— С одним из агентов я знакома. Он сообразительнее, чем им положено. А еще у него есть внутреннее чутье, которое подсказывает ему, как поступить. Я видела его в деле: можете не сомневаться, скоро он заявится сюда вместе с напарником. Если они меня здесь застанут, то заберут с собой. Тогда все откроется, я расскажу всему свету, что мой отец — известный, очень богатый юрист — избивал мою мать, а вы оба ничуть не волновались по этому поводу, не обращали внимания, делали вид, что все прекрасно, радуясь тому, что столь удачливый зять добавляет вам еще больше лоска.
— Ты ведешь себя, как не очень хорошая девочка, Сьюзен, — на белой коже бабушки выступили два пунцовых пятна. Наверное, от гнева. — Все потому, что ты больна, знаешь ли. Раньше ты такой не была.
— Дайте мне денег, и я исчезну отсюда в мгновение ока. Будете продолжать разговаривать — скоро придут агенты ФБР и схватят меня в вашем доме.
На этот раз дедушка уже не посмотрел на жену. Он достал бумажник. Не пересчитывая, вынул все банкноты, что были в нем, свернул их и подтолкнул к ней. Он не хотел к ней прикасаться. Салли снова задумалась: он, что, боится заразиться безумием, если дотронется до нее пальцем?
— Тебе следует немедленно поехать к доктору Бидермейеру, — сказал дед, медленно и четко выговаривая слова, словно беседуя со слабоумной, — с ним ты будешь в безопасности. Он защитит тебя и от полиции, и от ФБР.
Салли запихнула купюры в карман джинсов. Джинсы сидели на ней очень плотно, так что рука едва пролезла в карман.
— До свидания, и спасибо за деньги. — Она немного помедлила, уже взявшись за ручку двери. — А что вы оба вообще знаете о докторе Бидермейере?
— У него прекрасные рекомендации, дорогая. Возвращайся к нему. Сделай, как говорит дедушка, возвращайся назад.
— Доктор Бидермейер — страшный человек. Он держал меня, как в тюрьме. Он делал со мной ужасные вещи. Но опять же, это делал и мой отец. Разумеется, вы мне не поверите, с чего бы вам верить? Он такой замечательный — вернее, был замечательный. Вас не беспокоит, что вашего зятя убили? Это не очень-то респектабельно, не так ли?
Они только смотрели на нее глазами, полными ужаса и благородного негодования.
— До свидания.
Еще до того, как Салли вышла из комнаты, бабушка окликнула ее:
— Почему ты говоришь подобные вещи, Сьюзен? Я тебя не узнаю. Просто не верится, что ты можешь так себя вести — не только по отношению к нам, но и по отношению к своей бедной матери. А как насчет твоего дорогого мужа? Ты на него не наговариваешь?
— Ни слова, — хмыкнула Салли и, выскользнув из комнаты, закрыла за собой дверь. Она коротко усмехнулась.
В холле стояла Сесилия. Она поспешно проговорила:
— Я не звонила копам. Можете не волноваться, мисс Сьюзен, здесь никого нет, но вам нужно поторопиться. Поторопитесь, мисс Сьюзен.
— Я вас не знаю?
— Нет, но моя мама обычно ухаживала за вами каждый раз, когда ваши родители привозили вас к бабушке и дедушке. Она рассказывала, что вы были очень милой и такой умненькой малышкой! Еще она говорила, что вы умели писать на поздравительных открытках ко дню рождения целые поэмы. У меня до сих пор хранится несколько открыток с вашими стихами. Бегите, мисс Сьюзен, удачи вам!
— Спасибо, Сесилия.
* * *
— Я — агент Квинлан, а это — агент Сэйвич. Мистер и миссис Харрисон дома?
— Да, сэр, проходите пожалуйста, я вас провожу. — Сесилия проводила их в кабинет точно так же, как тридцать минут назад провожала туда Салли Брэйнерд.
Когда агенты вошли, она закрыла за ними дверь. Сесилия подумала, что теперь Харрисоны, должно быть, смотрят канал «Магазин на диване». Мистеру Харрисону нравилось сравнивать одежду, которую предлагали к продаже, со своей собственной.
Сесилия улыбнулась. Она и не подумает сказать фэбээровцам, что у Салли Брэйнерд теперь есть деньги. Правда, неизвестно, сколько ей удалось получить у этого старого скряги. Не больше, чем ему позволила дать жена. Сесилия от всего сердца желала Салли удачи.
Салли остановилась у ночного продовольственного магазина и купила себе бутерброд с ветчиной и банку колы. Потом она перекусила на улице при свете огней витрины магазина. Дождавшись, когда отъедет последняя машина, пересчитала деньги и невольно расхохоталась: ровно три сотни долларов!
От усталости Салли пошатывалась, как пьяная, но при этом не переставала смеяться. Похоже, она превратилась в истеричку.
Мотель — вот что ей нужно. Хороший недорогой мотель. Ей совершенно необходимо поспать часиков восемь, а потом уж можно двинуться дальше.
Она обнаружила его на выезде из Филадельфии — мотель «Конечная остановка». Салли расплатилась наличными, выдержав взгляд портье, которому явно не хотелось поселять ее в мотеле, но он не смог отмахнуться от денег, которые она держала в руке.
Салли подумала, что завтра ей обязательно придется купить кое-какую одежонку. Она воспользуется кредитной карточкой и потратит не больше, чем сорок девять долларов девяносто девять центов — ведь предельная сумма — пятьдесят долларов, не так ли? Уже засыпая в кровати, которая оказалась удивительно жесткой, она подумала: интересно, где сейчас Джеймс?
— Ну, и куда теперь, Квинлан?
— Дай мне избавиться от кровожадных мыслей. Черт бы их подрал! Салли же у них побывала, почему они отказываются нам помочь?
— Ты не думаешь, что они ее любят и пытаются защитить?
— Чушь собачья. Холод, который исходит от этой парочки, я почувствовал аж на расстоянии трех футов.
Диллон повернул ключ зажигания «порше».
— Интересно, что сказала миссис Харрисон, — заметил он. — Насчет того, что Салли больна, и как она надеется, что внучка вскоре вернется назад к замечательному доктору Бидермейеру.
— Готов поспорить на недельное жалованье, что они позвонили доброму доктору в ту же минуту, как Салли вышла за дверь. Тебе не показалось странным то, как миссис Харрисон пыталась представить мистера Харрисона как сильного, волевого человека? Не хотел бы я столкнуться нос к носу с этой старой боевой секирой. В этом семействе ужас внушает как раз мадам. Хотел бы я знать, дали ли они ей денег?
— Надеюсь, что дали, — сказал Джеймс. — У меня просто все сжимается внутри, как представлю, что она путешествует в подержанной колымаге без гроша в кармане.
— Но у нее есть твои кредитные карточки. Если старики не дали ей денег, она может ими воспользоваться.
— Я уверен, что она сейчас дрыхнет, как убитая. Давай найдем какой-нибудь мотель, и тогда мы сможем обзвонить по очереди все остальные мотели в округе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
