линии гражданского и военного управления, что подразумевает, что во времена Российской империи ее должен занимать Император Всероссийский.
Но и из Николая Второго главнокомандующий тоже получается как нож из свинца или пуля из дерьма. Поэтому сам, своей рукой, вмешиваться в военные дела император не решается. Его креатура генерал Сухомлинов (ретроград, и в тоже время хороший организатор, который в должности военного министра улучшил снабжение войск всеми видами довольствия) создал в русской армии военную контрразведку и неоднократно проводил мобилизационные учения, доводя работу в этом направлении до идеала. Это благодаря ему германский генеральный штаб оказался неприятно удивлен тем, что задолго до всяких намеченных им сроков на границах Российской империи начали набухать ударные группировки. И в тоже время военный министр является противником моторов, аэропланов и автомобилей, говоря, что «нам этого не надо».
С одной стороны, Российская империя своих моторов внутреннего сгорания не производит и зависит в их поставке от заграницы, что сильно осложняет моторизацию русской императорской армии. Это большевики могли поставить себе цель и идти к ней напролом, невзирая на препятствия, а вот царские чиновники, если не увидят интерес для собственного кармана, так не могут. Большие аферы в деле поставок вооружения и боеприпасов в армию еще впереди, но моя энергооболочка уже ощущает, как напряглись отечественные гешефтмахеры, поводя носом по ветру. Дикая буржуазия, буйно проросшая на руинах разлагающегося военно-феодального режима – явление само по себе до предела отвратительное. Какие уж тут моторы – через год армия рискует остаться без винтовок, и командармы будут писать такие вот приказы: «…сформировать при каждой роте особые команды бомбометателей, тем более что безоружных по недостатку винтовок имеется достаточное число в каждой дивизии. В эти команды избирать людей смелых и энергичных, вооружить каждого десятью гранатами, удобно повешенными на поясе, и топорами произвольного образца, а также снабдить каждого лопатой, по возможности большой, и ручными ножницами для резки проволоки».
С другой стороны, такие заявления могут быть следствием глубоко компрадорской позиции этого человека, выражающейся в том, что своего производства высокотехнологических изделий России иметь не нужно, потому что все, что потребуется государству и небольшому по численности обеспеченному классу, можно приобретать за границей, продавая туда хлеб, нефть, уголь и прочее непереработанное сырье. Плавали, знаем. Сто лет прошло, а эти господа не изменились, несмотря на то, что где-то в середине пролегли семьдесят лет советской власти, когда такая позиция была крайне непопулярна. Во времена товарища Станина за подобные идейки могли и лоб зеленкой намазать, ибо сокращение поголовья идейных дураков – одна из важнейших обязанностей государства.
Последним действующим лицом в начальственном треугольнике над командующими армиями является главнокомандующий войсками Северо-Западного фронта генерал от кавалерии Жилинский. Все, что можно сказать про него: негоден к командной и штабной работе, способен составлять военно-исторические труды и докладные записки, но при этом не может правильно спланировать и руководить наступательной операцией. Не в состоянии распознать момент кризиса наступления, когда надо давать команду переходить к обороне или вовсе отводить войска на исходные позиции. Проигрыш Восточно-Прусской операции в Основном Потоке – это исключительно его «заслуга», и здесь результат наверняка будет таким же. А еще он франкофил, и изо всех сил рвется помочь своим кумирам избегнуть неприятного положения. А вот это и вовсе от лукавого.
Одним словом, главковерх требовал более тщательной подготовки, а главкомфрронта и военный министр выталкивали командующих армиями поскорее выступить в поход. Некоторое время в этом противоборстве выигрывал Великий князь Николай Николаевич, но Сухомлинов нажаловался царю: мол, союзники молят: «Скорее!», а ваш двоюродный дядя не дает. Не помогло и заступничество супруги Великого князя Николая Николаевича и дочери Черногорского короля Николы Анастасии Николаевны, сердечной подруги императрицы. Хрюкнуло-хрустнуло, в царской семье случился небольшой скандал, и император Николай одиннадцатого августа (по Юлианскому календарю было 29 июля) выдал высочайшее повеление о немедленном начале Восточно-Прусской наступательной операции, и Николай Николаевич повиновался своему племяннику.
И, несмотря на это, опять у русского командования не получилось добиться синхронности. В то время как Ренненкампф продолжал тянуть резину, дожидаясь прибытия последних эшелонов с запасными, Самсонов утром тринадцатого числа форсировал границу четырьмя корпусами. Тринадцатый армейский корпус, разгружающийся в Остроленке, пока остается во втором эшелоне, а на левом фланге, вместо первого армейского корпуса генерала Артамонова, только-только приступившего к выгрузке на станции в Млаве, находится прибывший из Брест-Литовска[19] девятнадцатый армейский корпус, и командует им мой старый знакомец по Порт-Артуру генерал-лейтенант Горбатовский. То есть ЭТОТ Горбатовский об Артанском князе Серегине не имеет ни малейшего представления, зато я готов сменять его, не глядя, на трех Самсоновых сразу. Уж этот-то генерал не отойдет без предупреждения, открывая врагу фланг сражающейся армии, а будет драться на указанном рубеже насмерть.
Красивая схема, однако, получается. Границу на южном фасе Восточно-Прусского выступа в настоящий момент прикрывают только двадцатый корпус генерала Шольца и семидесятая ландверная бригада. Остальные силы восьмой армии, включая третью резервную дивизию, прикрывают восточный фас выступа. Вопрос: рискнет Притвиц снимать войска, противостоящие первой русской армии, и гнать их на выручку Шольцу или нет? Гинденбург рискнул – и Ренненкампф полностью оправдал его ожидания. Но сейчас, когда схема операции вывернута наизнанку, и до смены командования у немцев очередь еще не дошла, непонятно, какое решение примет Притвиц и как поведет себя Ренненкампф, части которого еще не были в бою. Если армия Самсонова завяжет сражение четырнадцатого, а Ренненкамф, как и в Основном Потоке, перейдет в наступление семнадцатого, когда бои на южном фасе будут в самом разгаре, то передислокация германских соединений и в самом деле может вылиться в стремительное отступление к Висле.
Ну а чтобы немцам было интереснее перебрасывать войска по пересекающим Восточную Пруссию железным дорогам, надо будет приказать капитану Коломийцеву взять на учет все актуальные мосты на театре военных действий (и мосты через Вислу тоже), и в надлежащее время поднять их на воздух. А где из-за сильной охраны задача будет не по силам диверсантам, поработают «Каракурт» и «Шершни». Воевать – так по-военному.
Этот день у генерала Горбатовского был тяжелым. Сказать: «совершить марш на двадцать верст» – легко, а выполнить гораздо сложнее, особенно если учесть, что половина нижних чинов лишь несколько дней назад прибыла из запаса первой очереди по мобилизации и еще не успела вспомнить реалии армейской жизни и притереться к старожилам. Война в России грянула внезапно, как гром с ясного неба. Вот не было ничего – и вдруг мобилизация. И даже
