не буду.
Музыка замолкает, танец прекращается и гости возобновляют общение между собой. Мы вновь пробираемся сквозь гостей, желая отыскать своих. Я нахожу взглядом своих родителей, они беседуют с каким-то мужчиной. Он стоит спиной, поэтому личность их собеседника для меня загадка.
Направляюсь прямиком к ним, хочу находится рядом с отцом, когда всё начнётся. Ему будет нужна моя поддержка. Хорошо что бабушка не присутствует здесь, ей было очень плохо от всего что она могла бы увидеть.
— Привет, пап, — здороваюсь с отцом, едва мы равняемся с ними.
Лицо Марты слегка бледнеет, когда она видит рядом со мной Вику и улыбка превращается в гримасу отвращения. Но она сразу же берёт себя в руки и мило улыбается нам.
— Михаил, — проговаривает она обращаясь к собеседнику, которым оказывается дядя Вики. — Это мой сын, Максим и, — она делает паузу, решая как представить Вику. — Его одногруппница, Вика.
— Здравствуй, Максим, — говорит Михаил.
Протягивает мне руку, пожимает её, а потом отпускает и подойдя к Вике обнимает. Марта явно в шоке, глаза увеличились раза в два. Она только хлопает ресницами не понимая что происходит.
— Привет, дядя, — говорит улыбаясь Вика.
— Какая же ты у меня красавица, — говорит Михаил м развернувшись к Марте говорит. — Виктория моя племянница.
— Как тесен этот мир, — улыбается Марта, но ей явно не комфортно.
В этот момент на сцене появляется известный блогер. На этот вечер именно ему досталась роль ведущего. Он бодро приветствует всех собравшихся. И приглашает на сцену ректора нашего университета.
Высокий и довольно крупный мужчина с благородной сединой в волосах, в стильном и явно дорогом костюме появляется на сцене. Он рассказывает о проделанной с прошлого бала работе и о новых крупных проектах.
Наш университет лучший в городе, учится в нём, так же как и работать очень почетно. И в этом году Марте может улыбнуться удача, её кандидатуру рассматривают на должность заместителя декана на экономический факультет.
Пока ректор расписывает достоинства будущей коллеги, на плазме за его спиной включается видео. Поскольку в зале тишина, все гости внимательно слушают выступающего, то звук с плазмы, сразу же привлекает их внимание.
Видео, которое включил наш человек, это нарезка всего что нам удалось нарыть за три с лишним года. Оно начинается с того самого видео из гостиной в доме родителей, вернее с самых интересных моментов. Гости начинают переглядываться между собой. Очень быстро они находят глазами нас и все смотрят на Марту.
Она стоят белая как мел. Руки сжаты в кулаки, а взгляд полный злости и страха направлен на экран.
Дальше идут интересные нарезки со свиданий Марты и Петрова. Их грандиозные планы о том, как они оберут до нитки моего отца, как они подсунули крысу в его фирму, которая сливает информацию. Их секс вошёл в это кино совсем чуть-чуть. И без этого понятно что они любовники.
— Марта, что это значит? — спрашивает отец.
— Я могу все объяснить! Меня подставил Петров. Это фотошоп. Здесь нет ни слова правды, — шепчет Марта со слезами на глазах и начинает пятиться.
Петрова я не вижу, но знаю что рядом с ним находится наша охрана. Того что нам удалось на него собрать, хватит чтобы засадить его за мошенничество. Поэтому сразу после бала его заберут полицейские.
— Она уйдёт, — говорю отцу.
— Ей не сбежать. Полиция уже здесь. Так что и её и её любовника скоро скрутят.
На экране появляется комната Ани. Она залетает в комнату и хлопает дверью. С психом срывает куртку и пинает свою сумку. А затем усевшись на кровать, вытаскивает из-под матраса баночку с лекарствами. Откручивает крышку и высыпав пару таблеток закидывает их в рот. Вытаскивает из прикроватной тумбочки бутылку и запивает таблетки.
— Она что наркоманка? — тихо спрашивает Вика.
— Как оказалось, давно сидит на транквилизаторах.
Эта неприятная тайна об Ане открылась случайно. Её буквально за руку поймала горничная, когда та обчищала аптечку матери. Как она на них подсела неизвестно, зато удалось найти её дилера.
В зале стоит гробовая тишина, даже ректор давно перестал говорить и теперь вместе с остальными смотрит на экран. Гости, что стояли рядом с Петровыми отошли от них как и Магдалина. Теперь отец и дочь стали центром всеобщего внимания. Всё как и хотела Аня — она центр вселенной, только вряд ли она мечтала о такой славе.
— Что мы пропустили? — раздаётся рядом голос Тани, перевожу взгляд на девушку.
И моя челюсть буквально падает на пол: на ней такое же чёрное платье как и на Вике, а её волосы тоже розовые, разве что чуть ярче и точно так же завиты. Рядом с ней стоит Дамир и обнимает девушку за талию, а за ними стоит Остап.
— Похоже всё самое интересное мы пропустили, — говорит Дамир.
— Как всегда, — сокрушается Остап. — Нам грязная работа, а сливки им. Привет, папа, — здоровается он с Михаилом.
— Здравствуй, сын. Предлагаю заканчивать этот балаган.
Михаил даёт знак и к Петровым подходят мужчины в чёрных костюмах. Они что-то говорят, а потом провожают отца и дочь на выход. Магдалина провожает бывшую семью печальным взглядом и направляется к нам. Мой отец подходит к ней и по-дружески обнимает её.
Думаю нам тоже следует покинуть это мероприятие. Но отец, похоже, считает по-другому.
— Хотелось бы услышать музыку. Это ведь бал? — громко говорит он, а затем ведёт Магдалину в центр зала.
Музыка начинает звучать со всех колонок, словно только и ждала команды. Примеру отца следуют и другие пары и скоро весь зал заполонили танцующие пары.
Я обнимаю Вику, прижав её неприлично близко к себе и шепчу на ухо:
— Может уйдём?
— Думала ты и не спросишь.
Пока на нас никому нет дела, мы взявшись за руки покидаем бал.
Глава 37
Марта
Наша с Марком история началась ещё в университете. Он был самым красивым и популярным парнем. Сын самых обычных работяг, такой же работяга. Отсутствие особых талантов в учёбе он компенсировал настырностью и вечной зубрёжкой. Учёба давалась ему тяжело, но всегда находилась девчонка, готовая написать за него контрольную или курсовую. Девчонки его любили, а он любил внимание.
Как мне удалось привлечь внимание этого парня я не знаю. Но однажды он встретил меня после занятий и предложил погулять. Потом ещё раз и ещё. У нас завязался яркий и бурный роман. Мы предавались страсти везде, где только было можно. Это было настоящее сумасшествие. Единственное что меня смущало, это то, что наши отношения нужно было держать
