Полные алые губы Каролины дрогнули в презрительной усмешке.
- За всю мою жизнь я не целовалась ни с одним мужчиной!
Кроме моего отца, братьев и... тебя! Ты и в самом деле считаешь, что это всего лишь мило - получить в дар первый поцелуй принцессы?!
Паг растерянно заморгал. Каролина смотрела на него так пристально, что он вконец смешался и, кивнув, выдохнул:
- Очень мило.
Она подбоченилась, от чего сорочка еще теснее обвила ее тело, и с минуту смотрела на него сверху вниз с выражением крайнего изумления. Когда она заговорила, в голосе ее зазвенели еле сдерживаемые слезы обиды:
- Я прибежала к тебе, позабыв обо всем на свете! Разве ты не понимаешь, что я подвергла себя ужасной опасности?! Ведь меня заточат в монастырь, если кто-нибудь об этом узнает! - Паг не мог не отметить про себя, что принцесса не соизволила даже единым словом упомянуть о куда более грозной опасности, которой из-за ее нелепого каприза подвергался он. - Все крайдийские мальчишки, - чуть не плача, продолжала Каролина, - а также взрослые мужчины, представляющие цвет аристократии нашего Королевства, из кожи вон лезут, чтобы завоевать мое расположение. А ты смеешь вести себя со мной, как с последней служанкой, с которой можно позабавиться от скуки и бросить ее, когда надоест!
Выслушивая гневную речь Каролины, Паг мало-помалу обрел былую ясность мысли и способность рассуждать здраво. Этому немало способствовало и то, что в словах принцессы, в ее позе и звуках ее голоса чувствовалась некоторая наигранность. Она явно любовалась собой - своей смелостью, своей безоглядной готовностью ради минутной прихоти рисковать собственной свободой и... его жизнью.
- Каролина, погодите! - взмолился он. - Дайте мне немного подумать... Я должен собраться с мыслями, чтобы ответить вам...
- Разве у тебя было мало времени, чтобы все обдумать?! - возмутилась принцесса. - Долгие недели... Да что там недели - месяцы...
Но Паг не дал ей договорить:
- Прошу вас, сядьте! Нам необходимо объясниться.
Поколебавшись, Каролина опустилась на постель Пага, на то самое место подле него, с которого она вскочила несколько минут назад. Чтобы придать своим словам больше теплоты и доверительности, он непринужденным, дружеским жестом положил ладони на ее маленькие ручки, и внезапно тело его напряглось, пронзенное мучительно острым ощущением ее близости. Он чувствовал тепло ее тела, вдыхал пьянящий запах ее волос и нежной кожи, и ему пришлось призвать на помощь всю свою выдержку, чтобы не поддаться искушению и вернуться к начатому разговору.
- Каролина, вы мне нравитесь, - сказал он, проглотив комок в горле. - Даже очень. Порой мне начинает казаться, что я люблю вас нисколько не меньше, чем Роланд, но зачастую в вашем присутствии я испытываю растерянность и смущение. В этом вся беда: мне трудно разобраться в собственных чувствах, понять, радует ли меня ваше... внимание или страшит...
Ясные глаза принцессы сузились. Она явно ждала от него совсем иных слов.
- Не понимаю, что ты хочешь этим сказать, - процедила она язвительно:
- Никогда еще не встречала мальчишки, которого заботили бы такие вопросы!
Паг выдавил из себя улыбку.
- Видите ли, ваше высочество, чародеи думают и чувствуют иначе, чем все остальные. И мы поневоле должны доискиваться объяснений многому из того, что кажется непосвященным людям совершенно ясным. - Каролина вскинула голову, и в глазах ее блеснул огонек интереса. Ободренный этим, Паг продолжал:
- Передо мной два пути, и я не знаю, какой из них мне избрать.
Возможно, я так и не стану настоящим чародеем, ведь учение дается мне с таким трудом, хотя мастер Кулган не жалеет для меня ни сил, ни времени. Поверьте, я вовсе не избегаю вас!
Просто мне приходится все свое время посвящать занятиям.
Видя, что слова его не находят должного отклика в душе Каролины, он решил переменить тактику.
- И выходит, что мне совершенно некогда даже помыслить об управлении землями, полученными в дар от вашего отца. Возможно, когда-нибудь я займусь этим и стану совмещать службу при дворе с заботами о своих крестьянах и арендаторах, но сперва я должен убедиться, что чародея из меня не выйдет. Понимаете, Каролина, я считаю это своим первейшим долгом по отношению не только к Кулгану, но и к самому себе. Я не смею покинуть его. - Он вздохнул и вполголоса добавил:
- Разве что мастер сам прогонит меня, отчаявшись добиться от меня толку!
Паг умолк и с тревогой вгляделся в лицо принцессы. В ее ясных глазах читался невысказанный вопрос, и он торопливо добавил:
- Чародеи ведь не пользуются почетом в нашем Королевстве!
Вот если бы я стал мастером... - Он усмехнулся, ясно давая понять, что нисколько не верит в такую возможность. - Но даже в этом случае... Каролина, разве согласились бы вы стать женой чародея, пусть даже придворного?!
Она, смеясь, помотала головой и столь же неожиданно, как и прежде, прижалась своими нежными, теплыми губами к его губам.
Лицо Пага побагровело, по всему его телу пошли мурашки. Он уже готов был заключить ее в объятия, но Каролина резко отстранилась и пробормотала:
- Бедняжка Паг! - Ее нежный, с легкой хрипотцой голос зазвучал в его ушах сладкой музыкой. - Ведь тебе это вовсе ни к чему. Я имею в виду, учиться ремеслу чародея. У тебя уже теперь есть земли и титул, а папа, когда придет срок, одарит тебя еще щедрее!
Паг помотал головой:
- Боюсь, я не сумел толково объяснить вам, что меня заботит. Понимаете, Каролина, вопрос не в том, чего я хочу или не хочу, а совсем в другом. Я обязан выполнить свой долг.
Возможно, я мало преуспел в учении потому лишь, что не был достаточно усерден, не посвятил избранному ремеслу всего себя без остатка. Вы ведь не хуже моего знаете, что Кулган не так уж и нуждался в ученике, когда взял меня к себе. Он сделал это из сострадания. Что бы ни говорили мой учитель и отец Тулли, я вовсе не уверен в своей одаренности, но чувство долга не позволяет мне бросить занятия, пока есть хоть какая-то надежда, что рано или поздно я выучусь ремеслу. - Он перевел дыхание и взглянул на принцессу с глубокой грустью. - Вот и выходит, что я не могу распоряжаться собой. Мне недосуг ни управлять своим имением, ни... встречаться с вами так часто, как мне бы этого хотелось.
Каролина закусила губу. Голова ее поникла.
- Я не хочу быть тебе обузой, Паг, - прошептала она. От жалости к ней, от мучительного желания сжать ее в объятиях у Пага помутилось в голове. Ему хотелось привлечь ее к себе, сказать ей, что все у них будет хорошо, но он понимал, что стоило ему дать волю своему порыву, и ситуация мгновенно вышла бы из-под его контроля.
Паг чувствовал, что еще мгновение, и он не в силах будет противиться обуревавшей его страсти. Он безуспешно пытался вспомнить хоть какой-либо из приемов сосредоточения, концентрации и переключения внимания, которым обучил его Кулган, но внезапно ясно увидел перед собой искаженное ненавистью лицо герцога Боуррика, а затем - виселицу и рядом с ней крайдийского палача в красном капюшоне с прорезями для глаз. Это видение мгновенно отрезвило его. Он почувствовал себя так, словно его окатили ледяной водой. Паг поежился и отер пот со лба.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
