дух. Но долго продолжаться диверсия не могла. Командир заметил странное поведение своего отряда, и это ему не понравилось.
— А ну, всем стоять! Это ваших рук дело? — кивнул на дрыхнувших и расползающихся по ближайшим подворотням бойцов. — Вы диверсанты, засланные врагами? — все маги вновь подняли автоматы, направив дула на нас.
— Если в нас выстрелят, то нам хана, — тихо проговорил Трубецкой, явно предвидя негативный исход события.
— Нам надо сгруппировать щиты по типу лука, — предложила Кайла, — учитель скоро должен нас этому научить, — все разом обернулись на девушку, не въезжая, что она хотела сказать.
— Кайла говорит, что щиты необходимо выстроить по типу «матрешки», дабы усилить защиту всей группы, — смогла прочесть мысли Ромашка. Эта идея была гениальной.
— Тогда погнали. Первый щит ставит Драчун, он у тебя лишь на физику тела, потом Клавдия, охвати весь отряд, вдруг кто пострадает. Следующий Вожак, дай знать, когда необходимо будет свалить. Потом Шалун, ставишь волновую защиту, — выстроил первым делом физиков и целительницу, далее пошли маги ментала.
— Ворона, Фиалка, Ромашка работают, как отвлекающие маневры противника. Фантазер, Морфей усиливают воздействие по максимуму. Далее Кайла, последним прикрою я, — раздал указания ребятам, получая от них кивки о готовности. Командиру подразделения не удавалось собрать бойцов, которые снова попали под наше усиленное воздействие.
— Оставшиеся маги приготовились к бою, — отдал командир приказ обескураженным магам, — атакуем все вместе! — в нас полетела разная магия, не причиняя никакого вреда. Такой многослойный щит, которым прикрылись, пробить у магов не вышло. Командир начал выходить из себя, посчитав нас за пособников врага.
— Сменить оружие на автоматы, по моей команде… пли, — вот теперь нас в упор расстреливали. Мы зажмурились, обступив принцессу плотным кольцом, решив прикрыть своими телами. Мой щит с иным измерением на удивление обстрел выдержал, вот только жрал ману, как не в себя.
— Кайла, займись автоматами, щит долго не продержится, — сейчас счет шел на минуты. Как только мана в накопителях, заряженных ребятами, кончится, нам тут же придет хана.
— А во что их трансмутировать? — девушка растерялась.
— Во что угодно, хоть в металлические цветы, — секунды утекали, у меня катился пот градом. Вожак докладывал о возможных вероятностях завершения конфликта, выходило пятьдесят на пятьдесят. Шансы остаться в живых таяли, как утренний туман. Шалун, скинув щит, перешел в дистанционную атаку, отбросив нескольких бойцов на десяток метров, выиграв немного времени.
— Сейчас у второго и пятого мага схлопнутся щиты, они могут выйти из строя, — увидел первые уязвимости Орлов, о котором я и забыл.
— Ворона мочи второго и четвертого чем-нибудь помощнее, хватит играть в пацифистку, они с нами не церемонятся, — во мне проснулся яростный зверь, который жаждал крови. Фантазер, Ромашка и Морфей держали внешний периметр, на подступах разворачивая подбегающих бойцов на звуки выстрелов. Их отвлекать было нецелесообразно. Уже несколько солдат с непониманием рассматривали в своих руках железные болванки, смахивающие на цветы. Оружие стало для них бесполезным.
Анастасия Романова стояла в центре команды Оболенского и не верила своим глазам. Во-первых, в них по-настоящему стреляли и били магией, хотя бойцов предупредили о наличии царственной особы. Её высмеяли, а она ничего вовремя не ответила, хотя могла не допустить беспредела. Во-вторых, ребята грамотно сражались, все, кроме нее, совершенно бесполезной в этой ситуации. Хотя видела, как у бойцов от гнева с каждой минутой темнели ауры, но не успела предотвратить последствий. В-третьих, ее поразил Оболенский, который распределял роли ребят, грамотно взяв на себя командование группой. От собственного бессилия по щекам катились слезы обиды, испугавшейся быть смешной в начале назревающего конфликта. Ну и в-четвертых, была повержена бесстрашием ребят, сражающихся с имперскими магами, применявшими еще и оружие.
Ребята выдыхались, собирая крупицы маны. Накопители у большинства оказались пустыми. Но и бойцы перестали быть магами, их щиты схлопывались один за другим. Скоро победят те, у кого останутся хоть крупицы магии. Кайла справилась, автоматов ни у кого больше не было. В какой-то момент все обессилили, мой щит испарился. У остальных тоже защита исчезла. Бойцы с командиром достали ножи, решив нас брать врукопашную.
Среди нас, кто смог сражаться на равных, был я, Орлов, Вожак, Драчун и Шалун. Против нас осталось стоять пять сильных бойцов, остальные маги вышли из строя. Ситуация создалась патовая, теперь рулила только физуха, а мы все же отставали по физ. подготовке. У соперников оказались еще и армейские ножи, против моего единственного клинка.
— Не хочу никого убивать, но если надо, то вот, могу применить, — достал Максимилиан из-за пазухи пистолет.
— Ого, это убойный аргумент, как ни крути, — взял его из дрожащих рук Вожака, который не убил в своей жизни и мухи.
— Предлагаю вам сдаться. Здесь шесть пуль на вас пятерых, а я меткий стрелок, — сделал один демонстративный выстрел, выбив нож из руки командира.
— Хорошо, но вам придется ответить перед императором за своеволие, — принял первое умное решение командир отряда идиотов, ну или тупых вояк, плохо просекающих ситуацию. Пришлось всех связать и взять в заложники, дабы остальные не сунулись. В этот момент над городом завис вертолет, пытающийся приземлиться на площади перед ратушей. Мы все сглотнули в плохом предчувствии, которое вот ни разу не обмануло.
Из вертушки вышли два знакомых до боли лица, начальник училища и учитель магии. Первым делом пересчитали по головам, осмотрели на наличие ран и увечий. Только потом Иван Гелиевич завелся с пол-оборота, когда удостоверился в отсутствии угрозы для наших персон. Самыми ласковыми словами были: тупые долбоящеры и безмозглые приматы, но мы старались не рефлексировать. Сил ни у кого не было, всех накрыло откатом, адреналин поступил в кровь, вызывая зубную чечетку. Сей факт начальник не пропустил, осознав, что ученики до дрожи напуганы. Вокруг валялись отстрелянные гильзы, когда мой щит схлопнулся, они и осыпались. Конев перевел гневный взгляд на связанных и уложенных в ряд пятерых вояк, с ужасом смотрящих на легендарного военного, когда-то их обучавшего. Теперь поджилки затряслись у них, осознавших, как они накосячили.
— Что за гребанную войну устроила кучка тупорылых мударисов? Хотите сказать, что принялись воевать с первокурсниками? А спросить у них не пробовали, зачем идиоты пожаловали? — начальник училища повернулся к учителю магии, жалуясь на судьбу. — Посмотри, кого мы с тобой вырастили. Одни забыли, зачем им мозги, вторые вообще бесстрашные, их не включают.
— А знаете, что вас всех ждет трибунал? Вы палили из автоматов по цесаревне? Не пойму только, каким образом не попали, а то бы и меня вместе с вами на дыбу отправили, — только сейчас до начальника и в самом деле дошло,
