— Кто всех одолеет? Конечно ты! Садись ко мне на корабль.
Кто-всех-одолеет сел на корабль, и дальше они поплыли вместе. Когда они проплывали через зеленый луг, Джек увидел большое стадо и человека, который хватал и ел подряд без разбору и свиней, и овец, и коров.
— Эгей, как тебя зовут? — крикнул Джек.
— Кто-всех-больше-съест!
— Кто всех больше съест? Наверное, ты! Садись ко мне на корабль.
Кто — всех-больше-съест сел на корабль, и дальше они поплыли втроем. Когда они спустились в лощину, Джек увидел человека, который опустошал подряд все источники и ручьи.
— Эгей, как тебя зовут? — крикнул Джек.
— Кто — всех-больше — выпьет!
— Кто всех больше выпьет? Пей себе на здоровье! Хочешь ехать с нами?
Кто-всех-больше-выпьет сел на корабль, и Джек сказал:
— Плыви, мой корабль, плыви!
И корабль поплыл дальше. Потом Джек увидел бегущего человека. Сначала человек бежал на одной ноге, потом на другой. Джек спросил:
— Эгей, как тебя зовут?
— Кто-всех-перегонит!
— Кто всех перегонит? Ну, ясное дело, ты! Садись к нам на корабль.
Кто-всех-перегонит тоже сел на корабль, и они поплыли прямо, пока не доплыли до человека, который стоял с ружьем и целился вверх, словно хотел подстрелить зайца в небе.
— Эгей, как тебя зовут? — крикнул Джек.
— Кто-всех-дальше-стреляет!
— Кто всех дальше стреляет? Надеюсь, ты! — говорит Джек. — Поедем с нами!
Меткий стрелок тоже сел на корабль, и Джек сказал:
— Плыви, мой корабль, плыви!
И они поплыли дальше, пока не доплыли до человека, который смотрел вдаль, приложив руку ко лбу.
— Эгей, как тебя зовут? — спросил Джек.
— Кто-всех-дальше-видит!
— Кто всех дальше видит? Наверное, ты! Поедем с нами.
Кто — всех-дальше-видит сел на корабль, и они поплыли дальше, пока не приплыли к королевскому дому. И Джек крикнул:
— Эгей!
Из дома вышел король и спросил:
— Ты зачем пожаловал?
Джек сказал:
— Хочу попытать счастья — может, сумею одолеть вашу колдунью и завоевать сердце младшей леди принцессы.
— А ты помнишь условие: если ты или твои помощники не одолеют мою колдунью, голова твоя слетит с плеч? — спрашивает король.
— Как же, помню! — ответил Джек.
— Что ж, тогда начнем испытание, — говорит король и зовет свою старую колдунью.
А Джек позвал Кто-всех-одолеет, и первое испытание кончилось вничью, как вы, наверное, и сами догадались.
— Что ж, — говорит король, — а теперь: кто больше съест?
Джек недолго думая позвал своего друга Кто-всех-больше-съест.
Сначала им привели быка, и Кто-всех-больше-съест вмиг его проглотил. Потом двух коров, потом несколько свиней и, наконец, полдюжины овец. Кто-всех-больше-съест мигом проглотил их, пока старая колдунья еще только с быком возилась.
— Молодец, — сказал король. — А вот выпить больше, чем моя колдунья, тебе не удастся!
— Попытаемся, — сказал Джек и позвал своего приятеля Кто-всех-больше-выпьет.
И тот выпил сначала ручей, потом озеро и добрался вскоре до реки. Но королю было жалко реки, и он сказал:
— Все ясно. А кто кого перегонит?
Джек позвал Кто-всех-перегонит, король дал ему и своей колдунье по яичной скорлупе и велел добежать до океана, зачерпнуть соленой воды и вернуться назад. Кто-всех-перегонит добежал, конечно, первым, зачерпнул соленой воды, побежал назад и на полдороге встретил старуху колдунью еще с пустой скорлупой.
— Ох, устала, — сказала колдунья.
— Я тоже, — сказал он.
— Давай посидим отдохнем, — предложила она, — не стоит надрываться ради других.
Они выбрали уютную зеленую лужайку и сели отдохнуть.
— Ты положи голову вот сюда, — говорит старуха, — да поспи часок.
А надо вам сказать, что у старой колдуньи в кармане была такая волшебная косточка, которую стоило подложить спящему под голову, и он не проснулся бы, пока эту косточку опять не забрали бы. И вот колдунья дождалась, когда Кто-всех-перегонит крепко заснул, и сунула ему под голову эту косточку. Потом перелила морскую воду из его скорлупы в свою и побежала назад к королевскому дому.
А Джек уже начал беспокоиться и попросил своего друга Кто-всех-дальше-видит посмотреть, где же Кто-всех-перегонит. Кто-всех-даль-ше-видит поднес руку к глазам и сразу увидел его.
— Он спит на зеленой лужайке на полдороге отсюда, а под головой у него лежит волшебная косточка. Если ее не убрать, он не проснется.
— Кто-всех-дальше-стреляет! — позвал Джек. — Выстрели и вышиби эту косточку! — попросил он.
Кто-всех-далыне-стреляет выстрелил, вышиб косточку, и Кто-всех-перегонит тут же проснулся. Проснулся, вскочил на ноги, схватил пустую скорлупу, добежал до океана, набрал соленой воды и на полпути назад нагнал старуху колдунью. Он нарочно толкнул ее под руку, и злая колдунья разлила всю соленую морскую воду.
А какой конец у этой истории, вы, наверное, и сами догадались. Джек и младшая принцесса обручились скорей, чем успела вернуться в королевский замок старая колдунья. И когда я уходил от них, они были очень довольны и счастливы.
Том — мальчик с пальчик
Во времена великого короля Артура жил могущественный волшебник по имени Мерлин — самый искусный и всесильный чародей, какого только видел свет.
Этот знаменитый волшебник умел принимать чей угодно образ, даже зверя или птицы. И вот однажды он отправился путешествовать под видом простого нищего. А когда сильно устал, остановился в доме одного пахаря и попросил у него поесть.
Крестьянин радушно принял волшебника, а жена его, очень добрая женщина, тут же принесла деревянный кувшин с молоком и тарелку грубого темного хлеба.
Мерлина порадовала доброта пахаря и его жены. Но он заметил, что, хотя все в их доме выглядит приветливо и уютно да и еды, судя по всему, вдоволь, нет в нем счастья. И он спросил их, отчего бы это, и хозяева ответили:
— Нет у нас детей, вот мы и горюем.
А женщина со слезами на глазах добавила:
— Я была бы самой счастливой на свете, если бы только был у меня сын. Будь он даже ростом с палец своего отца, не больше, я бы и то была довольна!
Мерлин представил себе мальчика ростом с пальчик, и это так развеселило его, что он решил исполнить желание доброй женщины. И в самом деле, вскоре у жены пахаря появился сынок, только ростом он был с палец своего отца, не больше!
Сама королева фей пожелала взглянуть на крошечного мальчика. Она влетела в окно, когда мать сидела на постели и любовалась малюткой. Фея поцеловала его и дала ему имя Том — мальчик с пальчик. Потом она позвала других фей и приказала им нарядить ее крестного сына. Рубашку ему сшили из тонкой паутины, камзол — из листьев чертополоха. Штанишки смастерили из перышков певчих птиц. На красные чулки пошла кожура спелых яблок. На башмачки — мягкая мышиная кожа, а бантики на них завязывали из длинных ресниц. Вместо шляпы на голову Тому надели дубовый лист: разве плохо? Зимой и летом, в праздник и в будни — вот как славно был Том одет! И мать, и все соседки просто налюбоваться на него не могли.
Том так и остался ростом с большой палец своего отца, а у того пальцы были самые обыкновенные. Зато с годами он превратился в хитрющего мальчишку и выучился всяким проказам. Он очень любил играть с другими мальчиками, особенно в кости. И когда, случалось, проигрывал им все вишневые косточки, то потихоньку забирался к своим соперникам в сумку, набивал косточками свои карманы, а потом незаметно вылезал оттуда и продолжал играть как ни в чем не бывало.
Но вот как-то раз вылезает он, как обычно, с крадеными косточками из чужой сумки, а тут его — хвать! — поймали с поличным.
— Ага, крошка Томми! — закричал владелец сумки. — Теперь я знаю, кто таскает мои вишневые косточки. Ну, погоди, поплатишься ты за свои воровские проделки!
И с этими словами он посадил Тома в сумку с вишневыми косточками и так встряхнул ее, что косточкам бедного Тома не поздоровилось.
— Выпусти меня! — завопил Том. — Я больше не буду воровать, только выпусти меня!
Мальчишка открыл сумку, и Том очутился на свободе.
И правда, какое-то время после этого он совсем не таскал чужих вишневых косточек.
Том был так мал, что мать часто теряла его из виду, особенно когда была чем-нибудь занята. И вот как-то раз принялась она готовить пудинг. А Тому захотелось посмотреть, как она это делает. Он вскарабкался на край деревянной миски, но поскользнулся и полетел кубарем прямо в тесто. Мать ничего не заметила и выложила Тома вместе с пудингом в салфетку, а потом опустила в чугунок с водой.
Тесто забилось Тому в рот, и он не мог закричать. Но вода была горячая, и он стал так брыкаться и вертеться, что мать подумала: «Не иначе как заколдовал кто-то мой пудинг. Наверное, бес вселился в него!»
