсе не для того, чтобы продемонстрировать собеседникам свое неуважение. Просто в левом кармане имелось небольшое такое устройство, способное на один-единственный короткий сигнал. Зато мощный. Подобная техника даже из подземного бункера пробьется.
Правда, и длинное сообщение не передашь. Лишь несколько слов. Однако на передачу сообщения «План-два» его вполне хватило.
Несколько секунд стояла тишина.
— Спереди боишься волка, а сзади — тигра, — негромко прокомментировал Хань.
«Ага, сигнал отследили», — оценил парень. Но очень вряд ли смогли перехватить.
— Надвигается ливень в горах, и весь терем продувается ветром, — негромко ответил клановец аналогом поговорки «тучи сгущаются».
Уроки дипломатии у Волконских были обязательны для всех. Да, молодой человек не знал ханьского. Но кое-что заполнилось. Тем более, память у Павла была очень даже тренированная. Сколько деталей ему приходилось «держать» одновременно при создании многокомпонентных иллюзий — страшно подумать.
— Не забравшись в логово тигра, не поймаешь тигренка, — тут же откликнулся мужчина невозмутимо.
«Волков бояться — в лес не ходить», — тут же перевел про себя Волконский на более понятный аналог речь Ханя.
— Но ведь я пришел, — негромко констатировал Павел, прекращая «витийствовать». — Да, подстраховался. Но стали бы вы говорить с человеком, который настолько глуп и доверчив, чтобы отринуть заботу о собственной безопасности?
— Ты пришел один, — разнесся по залу тяжелый и какой-то бархатистый тенор Алтына. — В радиусе нескольких кварталов не замечено никакого присутствия хоть сколько-нибудь значимых сил.
Клановец, не слишком торопясь, сделал пару разминочных движений шеей.
— Да, — согласился он наконец без особой тревоги в голосе. — Но это не значит, что я совсем ничего не предпринял.
Более того, по прикидкам Павла кое-кто уже должен был начать действовать.
— Допустим, — чуть раздраженно выдал Второй. — Мы здесь не для того, чтобы кому-то угрожать. Ты знаешь, чего мы хотим.
Это было утверждение. Не вопрос.
— Полагаю, чтобы я учел ваш интерес при смене уклада в «Мертвом узле», — максимально мягко сформулировал молодой человек.
«От нечего делать» он взял салфетку и достал из внутреннего кармана ручку, принявшись рисовать на ней какие-то завитушки. И нет, это не было бесцельным хамством. Очень уж Волконскому интересно было, как именно отреагирует охрана. Да и «качнуть» собеседников тоже не помешает!
Увы, на его «фокусы» внимания не обратили. И Павел отчего-то был уверен, что вовсе не по причине хреновой подготовки. Троица перед ним явно считала, что гость не представляет для них угрозы в принципе. И парень бы не стал ставить на то, что причиной подобному суждению глупость послужила.
— Господин Волконский, готовы ли вы учесть сложившийся порядок вещей?
— В той степени, что не противоречит интересам императора, — спокойно откликнулся молодой человек.
Мужчины вновь замерли. Лишь Хань плавно и привычно поднял собственноручно наполненную пиалу и опустошил ее короткими шумными глотками.
— Мы надеялись увидеть в вас друга, — негромко произнес он.
Ручка замерла в руках парня. Молодой человек даже позволил себе поднять удивленный взгляд, после чего неспешно опустил взор и начертил несколько известных ему иероглифов — одно из тех крылатых выражений, что запомнилось с уроков дипломатии.
— Господин Хань, — коротко выдохнул Волконский, подвигая салфетку к центру стола. — Культура Китая прекрасна и обильна. Жизни не хватит, чтобы ознакомиться хотя бы с частью ее. Развейте мои сомнения, правильно ли я запомнил последовательность?
За «пеленой» лица собеседника не было видно. Однако он явно покосился на «записку».
— Очень жаль, — сообщил ханец ровно, прочитав «广交友，无深交» (друг для всех — друг никому).
С этими словами Хань аккуратно хлопнул в ладоши.
— Вот так гостеприимство, — негромко оценил Павел, наблюдая за тем, как помещение заполняется крепкими молодыми людьми в черных костюмах с оружием в руках.
* * *
Движение получилось плавным и красивым.
Волконский буквально соскользнул со стула в сторону, автоматически оставив вместо себя иллюзию. Зря, что ли, он ее плел с самого момента прихода⁈
— Павел Анатольевич, вернитесь на место, — прозвучала едва ли не скучающая команда Алтына.
Но клановец и сам уже сообразил, что стволы компактных пистолетов-пулеметов несколько необычных обводов, следуют за ним.
— Ну, попытаться стоило, — несколько нервно прокомментировал он.
Все-таки под прицелом не слишком расслабишься.
Команде молодой человек подчинился. Зачем нагнетать, если один из его козырей только что побили джокером.
— Скажите, мой юный… друг, — негромко заговорил китаец. — Что мне мешает убить вас прямо здесь и сейчас?
— А зачем? — поинтересовался Павел гораздо быстрее, чем мозг успел включиться в работу.
Возможно, именно поэтому голос его и не дрогнул. Все-таки «прикинутые» ребятишки с несколько непривычным разрезом глаз его изрядно нервировали. Хрен поймет, что у них там в голове творится!
— Почему вы считаете, что мы не убьем вас прямо здесь? — чуть переформулировал вопрос Алтын под негромкий смешок Второго.
Павел едва заметно сменил положение напряженного тела. Чтобы голос оставался спокойным, кое-какие усилия прилагать требовалось.
