как Паша выключил телевизор. Слышала, как улегся, скрипнул диван.
Еще пол часа пролежала без сна и уже злясь на неизвестно откуда взявшуюся бессонницу поднялась и прошла в кухню, чтобы налить себе воды. Вздрогнула, когда заметила в темноте силуэт.
Пашка повернулся ко мне, в его руке блеснул стакан.
– Не спится? – спросил негромко, и я кивнула и ощутила, как тяжелеет в груди, и комом давит в горло. Внутренности свело от волнения, и я сглотнула и прошла к шкафу, чтобы достать стакан. Мысленно пожалела, что забыла надеть халат, даже о нем не вспомнив. А серо-розовая сорочка такая тонкая, что можно разглядеть черные трусики под ней.
Потянулась к верхней полке, Пашка опередил и достал стакан, подавая мне в руку. Наши пальцы соприкоснулись, и по телу прошла дрожь.
– Душно дома, надо открыть балкон… – произнесла машинально, только бы не молчать, и Суворов улыбнулся, будто читая мои мысли. Налила воды из кувшина, она оказалась теплой до невозможности. Поморщилась.
Поставила стакан на стол, повернулась, чтобы уйти, и наткнулась на голую грудь Пашки.
Он машинально опустил кисть на мою талию, но, когда я отпрянула руки не убрал. Сердце ошиблось на удар.
– Паш… – его имя сорвалось с моих губ с ноткой предостережения и паники, и чтобы вернуть себе иллюзию безопасности, я уперлась рукой в его голую грудь и подняла взгляд. – Паш…
Он тяжело дышал, его сердце под моей ладонью бесилось, а глаза… Черные глаза были такими пугающе манящими, что невозможно отвести взгляд. На это просто нет сил.
– Паш… – ощутила, как потянул на себя, хотела воспротивиться, но и на это не было сил, позволила увлечь себя в объятия и окаменела в них. Тело бесновалось, изнутри рвал шквал эмоций, но снаружи была нежная гладь, словно море в штиль.
– Тише, Журавлёва… Тише.
Его руки обжигали кожу между лопатками и на пояснице. Грудь оставляла на теле огненный след, а дыхание щекотало висок, и я не могла сделать вдох. Было страшно, что не выдержу и просто сойду с ума.
– Паш…
– Тише.
Одна его рука заскользила по голой спине вверх, коснулась шеи под россыпью волос, зарылась в пряди, пальцы легли на затылок.
Суворов рвано выдохнул, медленно повернулся и коснулся моего лба губами. Замер.
Я попыталась сглотнуть, но ком в горле помешал. Жар его тела ощущался так отчетливо, будто мы голые. Руки по-собственнически сжимали, а губы были горячими и сухими.
Мне до безумия захотелось коснуться их, и я отстранилась и подняла голову, безотчетно скользя руками к шее Пашки. Он считал все без труда, и на его лице отразилась мука, будто ему больно сейчас. Медленно, убийственно неспешно Суворов склонился и замер у самых губ, и я ощутила, как он облизал свои. А потом заговорил.
– Журавлёва, – его голос сел и пришлось прокашляться. Сейчас же иди в свою спальню и закрой дверь. Защелкни замок. И даже если я буду умолять тебя, не открывай. Не открывай, родная, сжалься над нами.
Мое дыхание перехватило, и я широко распахнула глаза.
– Иначе я за себя не ручаюсь. Ты сейчас водишь меня по тонкой грани, дразнишь собой, а я слово дал. Не играй с огнем. Он спалит нас к чертям.
А потом его руки опустились, и я выскользнула из его объятий и рванула в спальню как велел. Забежала, захлопнула дверь, прижалась к ней спиной, тяжело дыша.
В эту ночь я плохо спала.
Не уверена, спал ли Суворов, но утром легонько постучал в комнату и объявил, что уезжает. Еще не было и шести часов.
Не знаю, высохла ли его одежда. Не знаю, как он провел эту ночь, но, когда я рискнула покинуть пределы комнаты, его в квартире уже не было. Лишь тонкий аромат одеколона напоминал о мужском присутствии в моей гостиной, но и он рассеялся с наступлением утра…
Глава 34
Суворов не приезжал три дня. Утром первого дня мне позвонила Даша и сказала, что они с Марком собрались играть свадьбу. Небольшой праздник на двадцать человек в ресторане с выездной регистрацией и всеми вытекающими. И она попросила меня стать свидетельницей, хотя сейчас эти роли скорее дань традициям, но они решили провести все по правилам.
В тот же день Даша потащила меня по магазинам выбирать платье. Валя снова выручила меня и водилась с малышкой, а я оделась и отправилась с невестой за покупками. Даша перемерила десять платьев, прежде чем выбрать. Я стояла около примерочной и когда Даша задернула штору, чтобы снять выбранное платье, а я достала телефон. Пропущенных не было, и я машинально проверила соцсети и убедившись, что меня никто не потерял, вошла в банк онлайн. Платеж по ипотеке который должен был пройти вчера все еще не списался, и я, боясь, что какой-то сбой произошел, набрала горячую линию и начала ждать.
На том конце провода трубку подняла девушка-оператор, и я объяснила ей ситуацию.
– Минутку, сейчас уточню информацию… – она молчала несколько секунд, мы с Дашей перекинулись парой слов за это время, а потом девушка снова заговорила. – Платеж не списывается потому, что ваш долг погашен.
Несколько секунд мне понадобилось чтобы слова дошли до сознания, и я переспросила.
– Как он может быть погашен, если деньги не списались, а до полного гашения мне осталось около миллиона?
– Ваш долг по ипотеке закрыт, наш менеджер свяжется с вами в ближайшие дни чтобы оформить документы по передаче прав на квартиру.
Ничего не понимала, что за бред?
– Девушка, вы уверены? Может проверите еще раз? Я точно не гасила ипотеку досрочкой, у меня просто нет на это денег.
Из-за шторки выглянула хмурая Даша, и прислушалась к разговору, а оператор заверила, что совершенно уверена, моя ипотека выплачена.
– Что случилось? – Кремлёва спросила, когда я положила трубку, и я пожала плечами и опустилась на пуфик.
– Платеж по ипотеке не писался, а оператор сказала, долг погашен досрочно. Бред, скорее всего в системе ошибка. Лишь бы не поставили мне просрочку по их вине…
– А Пашка передал тебе документы? – Даша вдруг спросила, и ее лицо просветлело. – Я просила его передать тебе те образцы, помнишь?
До сознания понемногу начало доходить, и я замолчала, уставившись на сияющую Дашу.
– Он, наверно, и закрыл твою ипотеку, Ир.
– Зачем ему? – повторила задумчиво, а Даша кивнула продавцу на платье, которое выбрала и подошла ко мне, присаживаясь рядом на корточки.
– Мне кажется, мой братец решил исправиться… – она улыбнулась шире, но я не ответила на ее улыбку, поэтому она поднялась, подцепила меня за руку и потащила в отдел с вечерними платьями. – Идем, выберем платье свидетельницы…
Домой я вернулась только ближе к вечеру. Валя заверила, что все в порядке, Кариша довольна, играла пиликалками, которые подарил Пашка, а я занесла пакеты
