выходные. Но пока случались лишь невозможные.
– Мы тебя потеряли.
Эрика оглянулась, к ней шла Анжелика. Женщина присела рядом и тоже взглянула вдаль.
– Потрясающий вид, никогда не надоедает, – сказала она.
Эрика смущённо опустила глаза, посмотрела на часы, убедилась, что совсем потеряла счёт времени, истуканясь в лучах заходящего солнца.
– Я была в библиотеке, а потом в архиве, – призналась девочка, понимая, что поймана.
– Близнецы сказали, что ты только немного поиграла с псом и исчезла.
– Карри классный, – Эрика опустила голову. – А с близнецами мне скучно. Они…
– Они слишком обычные дети? – улыбнулась Анжелика.
Эрика кивнула:
– Слишком.
Анжелика погладила её по плечу.
– Привыкай. Таких большинство. Обычных детей, которым тяжело с математикой и чтением, но легко в салках и простых радостях. Из них вырастают обычные скучные взрослые, на которых держится мир.
– Люди-клей, – вздохнула Эрика и добавила. – Мне больше нравится математика и книги… Но почему Мишель с ними интересно?
– Мишель умудряется извлекать радость из всего подвернувшегося и адаптироваться к любым условиям.
– Делать лимонад из лимонов? – робко улыбнулась Эрика.
– И не только лимонад, – улыбнулась в ответ Анжелика. – В этом её суперсила.
– А моя?
Анжелика снова погладила девочку по плечу.
– Ты сильная, Рика, помни об этом. Тебе всё по плечу. Пойдём, сегодня мы приглашены на ужин к близнецам. Справишься?
Эрика кивнула, нехотя оторвала взгляд от моря, встала с коряги. Они пошли по пляжу, где не было людей, и лишь морские птицы заунывно кричали, провожая день.
– Мой отец давно знает вас? Как вы познакомились?
– Через Виктора, – вздохнула Анжелика. – Твой отец работал с ним, приносил ему старые книги. Странные книги…
Анжелика сделала паузу, бросила взгляд в море, где солнце плавилось янтарём.
– Они не говорили мне о них, но я всегда чувствовала, что Вороний совет меняет людей. Выворачивает наизнанку.
– Я слышала эти книги, – прошептала Эрика. – Они говорили со мной. Это я виновата…
– Даже не смей так говорить! – Анжелика остановилась, присела перед Эрикой, отвела выбившуюся белую прядку порядком отросших волос за ухо девочки. – Никогда! Ты ни в чём не виновата.
– Папа мне сказал так же, – всхлипнула Эрика. – В самый последний раз.
– Твой отец чудесный человек, – Анжелика грустно улыбнулась. – И он любит тебя сильнее всего на свете.
– А вы? – Эрика шмыгнула носом. – Почему вы не ненавидите меня? Вы ведь любили его.
– Именно поэтому, – ответила Анжелика, и глаза её заблестели от слёз, которым она не позволила пролиться.
– Я не понимаю, – девочка принялась кое-как вытирать очки и щёки.
Анжелика протянула ей надушенный платочек. Чуть уловимый аромат розовой воды. Нежный, успокаивающий, вовсе не такой, как удушающая сладость жасмина.
– Даже самые умные девочки бывают такими дурёхами, – Анжелика обняла Эрику. – Как я могу ненавидеть то, что он любит?
Анжелика поднялась, расправила складки платья и протянула Эрике руку. Девочка ухватилась за неё.
– А как же ваш муж? – складка на лбу пыталась вместить в эту историю все кусочки разбросанной мозаики.
– С Виктором у нас давно уже не всё так гладко, как кажется. Но…
Они свернули на отсыпанную дорожку, что вела от моря к вилле, показался двор, и Анжелика чертыхнулась, прорычав:
– Помяни ворона.
У парадного крыльца стоял чёрный автомобиль, а радостные крики Мишель не оставляли сомнений: Виктор Арно наконец-то вырвался из цепких лап Корвинграда, и те самые заветные выходные наступили.
Для Эрики это был отличный шанс спросить о фото в газете и обо всей истории семилетней давности. Осталось только придумать, как!
Глава 17
в которой явное становится тайным
Хотя планировалось наоборот
Виктор Арно сидел в кресле, покручивая в руке стакан виски и глядя на плясавший в камине огонь.
– Ты что-то хотела, Эрика? – заметил он девочку в тёмном провале двери.
Та робко кивнула.
– Проходи, – Арно повёл рукой. – Кажется, где-то тут были припрятаны чипсы.
Он пошарил и достал два пакетика, взял один и протянул второй Эрике.
– Как ты относишься к кукурузным? Все бы пришли в ужас, что я порчу вкус королевского оленя[85], – подмигнул он. – И были бы правы – начос куда лучше.
Эрика достала треугольник и захрустела.
– Так о чем ты хотела спросить?
– Как вы узнали? – закашлялась Эрика.
– У тебя складка между бровей, у твоего отца всегда была такая перед, – Виктор Арно перешёл на отрывистый бас, очень похожий на тот, которым отец отчитывал Эрику. – Нам стоит это обсудить, Виктор!
Эрика рассмеялась, прикрыв рот рукой, чтобы крошки не выскочили.
– Вы были друзьями? – спросила девочка.
– Можно и так сказать, – Виктор покрутил стакан. – В определённый период определённо были.
Эрика подумала о том, что если он знал о любви своей жены к своему другу, то остаться друзьями было бы крайне сложно.
– Вы знали, что моя мама умерла?
Виктор кивнул и сделал глоток.
– И поклялся хранить его тайну.
– А он вашу?
Виктор приподнял бровь, глядя на девочку и усмехнулся.
– Смотря о какой из тайн идёт речь.
– О шепчущих книгах. Он носил их вам.
Виктор помолчал.
– Ему бы всё равно никто не поверил. Ты их ещё слышишь?
Девочка помотала головой.
– Может оно и к лучшему.
Эрика сжала кулаки, собралась с духом и выпалила на одном дыхании:
– Это мой отец убил мою мать? А вы помогли подставить смотрителя маяка.
– Ты читаешь слишком много детективов, Эрика, – устало улыбнулся Виктор.
– Но вы были там! – Эрика вынула из кармана сложенный лист и протянула Виктору.
Мужчина поставил стакан на подлокотник кресла, развернул лист и посмотрел на серую копию статьи из газеты.
– Я всего лишь приехал поддержать друга, – Виктор смял листок и кинул в камин. – Не вороши прошлое, Эрика. Не греми старыми скелетами.
– Но вы должны…
– Должен? – рассмеялся Виктор. – Я сотни раз предупреждал его. Говорил, что его безумие приведёт к катастрофе. Что же, он выбрал Бездну и чуть не утянул в неё тебя. Я ничего ему не должен, особенно после того…
Стакан лопнул в руке Виктора, и Эрика могла поклясться, что видела, как вспыхнули синим его глаза.
Она выбежала из комнаты, влетела вверх по лестнице и закрылась в своей комнате.
Вдруг что-то моргнуло в окне. Эрика подошла, отодвинула тюль и посмотрела вдаль. Светлячком в море горел заброшенный маяк. И она поняла, что из всех знающих, что приключилось на самом деле, остался лишь он.
Тихонько Эрика прокралась к двери в спальню Мишель, проскользнула внутрь и, забравшись на кровать, растолкала подругу.
– Рика? – сонно промямлила девочка. – Что стряслось.
– Я знаю, где искать ответы, – зашептала Эрика. – Нам нужно срочно попасть на
