class="p1">
ОРКИ: ЗФФГРЗРБН
ГНОМЫ: ВЕРНАРИХОТТРУВЕТРЛАНА
ДРАКОНЫ: ШИНН ФЕЙН
ЭЛЬФЫ: ЭЛЕБЕРЕТ КОЙН
ТЕНЕПЛЁТЫ: ЗУШ ШТУКА
КОТОЛЮДИ: О-БАРСИС ВАСИЛИД
СЕРОНОГИЕ: Т-1024
Ну. Всё правильно. Все хранители приказали долго жить. Все помечены красным. Никто из тех, кто участвовал в ритуале призыва людей триста лет назад, не выжил.
По идее я выполнил мою миссию, но система людей полностью почему-то не оставила. Может мне теперь надо отключить от системы себя самого? Вот этого мне делать совсем не хотелось. Что же это будет за победа, если я лишу себя сам системных сил?
Кто тогда будет править этим новым миром? Орки что ли? Я бы честно не хотел жить в мире, где правят орки, такого даже врагам не пожелаешь. Да орки и сами не хотели бы править, им это нафиг не нужно.
Хм…
— Покажи прогресс исполнения воли мира, — приказал я системе.
Стражники все еще суетились, разыскивая мне детей императора, а система выдала мне мой прогресс.
ДЛЯ УСТРАНЕНИЯ ПЕРВООБРАЗА ЛЮДЕЙ ИЗ МИРА:
1. ХРАНИТЕЛЬ ОТ ЛЮДЕЙ ЗАПУСКАЕТ ПРОЦЕДУРУ ОТМЕНЫ, ЛИШАЯ ЛЮДЕЙ СПОСОБНОСТИ РАЗМНОЖАТЬСЯ — СДЕЛАНО✅
2. В МИР ПРИЗЫВАЕТСЯ ИСПОЛНЯЮЩИЙ ВОЛЮ — СДЕЛАНО✅
3. ВСЕ ВОСЕМЬ ХРАНИТЕЛЕЙ РИТУАЛЬНО УНИЧТОЖАЮТСЯ — СДЕЛАНО✅
4. ПОСЛЕДНИМ УНИЧТОЖАЕТСЯ ПЕРВООБРАЗ ЧЕЛОВЕКА, ПОСЛЕ ЧЕГО ЛЮДИ ПЕРЕСТАЮТ СУЩЕСТВОВАТЬ — В ПРОЦЕССЕ
Ясно. Понятно.
Как там говорил мне череп Аменахина? «Закрой за собой дверь и выключи свет»? Похоже, что мне теперь только это и осталось. Чтобы завершить квест, я должен убить себя. Тогда людей вообще лишат системы, а может даже и сотрут из мира.
Вот только зачем мне это? Награда у этого квеста так себе, откровенно скажем. А победу я и так одержал. Я спокойно могу оставить людям их жалкие остатки системы, с такими хилыми статами они ни мне, ни даже зверорасам больше не угрожают.
Так что я могу начинать строить мой новый прекрасный мир, где все будут жить в покое и счастье, даже не добивая этот идиотский суициальный квест. При этом сам я дальше качаться вероятно также не смогу, я достиг предельного уровня, так что уже несколько дней не получал почти никаких наград.
Но и это не беда. Меня в принципе все устраивает. Устраивает же?
— Статус, — потребовал я.
Имя: Виктор
Отчество: Олегович
Фамилия: Татарский
Титул: Исполняющий волю мира
Преемник Первочеловека
Освободитель Драконов
Варбосс орков: боевой хрюк
Ваши речи ныне воодушевляют орков на победу
Исполнение воли мира: ⅞
Сверхспособность:
ОРОЧИЙ КУЛАК
СИЯЮЩИЙ ОСЛЕПИТЕЛЬНЫЙ КЛИНОК
ЯДОВИТЫЙ ПАУЧИЙ УДАР
Уровень: 151
Навыки:
Получение опыта от убийства
Отрицание лингвистического барьера
Божественный Копьеносец
Мастерство: 251
Драконий всадник
Лицензия категории A: водитель грузовых и пассажирских драконов
Лицензия категории B: водитель боевых драконов
Лицензия категории C: профессиональный мастер драконации
Лицензия категории D: универсальная для всех типов драконов
Мастерство: 610/100
Волчий наездник
Мастерство: 15/100
Призыв тотемного оружия огров
Мастерство: 0/100
Броня
Мастерство: 8/100
Прославленный молотобоец
Мастерство: 64/100
Кинжальный бог
Мастерство: 106/100
Характеристики:
Тело: 11535
Разум: 1215
Свободные очки: 0
Да, меня всё устраивало. Более чем. Пожалуй, расстраивало меня лишь то, что я так и не овладел загадочным призывом тотемного оружия огров. Но в остальном я был превосходен. Я — имба, никаких повреждений статов у меня нет, ни одной красненькой строчки.
Так что…
— Я буду в тронном зале, — бросил я стражникам, — Теперь я император. Виктор Первый. И я буду принимать вашу присягу. Прикажите всем войскам людей немедленно сдаться, а все дети императора, как найдете их, пусть приходят и присягают мне на верность. А все войско из зверорас у стен города — немедленно распустить. Кто ослушается приказа — того скормлю моему дракону.
— Мы всё сделаем, — заверил меня перепуганный стражник.
От остальных его товарищей возражений тоже не последовало.
Я прошёл в отделанный золотом тронный зал, который сейчас был пуст, и уселся на трон. Вот так-то! Видел бы меня сейчас депутат Мелкобуквин, или моя женщина, или все остальные, кто смел унижать меня в прошлом мире.
Это был триумф. Не пройдет и получаса, как мне сюда придут присягать, я был уверен в этом. Впрочем, снаружи дворца все еще слышались крики… Нехорошо. Бой надо бы остановить, а то отдельные ублюдки могут до сих пор не сознавать, что я победил.
— Краснопуз, угомони всех снаружи, — приказал я, — И глянь, как там мои орки. Пусть заходят в город, и идут во дворец. Люди теперь настолько слабы, что если кто-то еще оказывает сопротивление — казни их. Это не составит для тебя труда.
— С удовольствием, — ухмыльнулся зубастой пастью мой верный дракон.
Он выполз из тронного зала, а потом вспорхнул вверх, явно направляясь наружу через пробитую крышу.
А я выдохнул.
— Вот и всё.
— Нет, не всё, — произнес голос за троном, позади меня.
Голос был одновременно знакомым и незнакомым.
Глава 21
Я вскочил с трона, на всякий случай отошёл подальше, и только потом заглянул за императорское седалище.
Но тот, кто стоял за троном, уже и не прятался. Сев вышла из-за громадной золоченой спинки царского трона. На девушке была костяная орочья броня.
Уже по взгляду магички было ясно, что с Сев что-то не так. Девушка глядела, не моргая, и как-то слишком странно и насмешливо, так раньше она на меня ни разу не смотрела. Да и с её голосом тоже происходило нечто непонятное. Сев говорила тем же девичьим голоском, но со странными интонациями, она теперь чеканила фразы, будто плевалась ими. На губах девушки играла подозрительная улыбка…
— Сев, ты меня напугала. Как ты здесь оказалась?
— Переместилась.
— Тебя же вроде отключили от системы…
— Это Сев отключили от системы. Не меня, — отрезала магичка.
Несмотря на броню, Сев была безоружна — ни меча, ни кинжала при ней не было. Не было даже щита или копья. Зато в ножнах у магички вместо оружия лежал какой-то сморщенный кусок сушеного мяса.
Что это за дерьмо у неё в ножнах — я не знал. Но об остальном уже начинал догадываться.
— Аменахин, ты?
— Я, — не стала отрицать магичка.
— И как тебе в женском теле, м?
Я на всякий случай выставил перед собой копье.
Это позабавило Сев, она улыбнулась. А потом ответила:
— В женском теле — хорошо. Как и в любом другом. Я уже сменил за свою жизнь столько тел,
