заставляя тем самым глаза мужчин заинтересовано заблестеть, — В давние времена подобное уже случалось.
— Вот как? — Свен явно воодушевился, — Когда? Где?
Хитро улыбнувшись, ярл решил немного подразнить младшего из братьев. Ведь было так забавно наблюдать за тем, как, поддавшись эмоциям, этот суровый воин с громкой славой порой реагировал, как сущий ребенок — шумно и ярко. И поэтому старик беззаботно, с легкой насмешливой улыбкой проговорил:
— Будучи бездетной в первом браке, богиня Арвил взяла в мужья смертного по имени Бёдмод. Это был красивый и умелый воин, покоривший ее сердце не только привлекательной внешностью и воинскими навыками, но и умелой игрой на свирели. Он ласкал и ее тело, и дух, и услаждал слух искусной музыкой. Но муж Арвил, темный бог Атли страшно ревновал свою супругу к смертному и, как только та забеременела, убил соперника, разделил его тело на множество частей и разбросал по всему миру…
— Что позволено богам, не позволено обычным смертным. К сожалению, но это так, — Свен заметно сник и пренебрежительно прищурился.
Тормод насмешливо хмыкнул. Но продолжил:
— Однако, следуя примеру Арвил, некоторые женщины редко, но все же действительно стали вступать в повторный брак при живом муже? даже не получив официального развода. Но, разумеется, с согласия супруга. Без него свадьба была бы невозможна.
— Анифа ужасно боиться осуждения, — тихо, но вполне отчетливо пробормотал Сигруд, — Но и уезжать из Торхилда она не желает. В Рагланде было бы проще.
Улыбка ярла стала еще шире. И старик не сдержал саркастического замечания:
— Как? Женщина отказался ехать с вами? Какая досада!
— Это место стало ее домом. И домом ее детей, — сделав вид, что не заметил выпада Тормода, проговорил Сигурд.
— С Торхилдом у Анифы сложились отличные отношения, — отбросив шутливый тон, произнес ярл серьезно, — Зная эту девочку, рискну предположить, что она немного рассказала вам о своем прошлом. И что вы думаете?
Сигурд слегка наклонил голову набок, а его младший брат раздраженно дернул плечом. И заявил:
— Это неважно!
— Как я и думал, — кивнул ярл, — Прошлое должно оставаться в прошлом. Особенно такое. Особенно, если оно делает человека не слабым заложником предубеждений и воспоминаний, а крепким и твердо стоящим на своих ногах. А ведь кажется, что Анифа такая нежная и такая хрупкая… Но внутри нее — стержень. И святая уверенность в своей правоте.
— Она не так сильна, как хочет показать, — отметил один из братьев. — В конце концов, она просто женщина… Слабая и нуждающаяся в мужской заботе женщина…
— Настолько слабая, что вы оба столь опрометчиво решили взять на себя эту непростую обязанность — стать ее защитниками и… мужьями? А вы уверены, что конунг одобрит подобное решение?
Тормод с интересом поглядел на мужчин перед собой, но они, к его удивлению, остались совершенно спокойны. Равнодушны к последствиям? Вряд ли. Скорее всего, уже взвесили всё. По крайней мере, Сигурд так точно. Ему-то Тормод импонировал больше всего как раз из-за его рассудительности и природной сосредоточенности и умении видеть картину в целом.
Хотя — что это он? Не такие уж они, северяне, и дикий народ, чтобы осуждать людей за их выбор. Да, двое мужей у одной женщины — это не совсем обычная и посредственная ситуация. Найдется немало разъяренных женщин и удивленных подобного раскладу мужчин. Кто-то будет ревновать… Кто-то — завидовать… Некоторые так и вовсе — начнут плести интриги и каверзы, не желая мириться с подобным союзом.
Но Анифа мудра. А братья, что выбрали ее — достаточно сильны и ответственны, чтобы не дать всем троим с достоинством справиться с этим.
Какая же все-таки интересная история получается — подумал старый ярл мечтательно. Да, с возрастом он стал излишне сентиментален и даже немного романтичен. Но, наверное, это простительно в его возрасте. Ведь совсем не за горами тот день, когда ему придется сложить с себя обязанности хозяина и передать их…
Вот только кому? Бог не дал ему сыновей. Из двух зятьев ни один даже близко не подходит для роли ярла. Йоанн не имел ни желания, ни способностей, хотя и является отличным воином и хорошим товарищем, а Арли лишь пройдоха и проходимец, умеющий, конечно, прекрасно пускать пыль в глаза, но не более.
Они не вожди.
Надежда оставалась на внуков. Но к тому моменту, как они вырастут и наберутся необходимого опыта и навыков, сам Тормод будет уже развеян пылью после погребального сожжения. А это значит, надо было подготовить преемника.
В Сигурде старый ярл его видел. Воин из Рагланда вызывал доверие и очень неплохо обосновался в Торхилде, заслужив за время, проведенное здесь, уважение и авторитет. И куда уж без женского внимания!
На сероглазых братьев положили глаз все свободные и не занятые обещаниями девицы, открыто, как это было обычно, оказывали свою заинтересованность и, несомненно, высказывали свое недовольство по поводу увлечения мужчин одной и той же персоной. Но что ему эти девицы?
Больше всего его, как отца и вождя, беспокоила Хильда. Сегодня она снова выбралась из своего убежища и нашла и время, и силы для того, чтобы в очередной раз высказать свои соображения по поводу столь нелюбимой ею знахарки. И чего, спрашивается, она так взъелась на Анифу? Из-за зависти? Похоже на то. Как бы неприятно ему было это сознавать, он слишком оберегал свою младшую и болезненную дочь. Избаловал ее. И сам позволил… случится тому, что случилось.
Хильда была несчастна. Очень несчастна. Она не чувствовала себя женой, не чувствовала матерью. И лишь пыталась выгрызть — как могла — хотя бы капельку счастья и удовольствия, пусть и путем некрасивым и жестоком, плетя неумелые интриги и пытаясь чисто по-женски настроить женщин Торхилда против Анифы. Какой из этого мог получится результат? Вряд ли положительный. Слишком уж неравны были их силы.
… Наблюдая за погрузившимся в свои мысли ярлом, в какой-то момент братья понимающе переглянулись. Но, главное, они получили, что хотели — одобрение Тормода их решения.
Были ли они правы, посчитав, что смогут беспрепятственно и без шума провернуть свою затею? Ни Сигурда, ни Свена не волновали пересуды поселенцев. И спонтанное и страстное…происшествие, что случилось сегодня в кладовой длинного дома, лишь подтвердило — Анифа тянулась к ним, беспокоилась о них и всем сердцем хотела им принадлежать. А ради ее душевного спокойствия можно было и потрудиться.
Мужчины еще какое-то время побыли с ярлом. Они почти не разговаривали, лишь выпили еще один кувшин хмеля, а после, не особенно скрываясь, поднялись на второй этаж.
В комнату, которая с такой
