Читаем без скачивания Джамп. Патруль будущего - Олеся Шалюкова

— Как?! — спросил посеревший мужчина. Ноги его не держали, поэтому он так и сполз по стволу сосны, куда его прислонила девушка. Ей было не под силу удержать на ногах почти девяносто килограмм живого веса.

— Как я могу говорить такие вещи с таким хладнокровным видом? — Эми присела рядом с Антуаном, задумалась. — Наверное, потому, что на моих глазах уже успели умереть те, кто мне дороги? В любом случае, отсюда я вернусь к теории джампа. Без этого вы не поймете, что вообще произошло. Только не спрашивайте, как такое возможно. Мой прадед бросил попытки разгадать загадку моего таланта, когда мне было двенадцать. Никому же другому об этом рассказать мы естественно не могли.

— Почему вы собираетесь рассказать мне?

— Потому что незнание опасно. Лучше вы будете знать, что случилось, чем будете строить безумные предположения из-за которых, однажды, уже я попаду в беду. Слушайте меня, внимательно, Антуан. Итак. Джамп — это процесс перемещения объекта массой m из точки а1 в точку а2, занимающее t секунд. Время, которое требуется на джамп, бывает разным и зависит от предела прыгающего. Всё знакомо?

— Безусловно.

— Продолжим наш ликбез. Для объектов А и Б с разной массой может потребоваться и разное количество времени, чтобы преодолеть одно и тоже расстояние. Для того чтобы совершить джамп необходим векторизатор. Помните, что это маленький приборчик, который рассчитывает вектор прыжка, базируясь на введенных данных?

— Да. Причем невозможно прыгнуть выше своего предела.

— Точно, знаете, — поощрительно улыбнулась Эми. — Продолжаем дальше. Здесь немного сложнее. Первая категория гениев от джампа — это те, кому векторизаторы не нужны. Они могут прыгать самостоятельно, не зависят от этих приборчиков и пользуются определенными бонусами.

— Например, могут переместить какой-то предмет, не находящийся рядом с ними.

— Верно. Как я сделала с курткой. Весьма удобно, не правда ли? К сожалению, обучить этому других невозможно. Ибо векторизатор значительно упрощает процесс расчета данных. Продолжим. Это первая ступень «гениев», гении от математики. Так называют их военные.

— Военные?

— Да, джамп изначально должен был работать только в военных целях. Техника стала известна всему миру, но так и осталась под плотным контролем у военных. До сих пор неизвестно, как работает джамп. Механизм его использования понятен, а вот природа — увы, нет. Хотя над этим вопросом сейчас и работают талантливейшие ученые во всём мире. Но я продолжу. Помимо гениев от математики, есть «гении от физики». Это те джамперы, которые могут прыгать, как им заблагорассудится, зачастую при этом нарушая физические законы джампа.

— Не очень понимаю… — признался Антуан.

— Правила джампа знаете? Нельзя прыгать в воздухе, когда ваши ноги не прижаты плотно к земле. Нельзя прыгать в воде. Нельзя прыгать в космосе. Нельзя прыгать, находясь в какой-то плотной субстанции и так далее. То есть любой джамп возможен тогда и только тогда, когда вы стоите на земле. Одной или двумя ногами. Даже если, приведем пример из бандитского Парижа прошлого столетия, на заре эпохи джампа. Если вас прижали к стене, и вы опираетесь ногами на нее — прыгнуть вы не сможете. Поскольку в действие вступает третье исключение джампа. И к вашему весу прилагается вес той самой стены. По той же причине нельзя прыгнуть из воды. Даже если вы касаетесь дна, вокруг вас вода… А значит, что джамп технически невозможен. Из-за давления воды вокруг на тело. Гении от физики могут спокойно нарушать эти правила. Прыгать, когда падают с девятого этажа, перемещаться, когда находятся на глубине в несколько сотен метров под водой. И так далее. В эту же категорию, например, входит и Зигзаг из Гюрзы. Алхимик, который может отравить часть чего-то съедобного, как начинка конфеты, не повредив ни упаковки, ни шоколадной обсыпки.

— Кхм, — Антуан откашлялся. О таких талантах, как Алхимик, он даже не подозревал.

— Идем дальше. А есть «Гении от джампа», это те, кто своим существованием нарушает правила джампа. Вариантов таких нарушений — масса. А вот действительно существующих — почти нет.

— А пример?!

— Не проблема. Самый простой пример, это когда время перемещения — равно нулю.

— Невозможно! — тут же воскликнул Антуан и замер, изумленно глядя на смеющуюся Эми.

— Точно, — согласилась она. — Невозможно. Но я лично знаю трех джамперов, у которых время перемещения из первой точки во вторую составляет всегда ноль. Вне зависимости от того, какое расстояние между точками, и объект какой массы они на себе несут.

— Но это же…

— Да, нарушение правил джампа, общих правил. Но есть и еще более интересные примеры. Например, отрицательный джамп.

— Никогда не слышал…

— Догадаться легко, это когда время перемещение составляет величину отрицательную, кратную расстоянию. Например, из точки А1 исчез в двенадцать часов дня, а в точке Б появился спустя пять минут, когда на часах — без пятнадцати двенадцать.

— Но ведь это невозможно!

— Это только так кажется, что невозможно. В джампе еще очень много «дыр», поэтому предположить какие еще возможности в нем кроятся — невозможно. Я… также отношусь к когорте «гениев от джампа» с отрицательным временным перемещением. Я могу вернуться назад во времени на три минуты.

— Почему именно три минуты?

— Потому что первый срок клинической смерти длится именно столько. Три-четыре минуты. В это время человек еще «жив» после своей смерти, если можно, конечно, так выразиться. Биофизики, биохимики объяснили всё гораздо лучше. С точки зрения теории я также могу это объяснить, но боюсь, что, Антуан, тебе это нагромождение цифр и специфических терминов ничего не скажет.

— Самое главное получается то, что ты можешь спасти жизнь человеку, если появляешься рядом с ним в течение трех минут после его смерти?

— Точно. Причем такое возможно лишь один раз.

— Почему?

— Потому что свои три минуты клинической смерти человек уже переживает. И вторично его спасти уже невозможно. Считай, что просто ты отсрочил свою собственную смерть. И у тебя теперь нового шанса просто не будет. Как, впрочем, его нет и у тысяч остальных людей.

— Я понял, — Антуан замолчал, глядя вниз. — Да…

Эми кивнула.

— А теперь, поскольку ты всё знаешь. Пойдем вниз? Я представлю тебя хозяйке этого местечка. И отправлюсь разбираться с девочкой, которая тебя не убила.

— Как насчет допроса. Тебе же нужны мои показания?

— Мне — нет, — девушка отрицательно покачала головой. — Я отстранена от ведения этого дела.

— Почему?

— Ну, официально, поскольку меня чуть не убили. Неофициально, поскольку кое-кто из военной и полицейской верхушки опасается того, что я вскрою его личность.

— Эммануэль…

— Не будем задерживать друг друга, Антуан. Я договорюсь, чтобы к тебе прибыл кто-то из доверенных оперативников и взял твои показания. Я же на происходящее могу влиять только из тени. Впрочем, этого пока достаточно.

Граф не нашелся, что возразить капитану Лонштейн. И, устроив его в пансионате для наркозависимых, Эми исчезла.

Вернувшись в домик, где граф содержался немногим ранее, Эммануэль покосилась на Дашу. Несостоявшаяся убийца до сих пор не пришла в себя, и надо было решить, что же с ней делать.

Вызвав начальство, которое по умолчание должно было знать о таких происшествиях, Эми неожиданно попала на автоответчик. Вторая попытка, а вслед за ней и третья — привели точно к таким же результатам. Это было неожиданно и неприятно.

А еще стало опасно, когда попытавшись связаться с кем-нибудь из оперативников, Эммануэль точно так же попала на автоответчики. Означать это могло в равной степени как и то, что саму Эммануэль не желают видеть в отделе сами оперативники. Так и то, что кто-то из вышестоящего начальства дал команду отключить капитана Лонштейн от внутренней связи. Эми могла в любой момент попробовать связаться с патрулем по открытой линии, но они прослушивались. А значит, в таком раскладе никакую информацию передавать нельзя было. Могла девушка связаться и по домашним адресам, но не хотелось их светить.

По идее того, кто всё это спланировал, ситуация сложилась аховая. Оперативник без поддержки всего патруля джампа — это смертник. Поэтому во всех рабочих контрактах оперативниках была соответствующая строчка: «В случае если потеряна связь с патрулем или его членами, немедленно остановить преследование преступника или расследование. Приоритетом является жизнь члена патруля или заложника, в случае ситуации двести двенадцать».

Заложника на глазах у Эми Гюрза не брала. И рассуждая чисто логически, опираясь на стандартные приказы, капитан Лонштейн должна была остановить свою работу. Проблема была в том, что при подписании нового контракта, уже официально устраиваясь не на практику, а на работу в патруль, Эммануэль внесла парочку изменений.